Янтарь и Лазурит - Чайный Лис

— Рури, не пострадай там!

И после этих слов понеслась по коридору.

Сюаньму не умел драться и не имел опыта реальных сражений, тем более в теле дракона. Он привык расставлять ловушки и ждать нечисть в укрытии, а сейчас при нём даже не было талисманов. За оставленные в горах Сонгусыля чётки он испытывал стыд перед покойным наставником.

Генерал Ю в теле чёрной лисы повернул к нему голову и отдал распоряжение:

— Я разберусь с Шуэджэнем, а ты просто старайся отбиваться от остальных аккымов. Прикрывай меня.

Он говорил негромко, но наверняка все монахи… вернее, аккымы расслышали его слова. Они издали боевой клич и кинулись на чёрного лиса, но тот ловко ушёл в сторону, оббежал их и запрыгнул на длинное тело Сюаньму. Пробежав по тёмно-синей спине, он кинулся на «главу» Сюэжэня.

Сюаньму успел заметить, как обезумевший перепуганный взгляд переменился на насмехающийся. Что бы это ни значило, он не хотел потерять генерала Ю, поэтому решил действовать наобум.

Чёрный лис впился зубами в руку с мечом, но в этот момент Сюэжэнь засмеялся и замахнулся левой, в которой под широким рукавом припрятал кинжал, что сверкнул перед глазами. Прочную драконью чешую оружием просто так не пробить, поэтому Сюаньму бросился вперёд, между врагом и генералом.

— Нет! — вскричал последний, выпустив руку Сюэжэня. — Он может ранить драконов!

Тогда Сюаньму просто перехватит его зубами!

Он попытался развернуться, чтобы не использовать тело как щит, а устремился вперёд. Распахнул свою огромную пасть, но Сюэжэнь отступил назад и усмехнулся.

— Его тело острое, как клинок. Он может прорезать твою чешую даже ногтями.

Слова генерала Ю заставили Сюаньму вздрогнуть, но не испугаться и сбежать.

— Что тогда делать?

— Либо использовать гохэй, либо я сам его убью, — прорычал генерал Ю, из его пасти на пол капала кровь. — Не приближайся, только отбивайся от других аккымов.

Солнечный свет через окна проникал в просторное помещение. Сюаньму отвернулся от Сюэжэня и генерала и устремил свой взор на аккымов в телах монахов, два десятка мужчин и несколько женщин злобно скалились и подступали к нему.

Тёплые лучи солнца пригревали тёмно-синюю чешую, а перед глазами вдруг всплыли слова нуны.

Благосклонность луны даёт нам силу.

С защитой солнца мы несокрушимы.

В груди разлилось тепло, а энергия новым потоком пронеслась по его меридианам. Он понял, что означали эти слова.

Сюаньму завился, как змея, и поднялся над землёй, а затем резко расползся по всей комнате, толкнул монахов своим телом со всей силы. Они не просто ударились, а с всплеском отлетели и закашлялись. Помещение заполнила вода.

Сюаньму не до конца понимал, как призвал её, но знал, что сделал это собственными силами.

Теперь над тёмной водой летал не синий дракон, а золотой.

Это он был солнцем, защищавшим лис.

А нуна была луной, способной спасти мир от злостных аккымов и, возможно, даже возродить родину.

Даже если изначально в этих словах подразумевались верховная лиса и её защитник золотой дракон, то сейчас в живых остались лишь нуна, генерал и сам Сюаньму. Последний был готов на всё ради нуны. Только сейчас жизнь начала обретать свои цвета и наполняться смыслом, у Сюаньму наконец-то появилась цель. Он больше не желал слепо следовать за словами шифу и подчиняться другим, а сам по собственной воле и от всего сердца хотел защищать свою нуну.

— Вижу, ты научился пользоваться драконьей силой, — раздалась похвала генерала.

«Научился». Сюаньму всё ещё не понимал своих способностей, но они сами начали пересекаться с его желаниями и выплёскиваться наружу. Он не контролировал их.

— Вы мне льстите, генерал Ю.

Сюаньму не представлял, как призвать воду и вытолкнуть отсюда остальных аккымов, не мог также создать течение. Ему предстояло пройти ещё долгий путь перед тем, как он овладеет хоть какими-то знаниями о своих силах.

Поскольку по-настоящему он не мог помочь и только подвергал себя опасности, вмешиваясь в бой с Сюэжэнем, Сюаньму решил послушаться и сосредоточиться на остальных. Однако один из наставников — тот самый Лицзянь — выбрался из-под его массивного тела и, воспользовавшись заминкой, бросился на генерала Ю. Тот вовремя среагировал и прыгнул в сторону, но Сюэжэнь уже замахнулся мечом, который теперь переложил в левую руку. Правая висела вдоль тела и кровоточила — нанесённая генералом рана давала о себе знать, однако смена руки с виду совершенно не беспокоила врага. Возможно, его тело отличалось от людского, поэтому не имело значения, чем он держал оружие — двигался всё равно быстро и уверенно. Хотя генерал в теле лисы тоже не терял бдительности, но уклоняться сразу от обоих оказалось тяжелее: Сюэжэнь стремительно сокращал между ними расстояние, а Лицзянь поджидал со спины с острым мечом. Остальные аккымы закричали в поддержку главы и чуть не кинулись к ним на помощь, но Сюаньму вновь оттолкнул их своим телом и не позволил приблизиться.

Пусть Сюэжэнь опасен для него, он всё равно может помочь со вторым аккымом.

С этой мыслью дракон извился в воздухе, показал свои острые зубы и практически беззвучно оказался за спиной Лицзяня. Пока тот не успел среагировать, Сюаньму куснул аккыма за плечо, в то время как Сюэжэнь закричал и бросился на отвлёкшегося генерала Ю. Но на этот раз тот увернулся и прыгнул главе за спину, впился зубами во вторую руку. Сюэжэнь взревел и выронил меч, что с плеском приземлился в воду на полу.

— Я убью вас! — в ярости взревел он. Переполняемый злостью, уже не приказывал своим подчинённым, а сам рвался в сражение.

— Что за потоп вы устроили? Весь коридор залит, — за их спинами раздался возмущённый голос нуны. Она держала жезл в зубах, поэтому говорила невнятно, но Сюаньму всё равно разобрал все слова.

Почти вся вода утекла, стоявшим аккымам едва доставала до щиколоток. Нуна немного хлюпала, пока шла через воду, но никак не тонула в ней. Возможно, не хотела мочить свои пушистые белые лапы.

Краем глаза Сюаньму видел, как она держала жезл в зубах и напряжённо всматривалась в Сюэжэня своими ясными янтарными глазами, что светились на фоне яркого меха, словно лучи солнца отражались на снегу в морозный зимний день. Остальное его внимание занимали аккымы, которые могли броситься своим сородичам на подмогу и напасть на генерала Ю.

— Он весь светится, — процедила нуна сквозь зубы. — Я не понимаю, где