Последняя жертва - Райчел Мид

— Нет… другой. Это неважно. Соня… Ну, она снова моройка. Правда, еще не совсем освоилась с этим. Слегка не в себе.

Соня пила воду, но тут повернулась ко мне с кривой улыбкой.

— Я сама могу говорить за себя, Роза.

— Извините, — сказала я.

Эмили перевела недоуменный взгляд на Сидни; их представили друг другу, но не более того.

— А ты почему здесь? — Она имела в виду, почему здесь человек. — Ты «кормилица»?

— Нет! — Сидни, сидящая рядом со мной, вскочила. Я никогда не видела ее исполненной такого гнева и отвращения. — Повторите это еще раз, и я уйду отсюда! Я алхимик.

Они непонимающе смотрели на нее. Я потянула Сидни в кресло.

— Успокойся. Не думаю, что им известно, кто такие алхимики. — В глубине души я была рада этому. Впервые столкнувшись с алхимиками, я чувствовала себя так, будто все в мире, кроме меня, знают о них. Было приятно обнаружить, что и другие не в курсе. Стараясь не усложнять ситуацию, я объяснила Эмили: — Сидни помогает нам.

Она снова перевела взгляд на кузину, и глаза у нее повлажнели. Эмили Мастрано была одной из самых сногсшибательных женщин, которых я когда-либо встречала. Даже слезы ее красили.

— Это действительно ты? Они вернули тебя мне. О господи! — Эмили поднялась, подошла к Соне и крепко обняла ее. — Я так скучала по тебе! А теперь просто не могу поверить.

Я сама чуть не расплакалась, но потом напомнила себе, что у нас тут другое дело. Я не хуже ее понимала, как потрясающе все это было. Мы только что перевернули мир семьи Мастрано вверх дном, и… я была на грани того, чтобы еще больше осложнить им жизнь. Хотелось бы, чтобы у них было больше времени освоиться со всем этим, отпраздновать чудо возвращения Сони. Однако часы — в частности, моей жизни — продолжали тикать.

— Мы вернули ее вам, да… — заговорила я. — Но это не единственная причина, зачем мы здесь.

Наверное, было что-то в моем тоне, заставившее Эмили насторожиться, отойти от Сони и сесть рядом с мужем. Почему-то мне показалось, что она понимает, зачем мы здесь. Я видела в ее глазах страх — как будто она годами боялась этого визита, как будто раз сто представляла его себе.

Я устремилась вперед.

— Нам известно об… Эрике Драгомире.

— Нет. — В голосе Эмили странным образом смешались резкость и отчаяние. Ее упрямство очень напоминало поведение Сони, когда она поначалу отказывалась помогать нам. — Нет. Никаких разговоров на эту тему.

Едва увидев Джил, я узнала эти глаза и поняла, что мы там, куда так стремились. Слова Эмили, которая, что важно, ничего не отрицала, подтверждали это.

— Придется, — настаивала я. — Это очень серьезно.

Эмили посмотрела на Соню.

— Ты же обещала! Обещала никому не рассказывать!

— Я и не рассказывала, — ответила Соня.

Чувствовалось, что ее снова обуревают сомнения.

— Что происходит? — требовательно спросил Джон.

В его взгляде разгорался гнев — ему явно не нравилось, что незваные гости огорчают его жену. Я продолжала обращаться к Эмили.

— Это необходимо обсудить. Пожалуйста, нам требуется ваша помощь. Нам требуется ее помощь.

Я кивнула в сторону Джил.

— Что ты имеешь в виду? — воскликнула Джил.

Видя реакцию матери, она тоже встревожилась.

— Речь идет о твоем…

Я смолкла. Я бросилась искать родственника Лиссы — сестру, как теперь было ясно, — мало задумываясь о последствиях. А могла бы догадаться, что вся эта история наверняка держится в тайне от всех — включая саму девочку. Я не брала в расчет, каким потрясением может стать для нее это открытие. И ведь это не просто какая-то незнакомая девочка. Это Джил. Моя подруга. Девочка, которую все мы воспринимали как младшую сестру и за которой считали своим долгом приглядывать. Что я собираюсь обрушить на ее голову? Бросив взгляд на Джона, я поняла, что все может быть еще хуже. Что, если она считает его своим отцом? Такое потрясение для семьи — и в ответе за него я.

— Замолчи! — Эмили снова вскочила. — Уходите отсюда! Все вы! Я не желаю вас видеть!

— Миссис Мастрано… — начала я. — Невозможно просто делать вид, что ничего нет. Нужно взглянуть правде в глаза.

— Нет! — Она указала на дверь. — Вон отсюда! Уходите, или… Я позвоню в полицию! Или стражам! Ты… — До нее внезапно дошло то, о чем она не подумала под впечатлением от появления Сони. Виктор — не единственный преступник, которого разыскивают стражи. — Ты беглянка! Убийца!

— Нет! — воскликнула Джил, подавшись вперед. — Я говорила тебе, мама. Говорила еще раньше, что это ошибка…

— Уходите! — повторила Эмили.

— Уйдем мы или нет, истинная ситуация от этого не изменится, — ответила я, стараясь сохранять спокойствие.

— Может, кто-нибудь будет настолько любезен и объяснит мне, что, черт побери, происходит? — Лицо Джона побагровело от гнева. — Если в течение тридцати секунд я не получу ответа, то сам позвоню стражам и в полицию.

Я смотрела на Джил и никак не могла заставить себя заговорить, не могла подыскать нужных слов, не могла выразить свою мысль тактично. У Сидни, однако, такой проблемы не возникло.

— Он не твой отец, — напрямую сказала она, кивнув на Джона.

Последовала непродолжительная пауза. Джил выглядела почти разочарованной — словно надеялась услышать нечто более волнующее.

— Знаю. Он мой отчим. Хотя я… ну… считаю его отцом.

Эмили снова рухнула на кушетку и уткнулась лицом в ладони. Похоже, она плакала, но я не сомневалась — в любой момент она может вскочить и позвонить по меньшей мере в полицию. Нужно действовать быстро, как бы мучительно это ни было.

— Правильно. Он не твой биологический отец. — Говоря, я не сводила взгляда с Джил. «Эти глаза. Почему я никогда не обращала внимания на эти глаза?» — Твой настоящий отец Эрик Драгомир.

Эмили пронзительно вскрикнула.

— Нет, — умоляюще сказала она. — Пожалуйста, замолчи.

Гнев Джона сменился смятением.

— Что?

— Это… Нет. — Джил медленно покачала головой. — Это немыслимо. Мой отец просто… просто сбежал от нас.

В каком-то смысле это соответствовало действительности.

— Это был Эрик Драгомир, — повторила я. — Ты тоже член этой семьи. Сестра Лиссы. Ты… — Только сейчас Джил в полной мере предстала передо мной в новом свете. — Ты из королевской семьи.

Джил, всегда исполненная энергии и оптимизма, открывала для себя мир с наивной надеждой, что придавало ей очарования. Сейчас ее лицо приняло мрачное, серьезное выражение; она выглядела старше своих пятнадцати лет.

— Нет. Ты шутишь. Мой папа был бедняком. Я не… Роза, прекрати!

— Эмили… — заговорила Соня, и я вздрогнула при звуке ее голоса — властного, серьезного. Соня была моложе Эмили на… На сколько? Лет на десять, предположила бы я. Однако она смотрела на Эмили так, словно та была капризным ребенком. — Эмили, пора раскрыть тайну. Ты должна рассказать ей. Ради бога, ты должна рассказать Джону!