Последняя принцесса Белых Песков - Мэри Соммер

– Да, – уверенно ответил Джек.

Мильхор кивнул.

– Итак, мы контролируем северную и восточную части города. Позиции у нас хорошие, в пределах шести кварталов всё зачищено. Погибших примерно одинаково с обеих сторон, о раненых заботятся…

– А где все люди? – перебил Джек. – Где жители Тартесса?

Подошла Лея и молча встала у него за спиной. Мильхор глянул на неё, но прогонять не стал.

– Почти все жители ушли за день до того, как мы начали прорывать оборону города. Остальные прячутся. – Мильхор понизил голос. – Я послал весточку и позаботился, чтобы она распространилась. У армии верховного судьи из-за этого тоже получилось лучше подготовиться, но я же сразу сказал, что не хочу становиться королём мёртвой земли.

– Паук согласился на это? – удивилась Лея. – Что с ним, кстати?

О разногласиях с Джасмой Мильхор говорить не стал, но вена на его лбу запульсировала.

– Мы вчера разделились. Он с отрядом пытается прорваться с запада. Центр города защищают, как будто там… – Мильхор скривился. – Как будто там сам верховный судья, да. Вороны с ночи кружат над башней. Стоит кому-то приблизиться к дворцу, его атакуют целыми стаями, и им минуты хватает, чтобы останки потом нельзя было опознать.

– Во дворец есть путь через подземные этажи, – перебил Джек. – Мы воспользовались им для побега после свадьбы. Только если все сразу пойдём, можем привлечь к себе внимание и потерять преимущество. Знаю, у вас тут война, важное благое дело… Но мне важнее тихо вытащить Эри. А тебе?

Они собирались дождаться ночи. В темноте и люди, и птицы видят хуже, а крадущимся силуэтам легче раствориться. Не успел план прозвучать, как в импровизированный штаб ворвался разведчик с донесением: в южной части города оставшийся сброд устроил диверсию, в разрушенные ворота хлынули новые силы странников, и там начался яростный штурм оборонных позиций стражи.

Прислушавшись, можно было даже уловить отголоски далёких боёв. Армию знатно отвлекли, и Мильхор решил этим воспользоваться. Он отправил несколько групп на окружные улицы – дополнительно оттянуть на себя внимание противника. Цель собственной вылазки будущий король сформулировал обтекаемо: пробраться во дворец, чтобы изнутри пробить путь для остальных. Спасение какой-то никому не интересной принцессы вслух не проговаривалось.

Ещё несколько минут пришлось потратить на спор с Леей: она заявила, что если она не пойдёт, то и Джек останется. Втроём они тихо выскользнули из штаба.

Вечерело. В углах безлюдных улиц притаились тени, которые с радостью принимали нарушителей порядка в свои объятия. То тут, то там над крышами мелькали чёрные перья. Вороны зорко поглядывали на них, щёлкали клювами, но не нападали. Может, челюсти каменного дракона оставили сильное впечатление, а может – Джека пугала эта мысль – Морн позволял им идти.

Очередной поворот вывел их к полностью разрушенному дому. Среди груды камней блестели осколки стекла с засохшими красными разводами. Джек отвернулся, чтобы не увидеть больше. Из окна другого – уцелевшего – двухэтажного дома прямо на него смотрела весьма почтенных лет женщина. На ней был расшитый халат из тончайшего шёлка, сложенные на груди руки оттягивал вес драгоценных камней в перстнях и браслетах. Если местный сброд охотно помогал странникам, то такие, как эта женщина, ценили свою роскошную жизнь при верховном судье. Возможно, в их домах имелись собственные тревожные колокольчики… Но женщина смотрела на Джека, а потом – будто не война, а свет ей мешал – просто задвинула шторы.

Они обошли рыночную площадь. Торговля не велась уже несколько дней, и на некоторых прилавках остался лежать товар. Клетки для заключённых были пусты. Кто бы ни победил в битве за Тартесс, едва ли они теперь понадобятся. А отголоски битвы гремели всё громче…

Торцевую стену дворца никто не защищал. Засохли кусты лаванды, через которые Джек с Эри, Фред и Кларком пробирались всего несколько дней назад. Аромат не выветрился, но стал каким-то припылённым, неживым. Джек нашёл окошко у самой земли и первым скользнул внутрь.

Никого. На старой заброшенной кухне – никого. Дальше, в засыпанных песком коридорах, – никого. Джеку показалось, что потолок как будто приблизился. В некоторых галереях ему приходилось наклоняться ниже, чем в прошлый раз.

– Какое прекрасное место, – благоговейно прошептала Лея, зачерпнув горсть песка.

– Прекрасное? – Мильхор скривился.

– Природа напоминает людям, кто тут на самом деле ничтожные песчинки. Слушайте…

Она приложила ладонь к потускневшей стене. Джек приложил свою рядом. Сначала отвлекали собственное дыхание, стук сердца, но вот он почувствовал в глубине камня дрожь – мелкую, как рябь на воде в безветренную погоду.

– Давайте скорее выбираться.

Джек помнил дорогу, не сомневался ни на одной развилке. Что-то вело его, кто-то… Может, вера в то, что все ходы в партии расписаны наперёд, а финал предрешён? Счастливый финал для каждого, безусловно, иначе зачем это всё.

Ноги ступили на твёрдый пол. Показался проход, который заканчивался – нет, не дверью, а декоративной рамой большого зеркала. С этой стороны не было никаких секретных рычагов, Джек просто толкнул, и рама отъехала.

В спальне Эрисфеи ничего не изменилось. Нетронутая со свадебной ночи постель, густой сладкий аромат благовоний и… другой запах. Джек сделал два шага вглубь комнаты и был сбит с ног чем-то тяжёлым и рычащим.

– Зефир! – прохрипел Джек. – Я это, я, муж твоей хозяйки. Где там твоё ухо – давай почешу… Вот, молодец.

В лицо дохнуло свежей кровью. Очевидно, в отсутствие хозяйки её любимого котёнка кормили слуги. Зефир втянул когти и убрал лапу с груди Джека. От удовольствия он выгнул шею, рычание почти стало напоминать довольное мурлыканье, как вдруг… вдруг лев увидел Лею. Он ощетинился, плечи заходили ходуном, задние лапы напряглись, как перед прыжком. Лея попятилась обратно к тайному проходу.

– Тише! – Джек метнулся между ними. – Тише, Зефир, это наш друг.

Тут он заметил, что смотрит лев совсем не на девушку, а куда-то в пустоту рядом с ней.

– Ох, Лея, а я всё спросить не решался, сильно ли пострадал твой воображаемый питомец в схватке с Морном…

– Конечно, нет, он же воображаемый. – Лея цокнула языком. – Генерал Большелап в полном порядке!

– А ты могла бы отослать его погулять?

Вроде бы ничего не произошло, но Зефир сразу потерял к Лее всякий интерес. Запрыгнув на постель, он по-хозяйски разлёгся поперёк одеяла.

– Это спальня Эрисфеи? – Мильхору, похоже, было неловко. – Где нам теперь её искать?

– Есть догадка, которая меня одновременно обнадёживает и пугает, – сказал Джек. – Морн не испытывает к Эри отеческих чувств, но должен беречь её, чтобы ни друзья, ни враги не добрались.

– В башне, –