Ups & Downs - Изольда Северная

Смерти нет.

Когда он вернулся домой, то первым делом пошел в катакомбы. В эти темные комнаты подвалов, камень которых источает холод, стены которых хранят прошлое. Прошлое было похоронено здесь, закрыто, зарыто… Он тоже хотел оставить свое прошлое здесь. Похоронить, чтобы больше не возвращаться к нему никогда.

Пролистав очередную тетрадь, Аарон кинул ее в стопку ей же подобных. Он пробежал взглядом по стенам, по черному голому камню. Он вспомнил ту надпись на пыточном столе, что была сделала кровью…

Аарон поднялся с каменного пола. Он обошел комнату по периметру, рассматривая стены сверху вниз. Тут достаточно места для его прошлого. Его воспоминаний, которые должны быть отпеты и закопаны.

Он начал от кованой тяжелой двери. И дабы наказать себя, дабы оставить слова в этой стене вместе с воспоминаниями, вместе с кровью, он начал медленно скрести камень заострившимся когтем. Черный камень подался быстро, принимая первый штрих его прошлого. Хотелось бы знать, сколько пройдет времени, прежде чем он примет последний.

Иииии… моя просьба была удовлетворена.

Видимо мой вид был настолько говорящим, что от Владыки это не укрылось.

— Выйти наружу, малышка Шерри… — Райт задумался, потом провел ладонью по моим волосам, по щеке. Он еще долго смотрел на меня прищурено и все проводил рукой по голове и лицу. — Подобную драгоценность нельзя просто так отпускать.

Драгоценность?! Да ты преувеличиваешь, подумалось мне.

— Проведем… как у вас говориться, эксперимент. — Проговорил Райт задумчиво, удерживая пальцами мой подбородок. — Так зачем тебе наружу, малышка Шерри?

— Комната… что мне выделили. Она огромна… и пуста.

— Ты можешь сказать рабам. Они сделают все, что скажешь.

— Это будет не то. Я хочу сама заняться… этим.

— Сама. Хм… — Он чуть наклонился. — Если бы мне нужна была рабыня, я бы сделал ее из тебя. Работают пусть рабы. А ты должна делать так, чтобы я был доволен.

Окей. Нужно было что-то с этим делать.

— Но ты будешь доволен. Клянусь, у меня столько идей… — Я сменила тактику, заметив блеск непреклонности в его глазах. — Твой мир так отличается от моего. Он огромен и так интересен. Я взгляну одним глазком. Просто проверю, достоин ли он тебя.

Я его забавляю. Его глаза мерцают весельем, когда он слушает всю эту чушь. А ведь я использовала примитивную лесть. Мужчины, они одинаковы как на моей земле, так и тут. Любят ласку и то, что потешит их либидо.

А этот мужчина почему-то любил слова нежности и восхищения от меня особенно. Жестокий и расчетливый для других, со мной он предпочитал быть ребенком. Наводило на определенные мысли… и мне нужно было проверить теорию.

— Собственно… держать тебя запертой уже нет смысла. — Проговорил он, заставляя меня недоуменно нахмуриться. Неужели все его наложницы заперты тут безвылазно? — Тебе нужно оправдать оказанное мной доверие. Это простая задача для тебя?

— Смотря, чего ожидает мой Владыка.

Ну видите. Я сама услужливость, и это ему нравиться. Ему нравиться моя покорность, а еще вся та чушь, которую я несу. Я в его глазах просто забавная «малышка-Шерри». И пусть, это лучшее из всех вариантов. Лучше того, что мне расписывал Блэквуд.

В общем, на следующий день под своей дверью я обнаружила мужчину. Странное дело, но это все было похоже на то, что слуги здесь не стучались в двери никогда. Они просто ждали, когда тебе вздумается выйти. То же самое было и с Тией, то же самое было теперь с этим мистером.

— Маи-йе дали защиту. — Пробормотала Тиа, которая от меня вообще редко отходила. Лишь когда рядом был Райт, она спешила незаметно исчезнуть, и меня поражало, как ловко она это делает. — Маи-йя добилась своего.

— Я просто знаю подход. — Ответила я с тихой улыбкой.

— Подход? Маи-йе лучше не говорить так громко слова, которые могут оскорбить Владыку. Стены здесь тоже слышат и видят, Маи-йя. — Она немного привыкла ко мне, потому ее предложения стали чуть длиннее и распространеннее.

Оскорбить. В общем, лучше было молчать, потому что абсолютно любое слово можно было истолковать как оскорбление.

Мужчина так и стоял на коленях, склонив голову, явно чего-то ожидая.

— Поднимитесь, ну же. — Проговорила я, но прикасаться на это раз не стала.

Мужчина поднялся, демонстрируя на своем грубом, затронутым старостью лице два жутких шрама, что шли по его лицу, задевая глаза. Я даже отшатнулась непроизвольно.

— Он пугает Маи-йю? — Спохватилась Тиа, явно собираясь что-то предпринять, однако, я остановила ее, положив руку на ее плечо.

— Нет. Просто он же… слепой. — Пробормотала я, ошарашено. — Как мне обращаться к вам?

— Обращаться нельзя. — Вскричала сдавлено Тиа, а мужчина вторил ее словам своим покачиванием головы. — Он нем, Маи-йя. За ложь ему отрезали язык, но он был учителем фехтования. Лучшим по этой части, и Владыка по своей великой мудрости оставил ему руки. Он забрал лишь язык и глаза.

«Руки для фехтовальщика — все» — показал знаками мужчина, а Тиа мне перевела — «Владыка заберет мое сердце, если я дам даже ветру поранить вашу кожу, Маи-йя. Но для того, чтобы защитить вас у меня есть все что нужно. Слух. И руки».

— Безумие. — Пробормотала я тихо.

— Владыка бы не дал смотреть на свое чужим. Мужчины не должны видеть Маи-йю. Больше — нет.

— Почему? — Глупый вопрос.

— Если Маи-йя увидит своего мужчину, то Владыка больше не сможет брать от ее тела удовольствие. Закрыта для других, кроме истинного.

Теперь понятно, почему все женщины его гарема не выходят из этих стен. И теперь ясен смысл его слов: «держать тебя запертой уже нет смысла».

— Кто же ты, Маи-йя, если он дозволил тебе это? — Прошептала Тиа, покачивая головой. — Я начинаю думать, что ты — та самая.

Я его женщина?! Вот уж бред… они ведь даже не знали, чем мы занимаемся по ночам.

Гораздо позже, когда я находилась в шатре, что везли на своих плечах рабы (жуткое дело, но и отказаться я не могла, либо так, либо сиди в своей пустой комнате), я спросила Тиу:

— Объясни мне, почему здесь… так строго с… этим… ну, женщинами? Я имею в виду, как можно узнать, что я именно его.

— Владыка относиться к тебе иначе. Говорит с Маи-ей. — Она покачала головой, смотря в пол. — Он проводит с тобой уже три ночи. Он никогда не проводил столько ночей подряд с одной женщиной. Значит, ты его женщина. Та единственная, от кого у него может быть наследник.

— Дети могут быть только… от… — Я спотыкалась, потому что эта тема была щекотливой.

— Да. От своей истинной пары. Великая Мать столкнет их, сплетет их, даря продолжение рода.