Бог равновесия - Тамара П.

Магнитный пол все же был удобен, создавалась небольшая иллюзия верха и низа. Чтобы в невесомости не атрофировались мышцы, большинство народу тренировалось в тренажерном отсеке. Я старался проводить там время, когда весь экипаж уже спал, чтобы никто не видел, какой уровень нагрузки я себе устанавливал. Весь полет проходил в штатном режиме, люди сдружились, даже женщины на борту не вносили разлада, наоборот, многие старались перед ними показаться культурными и вежливыми джентльменами.

Прожить год в изолированном помещении мне не показалось чем-то трудным, казалось, что раньше я жил в одиночной камере, но эта ситуация в корне отличалась, так как был не один.

— Русский борщ великолепен, — прокомментировал вкус тюбика Смитерс.

— Заметно, ты его каждый день выбираешь, а чего овсянку не ешь? — спросил я.

— Она такая же, как и в Англии, что даже собаки, кроме английской, есть не могут.

— Зачем же ты ее заказывал? — удивился я.

— Чтобы ностальгия по родине не мучила, — скромно улыбнулся мужчина.

— Все шутишь?

— Нет, всегда серьезен.

— Расскажи еще что-нибудь серьезное, — попросил я.

— Играл я как-то на скрипке тюленям, — начал рассказывать Смитерс.

— Да ну? Тюленям? На скрипке? Зачем? — засыпал вопросами Андрей, глава инженерного отряда.

Его услышали остальные обедающие и присоединились к нам, облепив нашу компанию со всех сторон. Так всегда было, когда англичанин рассказывал свои истории.

— Хобби у меня такое — на скрипки играть.

— А тюлени? — кто-то из народа задал вопрос.

— В зоопарке живут, а я их к музыке приучаю.

— Зачем?

— Хотелось создать для них хорошее благодушное настроение, — ответил англичанин.

— Глупость какая-то, тюленям на скрипке играть, — высказался китаец Джан Ли Шу.

— Да тихо вы, давайте дальше послушаем, — кто-то шикнул на

— Да слушать не чего, играл я им пару недель, потом бросил играть на скрипке вообще.

— Почему?

— А они даже головы не поворачивали в мою сторону, — сокрушенно сказал Смитерс.

Я от смеха согнулся пополам, остальные тоже, только англичанин незаметно улыбался, глядя на нашу реакцию.

— Ой, не могу, — сквозь смех произнес Борис. — Ты бросил играть только потому, что тюлени не признали твою игру превосходной?

— Если я совершенен, то даже моржи обязаны хлопать ластами, — пафосно сказал англичанин.

Мы снова засмеялись.

Сегодня я был на дежурстве в рубке управления. Лениво рассматривал данные с монитора компьютера о состоянии двигателя и состоянии корпуса, одновременно просматривая на портативном ноутбуке фильм из серии "Чужие", ничего не скажешь, впечатлило кино. Представляя, если я бы я попал в такой мир, где такие чудные животные обитали, без гравитационной защиты и шагу не вступишь. Спокойный полет без чрезвычайных ситуаций меня начинал немного напрягать, особенно, когда мы уже подлетали к Марсу. Почему я так считал? Мне казалось, что тишина и покой являются для меня предупреждением к каким-то критическим ситуациям. Возможно, именно на Марсе мне придется раскрыть свою сущность из-за каких-то критических событий. Может быть, там появится тот враг, который загнал меня в человеческую вселенную. Но пока, полет проходил в штатном режиме и я включил передачу сигналов челнока на русскую колонию, предупреждая о нашем приближении. Скоро пришло сообщение, что колонисты готовы к нашему прилету, но предупреждают, что американские колонии могут совершить какую-нибудь диверсию, поэтому советуют садиться во время пыльной бури, чтобы они не смогли что-то предпринять.

Я собрал весь экипаж в комнате отдыха на брифинг и рассказал о предупреждении колонистов. Дальше разделил десантников на две группы, первая будет высаживаться с воздуха, спрыгивая с десантного бота, а другая будет находиться на корабле и ждать дальнейших приказов. Пока первая группа не убедиться в безопасности для спуска большинства членов экипажа, все инженеры останутся на челноке вместе со мной.

Марс был красив в своем красном цвете, величественным и смотрелся очень одиноко. Мы находились на нужной орбите. Из-за пылевой бури связи не было, но десантный бот тоже не мог спуститься. Я принял решение спускаться на планету в "Буране 7". Второй пилот начал объяснять, что даже если челнок выдержит посадку, то подняться он больше не сможет. Мне пришлось применить внушение, чтобы он согласился мне ассистировать. Я убрал солнечные батареи под корпус корабля. С гравитационной оболочкой, которую я на весил на челнок приземление прошло так мягко и успешно, что экипаж не сразу понял, что мы уже на планете. Колонисты тоже удивились, когда во время бури пришел сигнал от корабля, который находился в ста метрах от них. Какое-то время мы находились внутри челнока и пережидали, когда ветер немного стихнет. Могу с уверенностью сказать, что наше приземление прошло незаметно для врага, находящегося на американских колоний.

Я сидел перед экраном компьютера и смотрел на видеокамеры, которые показывали изображение марсианской колонии. Основной частью сооружений был модуль среды обитания, состоящего из овального куполообразного металлического корпуса, диаметром тридцать метров, состоящего из шести этажей, подготовленный для жизни восемнадцати человек. Рядом с ним находились сооружения поменьше, диаметром по десять метров, с тремя этажами для проживания семи человек. Маленьких модулей было пять штук. Всего колонистов со стороны России было пятнадцать человек: инженеры, экологи, техники. Русскими было человек десять, пятеро: китаец, араб, японец, француз, англичанка. Поэтому места должно было хватить, если учитывать, что на челноке должно остаться три человека. Десантники должны были выполнить свою задачу по защите колонии и ее сооружений, установке защитного поля последней версии Щита, разведать обстановку на территории вокруг колонии и сохранить людей и оборудования во время его установки.

Когда ветер стих, из большого модуля вышли несколько колонистов в тяжелых светлых скафандрах. Я сообщил экипажу, что мы — командиры первыми пойдем к колонистам, а все остальные должны оставаться на челноке. В своих новейших скафандрах мы выглядели меньше в два раза людей, которые вышли нас встретить.

Я, Борис, Андрей пожали им руки, и пошли вслед за ними в большой модуль. Нас встретили все колонисты, что жили в модуле. Мы, трое представились.

— Приветствую вас, — начал говорить высокий крепкий блондин лет сорока, когда мы прошли очистку, уравняли давление и сняли шлемы. — Меня зовут Дмитрий Анатолиевич, я — командир колонии, рад вас видеть. Уже не надеялись на то, что кто-то появится на Марсе. Мы знали, что война закончилась, но с каким счетом даже не догадывались. В последние два года готовили колонию для постоянного проживания оставшихся людей.