Враг Самогеты - Анна Пушкина

Драгон сосредоточился и направился к границе, но по пути продолжал следить за всем происходящим взором хищника. Он явно им не доверял. Путь ему преградил один из немногих демонов мужского пола. Ростом он был выше всех остальных и лишь немногим уступал самому Сетсею. Кожа гиганта была яркого оранжевого цвета, как раскаленная лава, и обтягивала выпирающие мышцы, словно сейчас порвется. Тяжелые витые рога начинались прямо над надбровными дугами, делая лоб широким и очень массивным. Через все лицо демона проходили две вертикальные полоски, нарисованные грязно-горчичной краской. Внутри все сжалось, словно пружина. Я насторожилась и приготовилась атаковать в любой момент, если пойму, что Сетсею грозит опасность. Вдруг на руку оранжевого гиганта легла ладонь демона в маске, и он сразу выпрямился, как по струнке. Сетсей перебросился с ними парой слов и обернулся ко мне, подавая знак, что я могу открыть проход обратно, все безопасно.

– Поставь ментальный щит, – подсказал Велад, и я послушалась, вспомнив, что демоны имеют врожденный дар к телепатии, а их собственный разум надежно закрыт от чужого вмешательства.

Первым через границу Акарана шагнул оранжевый гигант, явно проверяя, нет ли ловушки, и только потом на нашу сторону перешел демон в маске. Теперь я разглядела, что это была женщина. Она не парила, а спокойно шла за Сетсеем в нашу сторону. Прикрывая ее спину, за ней следовал гигант. Сомнений не осталось – командующим была демоница в золотой маске, скрывающей половину ее лица и рога. Маска искусно повторяла форму рогов, уходящих крупными кольцами назад, а в прорезях светились ярко-желтые глаза без зрачков. Кожа гостьи была бледно-лилового оттенка, и судя по теплым меховым сапогам и объемной шубе из беличьего меха, холод она не любила. В разрезе шубы виднелись голые коленки и живот. Как и орки, оголенных участков кожи они не стеснялись. Из-за спины выглядывали небольшая секира с наточенным лезвием в виде полумесяца и гибкий длинный хвост с кисточкой на конце, изящно извивающийся из стороны в сторону.

Вдалеке слышались перешептывания наших солдат и магов, охранявших этот отрезок границы. Но я не обращала на них внимания и всецело сосредоточилась на переговорщиках.

Демоница остановилась, когда Велад поднял руку, предупреждая, что ближе подходить нельзя. Она проводила взглядом Сетсея, который встал рядом с Эфирой слева от меня.

Велад еле слышно прочистил горло, явно подавая мне знак.

– Я княгиня Кроуги, и вы находитесь на моей земле. Мне сообщили, что вы хотите говорить. Но прежде я прошу снять маску – предпочитаю видеть лицо собеседника.

Тонкие пальцы демоницы тут же расстегнули застежки, и оранжевый гигант забрал маску своей повелительницы. Я рассмотрела ее лицо. Обычный человеческий немного заостренный нос, красивые полные губы, резковатые скулы и несколько шрамов. Но непривычные детали все же делали лицо отличным от человеческого. Раскосые узкие глаза без зрачков были густо подведены фиолетовой краской, а высокий лоб заканчивался красивыми рогами, на которые было сложно не пялиться. Они огибали голову демоницы и острыми концами выпирали вперед. Демоны явно любили украшательство. Заостренные длинные, как у эльфов, уши, короткие, рвано обрезанные черные волосы выше плеч и даже рога были украшены кольцами, косами, камнями и цепочками. Золотое кольцо красовалось даже в носу.

– Наши маски не для сокрытия лиц, они обозначают иерархию, – низким, глубоким голосом ответила демоница. – Меня зовут Улрана-Дерсага, я шир, а это мой шира, – повела она рукой в направлении своих людей.

– Шир – это вождь, шира – это племя, – шепнула мне на ухо Эфира то, что я и сама поняла.

– А это мой рол, его имя – Раз Аш, – женственно повела подбородком в сторону гиганта демоница.

Что такое рол, осталось загадкой, и я скосила глаза на Эфиру. Кажется, она размышляла, подбирая правильную формулировку.

– Сторожевой пес, – наконец тихо шепнула орк.

Я кивнула, велев демонице продолжать.

– К людской земле нас привел друг. Он сказал, что княгиня орлиного княжества не откажет в помощи. Мы не поддерживаем наших братьев в их войне и союзе с отступниками. Наши земли заполняют твари другого мира, и мы хотим найти укрытие за вашей границей. Мой шира – это искусные воины и маги, и мы будем платить добром за помощь. Мы будем сражаться на вашей стороне.

– Вы говорите о военной службе, но бежите от сражений.

Демоница сморщилась, не соглашаясь.

– В погоне за навсегда утерянным братья привели разруху в свой дом. Мы не хотим разрушать и убивать во имя потерянного, во имя пустого.

Я не совсем понимала, о чем она говорит.

– С-среди наш-ших врагов ес-сть демоны, вам придетс-ся убивать с-своих, – добавил Сетсей.

– Пусть так. – Демоница безразлично повела плечами.

– Кто ваш друг, который привел вас к моей земле?

Демоница внимательно оглядела всех, кто стоял рядом со мной, и отрицательно покачала головой.

– Не могу сказать.

– Вы просите доверять вам, а сами не до конца откровенны.

– Мы пришли не с войной или обманом. Это все, что я могу добавить. Я буду ждать твой ответ.

Командующая демонами сверкнула глазами, резко развернулась и пошла обратно к своему лагерю. Кисточка ее хвоста нервно виляла, как у недовольной кошки. Я провожала ее взглядом. Мне не нравилась скрытность демоницы. Пустив потенциального врага на свою территорию, вскоре можно горько пожалеть об этом. Подождав, когда командующая и ее рол перейдут границу, я закрыла проход.

– Она не врет, они пришли не с войной, – сказала Эфира и в подтверждение своих слов уверенно ударила кулаком по ладони, словно ставя печать под всем, что сказала.

– Демоны – сильнейшие в ментальной магии и искусные иллюзионисты. – К нам ближе подошла рина Перва.

– Турея не видела магии, и потом… – Эфира перешла на шепот. – Среди них мелкота.

Все присутствующие изумленно посмотрели в сторону лагеря.

– Сколько там детей? – спросил Велад, и его глаза расширились от удивления.

– Несколько, – ответила орк.

– Твоя турея видит с-среди них детей? – зашипел Сетсей, похоже все еще не веря ее словам.

– Нет, но моя турея чувствует материнскую любовь. У демонов она необычайно сильна.

– Что в этом странного? Они пришли целым племенем, – спросила я.

– Чем больше популяция, тем реже рождается потомство с магией, поэтому среди людей и орков, – Велад посмотрел на Эфиру, – больше пустых, тех, в ком нет силы. Демоны живут дольше всех, три или четыре поколения человека приходится на одну их жизнь. Потомство у них случается редко, зато абсолютное большинство детей – маги, и главное, они очень ими дорожат.

– Иначе говоря, рогатые не потащили