Огонь, пепел и ветер - Северина Мар

— Почему по-твоему нас называют дракон-император, а не барсук-император или хомяк-император? — вопросом на вопрос ответил Андроник Великий.

— Так вы превратитесь, да? — не унимался Хейни, пока Кир перебирал в уме тех, кто мог бы встать на его место, если с ним что-то случится.

Спрыгнув со стола, Андроник Великий подошел к нему, и опустился перед ним на корточки, так чтобы их глаза оказались на одном уровне.

— Когда придет время, мы встанем на крыло и земля содрогнется, а враги окоченеют от ужаса, — пообещал он.

Кир хотел бы хотя бы на половину разделять его уверенность.

Глава 28. Вязкий вечер и хаос утра

— Куда все ушли? — спросила Агата, сидя на узкой кровати, стоявшей подле окна, и глядя на далекую темную морскую гладь.

Небо разгоралось огненным закатом, из сада доносился сладостный аромат олеандров, слышались тихие шаги служителей. Она могла бы даже насладиться вязким и теплым вечером, если бы не тревога, когтями, сжавшая сердце.

— Отправились на заседание Верхней ложи, — ответила Елена.

Она сидела за столом, опустив взгляд в книгу, и подперев ладонью голову. Крошечные тени, старательно перелистывали страницы.

— И они что взяли с собой дракона-императора?

— Да. Иренеус проболтался, случайно или нарочно, куда они отправятся и его величество тоже захотел.

Агата накрутила на палец локон. Она весь день пробыла возле Андроника Великого, стремясь утешить его после встречи с прародителем. Он был очень расстроен и она могла его понять. Если бы ее матушка… Не мачеха, а настоящая матушка, которая ее родила, объявилась бы спустя столько лет и оказалась бы живой, а не мертвой, то Агата бы, конечно, очень обрадовалась, но и разозлилась и чувствовала бы себя брошенной и обиженной.

Она лишь ненадолго отлучилась, чтобы быстро посетить купальню и привести себя в порядок перед вечерней трапезой, а когда вернулась, оказалось, что дракона-императора уже нет в Святилище, и Кира Аверина тоже.

Последнее, почему-то укололо ее особенно сильно. Они вместе сидели в пещере, думая, что умрут, и она поделилась с ним всем, что знала, а затем они нашли спящего Иренеуса и даже сумели одолеть Фрола Зериона.

Агате казалось, что уж теперь-то надменный генерал больше не будет смотреть на нее свысока, что они стали соратниками и она, что-то для него значит, но, как выяснилось, все было впустую. Он забыл о ней так же быстро, как рыбы забывают о рассвете, когда поднимается луна.

Теперь она коротала вечер вместе с Еленой, сидя в тесной опочивальне, выделенной им на двоих.

— Как думаешь, почему нас не взяли? — тихо спросила Агата.

— Нам там нечего делать, — равнодушно отозвалась Елена, не поднимая взгляда от пожелтевших страниц. — Там и без нас разберутся, а если нет… И если Киру не удастся убедить Верхнюю ложу вывести из города людей и никакие другие методы не помогут… То тогда нужен будет, кто-то, кто остался на свободе, и кто может сделать хоть, что-нибудь.

Агата побледнела. От слов Елены ей стало чуть менее обидно, но куда более тревожно.

Они еще немного посидели, пока небо окончательно не погасло, а щебет птиц не сменился стрекотом цикад.

Елене наскучило читать и она с громким стуком захлопнула книгу.

— Агата, ты же знаешь, что сознание дракона-императора делится на три разных разума? — на этот раз она первой нарушила тишину.

— Да, — тихо и чуть испуганно ответила та.

— И ты знаешь, что сейчас бодрствуют только две головы, а третья спит?

Агата молча кивнула.

— Оказывается, пока не проснутся все три, его величество не сможет принять истинную форму и воспарить в небеса, — продолжала Елена, холодным и сдержанным тоном, так словно сказанное ничуть ее не пугало. — А это значит, что некому будет защитить Альтору от врагов.

Агата опустила плечи, сгорбив спину. Если бы мачеха увидела, как она сидит, то стукнула бы ее веером.

Она догадывалась о том, что так могло быть, но точно не знала, а теперь, когда Елена произнесла это вслух, все вдруг стало таким простым и ясным, что стало странно, как раньше она этого не видела.

— Агата, ты, может быть, знаешь, как пробудить спящую голову?

— Ника? — переспросила Агата. — Почти все время, что мы были в Приюте Цицелии после третьего испытания, мы с Фролом Зерионом пытались это сделать. Он считал, что каждая голова пробуждается от того, что ей интересно и близко. Мы с братом Сильвием приносили его величеству игрушки, погремушки, сладости и даже живых хомяков, но Ник ни на что из этого не откликнулся.

Агата нахмурилась, задумавшись о том, зачем Фролу Зериону было так стараться пробудить Ника. Может он считал эту голову самой слабовольной и бесполезной из всех и поэтому хотел, чтобы именно Ник был ведущим, как и было раньше?

— Ферналий хвост, — выругалась сквозь зубы Елена. — Остался всего один день. Уже завтра… уже завтра они будут тут. Если он до сих пор не пробудился, несмотря на все ваши старания, то вряд ли за один день, мы сможем, что-то изменить.

Агата хотела возразить, сказать, что надо пытаться и пробовать до конца, но их разговор прервали шаги и громкие крики. Переглянувшись, они поднялись на ноги и выглянули из комнаты.

Коридор тонул в темноте, которую не в силах были побороть пара свечей, чадящих в нишах.

Мимо рядов дверей служители тащили, взяв под руки, брыкавшуюся и отбивавшуюся, девушку. За ними шла сестра Акилина.

Агата не сразу узнала родное лицо, мелькавшее за пеленой спутанных темных волос, но голос показался ей знакомым.

Не раздумывая, она шагнула вперед, преграждая им путь.

— Эй, куда вы ее тащите? Немедленно отпустите!

Служители замерли, растерянно переглянувшись. Лили, которую они сжимали за предплечья, тяжело дышала, вздымая грудь.

— Госпожа, возвращайтесь в опочивальню, — приказала сестра Акилина. — Это не ваше дело…

— Вообще-то наше, сестра, — прервала ее Елена. — Эта девушка была с нами на Лунном острове, а вы даже не считаете нужным пояснить зачем вы схватили ее и куда тащите?

Сестра Акилина взглянула на нее исподлобья, но все все же ответила.

— Не беспокойтесь, княжна. С госпожой все будет в порядке. Все дело в том, что ей довелось узнать то, чего не следовало, так что пока мы не можем ее отпустить. Сами подумайте, что будет если она всем разболтает?

— Агата, Елена! — завопила Лили, тоже их узнав. — Я повстречала его на тропе, и сразу не поняла, кто он такой, а как поняла, решила всех предупредить! Я подошла к ним… и сказала, что он сказал… — неразборчиво