Янтарь и Лазурит - Чайный Лис

— Не спится?

Сюаньму не знал, сколько времени провёл так — он отключил сознание и поддался духовной энергии, совершенно перестал воспринимать окружающий мир. Голос генерала Ю не просто ввёл его в замешательство, а заставил вздрогнуть и даже напугал. Сюаньму настороженно посмотрел в его сторону, в его глазах застыл неозвученный вопрос: «Что-то случилось?»

— Дева Кон хотела обсудить найденный нож, — пояснил генерал Ю. Он уже не пытался называть нуну принцессой, а перестроился на новое обращение.

Сюаньму молча поднялся и отряхнул тёмно-синюю ткань от пыли, затем кивнул. Генерал Ю улыбнулся и первым устремился на постоялый двор, монах сложил руки за спиной и последовал за ним. Они миновали уже проснувшихся постояльцев, рассевшихся за невысокими деревянными столами, и вернулись в ту самую комнату, где провели ночь.

В дверях стояла Хеджин, евнух Квон уже проснулся и заправил постель, но не спешил подниматься, а нуна разместилась на узком подоконнике — Сюаньму удивился, как она вообще умудрялась там сидеть. Рядом с ней расположился каса-обакэ, только на своей тонкой ножке он чуть не свалился с подоконника, поэтому нуне пришлось подхватить его и усадить к себе на колени. Как только все оказались внутри, служанка вежливо опустила голову, выглянула в коридор, осмотрелась по сторонам и прикрыла дверь. Поскольку все собрались, сидеть дальше было невежливо, поэтому пухлый евнух Квон поднялся и остался стоять у стены.

Нуна вертела нож в руках, ржавое лезвие местами блестело в лучах утреннего солнца. Сюаньму свёл брови, переживая, что от неаккуратного движения она могла порезаться, но та держалась ловко и уверенно.

— Я прекрасно понимаю, что это оружие никак не связано с трупом, который мы видели в горах, — решительно заявила она, в то время как помрачневший евнух Квон вяло опустил свою голову и вздрогнул. — Однако нутром чую, что господин Нам как-то причастен к этим убийствами.

— Дай мне нож, — на лице генерала Ю застыло непривычно серьёзное выражение, он протянул руку. Нуна чуть склонила голову вбок и вложила оружие в его широкую ладонь.

Генерал Ю повертел его в руках, поднёс к глазам и прищурился.

— Выглядит как разделочный нож, которым не пользовались уже много лет, — вынес он вердикт. — Лезвие давно заржавело — не первый год он закопан под землю.

Хотя на своём веку Сюаньму повидал немало мертвецов, труп мёртвой женщины в горах до сих пор стоял перед глазами. Запёкшаяся кровь на её лице и траве у головы, глубокая рана вместо левого глаза с торчащим из неё бамбуком. Он также помнил запах гниющей плоти и жужжание назойливых мух.

Однако судя по ране, глаз не могли выковырять этим ножом — слишком тупое лезвие, а вынули его изящно и при этом не повредили само лицо.

Генерал Ю непривычно серьёзно хмурился. Он поглядывал на слуг, словно не хотел говорить при них, но и нуна, и сам Сюаньму уже слышали и даже встречались с аккымом, поэтому молчать он тоже не стал:

— Возможно, интуиция тебя не обманывает, — он посмотрел нуне в глаза, — и лекарь Нам как-то связан с аккымом. Знаком, укрывает, а может, аккым даже угрожает ему — к сожалению, я этого не знаю. И нас просто не хватит, чтобы уследить за всем.

Последние слова прозвучали строго и с нотками досады. Когда они столкнулись с генералом Ю в горах, тот был совсем один, без каких-либо подчинённых.

— Я хочу ещё раз наведаться к господину Наму, — решительно заявила нуна и затем перевела взгляд на Сюаньму. — А вы можете пока искать аккыма и заодно… — она чуть понизила голос, словно вторая тема волновала её куда больше, чем опасный убийца. — Разузнать про даму Пён.

Хеджин пересекла комнату и приблизилась к нуне, вежливо поклонилась и негромко произнесла:

— Я пойду с госпожой.

Евнух Квон подскочил на месте.

— И я пойду! — воскликнул он.

— Я ценю ваше беспокойство, но я справлюсь и сама, а вы лучше прочешите ещё раз весь Анджу.

— Но госпожа! — захныкал евнух Квон, подбежал к ней и сложил руки в молящем жесте, ещё и нижнюю губу выпятил.

Нуна тяжело вздохнула, её брови слегка подёргивались.

— Хорошо, евнух Квон пойдёт со мной, — затем она обратилась к служанке. — Хеджин, я могу оставить на тебя поиски дамы Пён?

За время их знакомства Сюаньму успел заметить, как Хеджин и евнух Квон искренне беспокоились и пеклись о безопасности своей госпожи. Служанка сложила перед собой руки и чуть прикрыла глаза.

— Как прикажете.

— Отлично, — обрадовалась нуна, но застыла, как только взглянула на Сюаньму. Кажется, и она уже понимала, что он являлся не лучшим выбором для расспроса горожан о даме Пён. Он мог искать следы, зацепки, расставлять ловушки и охотиться за нечистью, но общаться с людьми — не его блюдо*.

* Кит. 不是我的菜 — «не моё блюдо» (не моё; не в моём вкусе; не мой конёк).

Уголки её губ дёрнулись, нуна почесала лоб указательным пальцем.

— Рури, ты можешь пойти с Хе…

— Со мной, — перебил её генерал Ю и самодовольно улыбнулся, словно в него вселился дух, только что полакомившийся вкусной добычей. — Монах Шуаньму пойдёт со мной.

Вообще-то Сюаньму не отказался бы оказаться в паре с нуной, а не генералом или кем-то из слуг, но кем он был, чтобы принимать такие решения? Его мнение даже никто не спросил.

— Зачем ему это делать, генерал Ю? — процедила нуна сквозь зубы, словно не хотела отпускать их вместе. Зато прекрасное настроение генерала это не испортило.

— Поищем аккыма, а заодно, может, узнаем про вашу даму Пён. Какие-то проблемы, дева Кон? — он хитро прищурился и ещё шире улыбнулся.

— Пусть Рури сам решает, — фыркнула она.

— Он уже решил, что пойдёт со мной, — усмехнулся генерал Ю, а Сюаньму слегка нахмурился. Вряд ли генерал Ю настаивал бы просто так — в этом монах не сомневался, наверняка тот что-то разузнал или хотел чем-то поделиться.

— Рури?

Нуна спрыгнула с подоконника, ловко пересекла комнату и в следующее мгновение оказалась перед ним. Сюаньму неуверенно отвёл взгляд в сторону:

— Я пойду с генералом Ю.

Всё-таки он хотел узнать, что творилось в голове этого мудрого человека, вызывающего к себе лишь доверие и почтение. Только почему-то его слова расстроили нуну.

Она хмыкнула, вырвала