За час до рассвета - Наталия Корнеева

Айри наклонила голову, сжала ручку. Сколько еще это будет продолжаться? Сколько еще потребуется смертей, прежде чем они смогут доказать виновность Нио? Все эти смерти будут на совести у нее и у Кеймрона.

Ее размышлениям помешал барон Олден: он порывисто вошел, и лицо его выражало одновременно волнение и торжество.

— Тарлок арестован нашими людьми, мы получили записи о вложениях герцога Эклана и графа Нойтарга в «Золотую деву», — он сделал паузу, позволяя осознать услышанное, и глаза Кеймрона сверкнули. — И еще сегодня вечером Его Высочество собирается посетить свой загородный особняк.

— Хорошо. За ними всеми надо проследить. Я займусь этим, — кивнул он.

Кеймрон ушел куда-то звонить, кому-то отдавать приказы, договариваться, и вечером Айри сама закрыла кабинет. Когда она вышла на улицу, оглянулась с тревогой — ни кареты с гербом, ни Нио рядом не было видно. Но домой шла напряженной до крайности, постоянно оглядывалась, оборачивалась на каждый шорох, на цокот копыт.

Фели была дома, но собиралась вскоре уходить, поэтому Айри схватила ее за руку и увела в свою комнату.

— Айри, что такое? — с тревогой спросила она.

— Ты ведь будешь выступать в доме виконта Нойтарга завтра?

— Да… А как ты узнала? Виконт рассказал тебе? Это ведь он тот самый Нио, я права? — и ее глаза сверкнули от удовольствия.

— Фели… Виконт не тот, за кого выдает себя. Он не друг ни мне, ни тебе. Запомни это и не доверяй ему. И еще лучше — не общайся с ним, не оставайся наедине. Прошу тебя.

Айри стояла перед сестрой в расстегнутой шинели, с поднятыми плечами, и пристально смотрела в глаза, с мольбой, с отчаянием.

— Хорошо, Айри. Если ты просишь о таком, значит, на то есть причины, — кивнула она. — Мне не опасно идти в его дом? А моим ребятам?

— Нет. Никакой опасности завтра вам не грозит. К тому же, я тоже приду. Виконт пригласил меня посмотреть ваше выступление. Я буду рядом с ним, так что ничего не бойся, но помни мои слова.

Фели прищурилась.

— Что-то ты темнишь! Но так и быть, прощу тебя в этот раз. Что ж, а теперь мне пора! Нужно дошить еще два платья, — и Фели, порывисто обняв ее, убежала.

Наступила ночь, но Айри не находила себе места от беспокойства, вкусный ужин встал поперек горла и, извинившись перед родителями, она вновь надела форму и ушла.

Однако Кеймрона в его доме уже не застала.

— Господин ушел, но вы можете подождать, — сконфуженно протараторил Ловри и открыл ей дверь.

— Да, я так и сделаю, — ответила она и обернулась.

Темную улицу пеленой прикрыл легкий туман, похожий на дымку, на вуаль.

Огонь в камине не согрел — от беспокойства, от волнений кровь как будто стала гуще, застыла, и Айри сидела на диване и терла руки, но это не помогало.

Где же Кеймрон? И что он делает? В безопасности ли он?

Пламя перед ней, конечно, ничего не могло рассказать.

А Кеймрон находился у особняка графа Нойтарга. Он обошел его и убедился, что единственным местом для наблюдений вокруг было старое дерево, на мощной ветви которого в данный момент сидел его наблюдатель с биноклем.

— Вижу графа! — громким шепотом доложил наблюдатель. — Граф, как обычно, сидит в кресле, а на коленях у него кот!

Кеймрон дернул плечом. Неужели даже арест Тарлока не нарушил спокойствия заговорщиков? В чем дело? Почему? Ему нужна была хоть какая-то зацепка, и мозг сам собой уцепился за слова наблюдателя.

— Как обычно?

— Да, как обычно! — подтвердили ему из ветвей. — Вон он, сидит с котом на коленях, как и в прошлый раз!

— А в позапрошлый что было? — спросил Кеймрон, запрокинув голову.

Выглядело так, словно он вопрошал дерево — наблюдателя снизу не было видно.

— И в позапрошлый так было! За все время наблюдений граф дома своего не покидал! — бодро отчитались сверху.

— Он все время сидел в одной комнате?

— Да, в одной! Только ее отсюда хорошо и видно!

Кеймрон опустил голову. Влажная земля под ногами хлюпала, и этот звук раздражал. Наблюдение за домом вели только в дни, когда Ижен Легард уезжал в свой загородный особняк… И каждый раз граф сидел в той комнате, которую видно с единственного места для наблюдений вокруг его дома. Словно нарочно. Показательно.

Кеймрон оттолкнулся от земли, загудел ветер, и ветви дерева качнулись.

— Ой-ей! — и наблюдатель вцепился в ствол.

Кеймрон осторожно сел на соседнюю ветвь и жестом потребовал бинокль. Взяв его и прислонив к глазам, он быстро нашел нужную комнату. Бинокль был плохонький, изображение размылось, но все же граф оставался узнаваем, и он правда сидел в кресле с котом на коленях. Огромным. Рыжим. Кеймрон никогда не видел у него кота.

И все же что-то было не так. Каждый раз одно и то же место, одна и та же ситуация, одно и то же положение… Ни один нормальный человек не будет настолько точен и предсказуем. Кот — тем более.

И Кеймрон, вызвав ветер, полетел ближе к особняку. У графа не было охраны, сторожевых псов и любопытных слуг, поэтому он спокойно пролетел над двором до самого окна, завис напротив него. Присмотревшись, сквозь тюль он увидел, как у ног графа ползал слуга и двигал время от времени палки, и тогда двигался сам граф.

Кукла. Все это время они наблюдали за куклой. Кеймрон был уверен, что в доме герцога Эклана происходило то же самое. Их виртуозно обманули! Разозлившись, он вызвал слишком сильный поток ветра, и его подбросило в небо, как бумажку, перевернуло, опрокинуло. Кеймрон едва совладал с ситуацией и не упал на крышу особняка.

Перевернувшись еще раз, он, наконец, обрел равновесие. Теперь ему требовалось как можно скорее оказаться у особняка принца! Ветер, отзываясь ему, завыл, загудел, заревел, его дернуло и понесло по небу в нужную сторону.

Уроки герцога Монмери помогли, но оставалось еще много проблем, и полет его был полон неожиданных падений, резких подъемов. Несколько раз он чуть не упал на крыши домов, потом взлетел к звездам, а следом чудом не врезался в шпиль Дил-Атрона.

Сверху город выглядел непривычно, необычно, требовалось время, чтобы сориентироваться — мешали постоянные рывки, потому что у него не получалось держать