Попаданец для драконши - Алиса Рудницкая

— Рад вас видеть, многоуважаемый посол, — будто только что увидев его, поздоровался король.

— Взаимно, ваше величество.

— Ну что ж, не будем терять время! — сразу же переключился на меня монарх. — Итак, я приглашаю вас на… скажем так, ранний обед, поздний завтрак, просто чашечку кофе. Вас одного, принц. Пусть остальные располагаются и устраиваются на новом месте, прислуга покажет им их комнаты. Вас же я прошу отобедать со своей скромной семьей, без всяких там церемоний. Что скажете?

— Почту за честь, — кивнул ему я.

— Тогда разрешите, — он потеснил Каю, что везла мою коляску за ручки. — Я сам вас довезу. Кстати, благословенный рыцарь, я рад видеть и вас у себя в гостях. Лекарям уже сообщено, что вы приехали не только защищать принца, но и учиться, они зайдут к вам.

— Премного благодарна, ваше величество, — поклонилась мне Кая. — Однако не могла бы я, раз я не имею права присутствовать на трапезе, подождать моего господина у двери? Я все же его рыцарь и защитница…

— Да-да, — ворчливо согласился кофейный король. — Как вам угодно. Главное не шумите.

И после этого мы поехали. Спустились сначала по винтовой лестнице башни, а потом попали в застекленные галереи, из которых открывался потрясающий вид на город. Дома-колонны поддерживали стеклянный свод, который шатром расходился от замка. Сквозь расчищенные участки пробивались лучи света и рассеивались в свете искусственном. Разноцветные огни города смешивались в приятную для глаза композицию. Одна беда — деталей я не видел, окна запотели. Здесь, внутри, было довольно тепло, почти жарко.

— Нравится? — спросил с гордостью кофейный король. — Шаас-Сахти — один из красивейших городов Арлейва, и завтра у вас будет возможность в этом убедиться. Я уже нанял для вас надежного гида. Днем он поможет вам осмотреться, а вечером вас ждут горячие целебные источники.

— Огромное спасибо, — улыбнулся ему я. — Я и не ожидал, что мне удастся погулять по городу.

— Все для вас, дорогой гость, — ответил монарх.

— Однако… — начал я, надеясь, что не сморожу глупость, — я слышал, что вы выращиваете кофе. Но…

— Удивлены, что у нас здесь не джунгли и не жарко?

— На самом деле да.

— О, это немного печальная история. Печальная, но не непоправимая. Видите ли, при моем прадеде кизиловый и лакричный короли решили уничтожить Арлейв.

— Уничтожить, — удивился я.

— Да, я не оговорился, принц. Не захватить, не поработить, а именно уничтожить. Погрузить в морскую пучину. И причина на то была одна — любовь. Видите ли, тогда у моего прадеда, сорок пятого короля Арлейва, родилась дочь, принцесса, благословенное дитя самого василиска. Белое кофе.

Про себя я заключил — альбинос. Хотя… если вспомнить про то, откуда берется цвет в телах жителей кеты, я засомневался, а если ли здесь вообще альбиносы? Может, просто какой-то сбой в организме у человека случился. А может и правда благословение — кто знает этот магический народ.

— Так вот, — продолжал король. — Принцесса была так прекрасна, что за ее руку и сердце решили биться сразу двое кронпринцев — кизильный и лакричный. Но девушка настолько ненавидела их обоих, что бросилась с той самой башни, из который мы только что с вами спустились. Разумеется, какие бы не были хорошие в Алрейве целители, никто не в силах воскресить мертвеца. Но лакричный и кизильный короли решили, что кофе решило подставить их и спрятало наследницу. Принцы так оскорбились этим, что объединились и уговорили своих отцов напасть на нашу землю. И вы видите перед собой результат их действий. Жаркий некогда край превратился в безжизненную ледышку.

— Но теперь вы дружны? — уточнил я.

— Да, разумеется. Когда страсти чуть улеглись и короли поняли, что натворили, они пришли на помощь к нашей пострадавшей земле, признали ошибку. Теперь мы потихоньку совместно оттаиваем наш континент, но сменится еще поколений десять, прежде чем здесь снова будут цветущие сады. Конечно, большая часть растений и животных погибла… но мы не отчаиваемся, ведь у нас есть стекло, которое нам поставляют лакрицы, и дерево, которым делятся кизильники. Мы строим теплицы на гейзерах и выращивам то, что сохранилось, в том числе и кофе. Так что мы тоже знаем, что такое упорство.

— Надеюсь, вас не слишком обидела моя речь, — смутился я. — Я многого не знал и слишком обобщал…

— Что вы, ваша речь меня настолько взбесила, что я, вернувшись домой, много ночей провел над книгами и бумагами, — засмеялся монарх. — Вы многих больно укололи, но это были весьма полезные уколы. После таких уколов хочется идти совершенствоваться, а не бить уколовшего.

Я выдохнул. Ну слава свету, значит яда в еде можно не ждать.

Тем временем мы спустились на три этажа, и двое низеньких, но весьма коренастых мужчин распахнули перед нами тяжелую, каменную дверь с вырезными на ней змеями. Вообще вся обстановка замка была каменной, и весьма изящной. Стены покрывали фрески и барельефы, в нишах стояли реалистичные статуи, коридоры украшали расписные вазы с сухими цветами и окна все были сплошь витражными. Мне почему-то вспомнились слова одного питерского приятеля о том, что из-за плохой погоды жители города много сидят дома и много творят. Видно, здесь был тот же случай — кофе не могли вспахивать поля, зато они могли совершенствовать свой ум и развивать искусство.

Через каменную дверь мы попали в небольшую столовую-восьмиугольник. Стол в центре тоже был восьмиугольным, а большая часть занимали огромные панорамные окна. За столом уже собрались люди, часть из которых я уже видел на пиру в замке Лэд. Например я помнил маленькую, похожую на чернокожую японку, кофейную королеву и кронпринца — более высокого, чем его родители. Стоило нам войти, как все сидевшие встали, приветствуя нас склоненными головами и сдержанными улыбками.

— Знакомьтесь, принц пшеницы, — представил он меня собравшимся. — Мою жену вы должно быть помните. Кронпринца тоже. Вот этот молодой человек — мой средний сын.

Парнишка поднял на меня глаза и кивнул, давая понять, что это о нем говорят. На вид ему было лет пятнадцать, не больше.

— Ну а это — моя самая младшая дочка, — кивнул король на темнокожую малышку, скромно упершую глаза в пол.

— Прошу прощения, ваше величество, но как мне к вам обращаться? — запаниковал я. — Мне сказали, что имена у вас называть не принято, так что…

— Да как вам будет удобнее, — отмахнулся от меня король, подкатив меня к столу.

— Обычно знакомые у нас придумывают друг другу прозвища, — мягко сказала королева, опускаясь на свое место. — Например, младшую принцессу мы все называем Пятнышко из-за светлого