Парвус. Часть 2 - Рясков

Эйкен же делал вид, что его эти истории не шибко веселят, но периодически не сдерживал смешки. Рассказы приблизились к пятилетию Медеи, и Силия резко помрачнела. Она вдруг замолчала. Когда мать затихла, девушка поняла, что, возможно, это был первый уютный семейный вечер, но его прервали воспоминания Силии о краже Фейтом дочери. Женщина неловко прокашлялась и засобиралась домой.

Медея поднялась следом за матерью, а Эйкен остался сидеть. Девушка послала мужчине взгляд, говорящий, что его план помирить их с Силией очевиден.

Однако она была рада, что мать весь вечер спокойно общалась с Псом. На прощанье мать и дочь даже обнялись. В глазах женщины все же промелькнуло волнение, но она не сказала ничего плохого, когда уходила. Дверь закрылась, и Медея уставилась на Эйкена.

Он отодвинул пустую тарелку от себя и облокотился на стол. Эйкен оправдывался:

— Было похоже, что тебя беспокоила ссора с матерью. А Силия просто волновалась за тебя. И вы обе не должны ругаться из-за меня, поэтому я решил, что вам нужно помириться.

Медея смотрела на мужчину, что изо всех сил старался сделать ее жизнь лучше, но при этом сам все время нервничал из-за нее. Она прошла к столу и, придвинув стул вплотную к Эйкену, села рядом.

Рука ее потянулась к дольке апельсина. Он внимательно следил за тем, что девушка делает. Медея поднесла апельсин ко рту. Эйкен потянулся забрать у нее дольку. Девушка отклонилась и помотала отрицательно головой.

— Не ешь, тебе же не нравится, — проворчал он, делая попытки забрать апельсин.

— Тогда и ты не делай то, что тебе не нравится, только потому что хочешь меня порадовать, — сказала она, закидывая в себя апельсин.

Медея почти упала со стула, пока спасалась от лапищ Пса. Она быстро жевала. Эйкен вернулся в нормальное положение. Он так же, как и Медея, потянулся к апельсину.

— Ну нет, ты что меня не слушаешь совсем?! — злобно прошипела она и стукнула его по плечу. — Тебе же тоже не нравятся апельсины! Не смей есть его!

Мужчина широко улыбался, придирчиво рассматривая дольку:

— Сейчас мне кажется, что это было вкусно. Слишком хорошие ассоциации с поеданием апельсина. Даже не верится, что мы ели его так давно.

От воспоминаний совместно проведенного времени в убежище Медея свела брови. Когда они гуляли по пустыне вдвоем, все было проще.

— Ты никогда не хотел покинуть Парвус? — спросила девушка серьезно.

Эйкен пожал плечами и равнодушно произнес:

— Думал. Я и здесь не прижился, но и там чужой. Это место мне привычнее, чем поверхность.

— А со мной бы жил на поверхности? — поинтересовалась Медея.

Она занервничала и, не выдержав подступившего волнения, уткнулась носом в мускулистую руку. Привычное тепло согревало ее лоб. В квартире висело молчание. Эйкен же ел апельсин. Прожевав, он протянул:

— По-прежнему невкусно. Зря ты подстрекала меня его украсть.

— Мог не красть, — буркнула она, растягивая губы в улыбке.

— Не мог, — сообщил Пес, приобнимая ее.

Глава 34. Переговоры

У Эйкена осталась работа, которой он обычно занимался вечерами по будням. Но на этой неделе будни заняла Медея, поэтому расчет зарплат и отчеты по работе подчиненных остались на седьмой день недели.

Девушка проводила Пса, а сама отправилась в трущобы. Брать Эйкена к Клариссе она не хотела. Мужчина ворчал, что Медея могла бы его подождать и не гулять в одиночку по трущобам, но девушка выставила его за дверь, чтобы Пес не мешал.

Медея топала по узкой грязной улице, морща нос. Плащ закрывал красные глаза. И все же в притон она влетела с улыбкой, хоть они с Клариссой и поругались в последнюю встречу. Но если бы не пожилая женщина, то до Эйкена Медея бы не дошла в тот вечер. Медея мысленно благодарила Клариссу за свое удачное появление в квартире Пса, когда там был правитель. Медея сомневалась, что Эйкен открыл бы дверь, если бы не Велиор, приказавший это сделать.

Кларисса встретила вошедшую непривычно равнодушно. Их глаза лишь на мгновение встретились, а затем женщина отвела взгляд. Дым с сигареты перекрывал морщинистое лицо, поэтому Медея не поняла его выражение.

— Работы нет, — сказала Кларисса и махнула на выход.

Секундное замешательство девушки нарушило внезапное движение сбоку. Она присела еще до того, как человек схватил ее. Мужчина пролетел мимо. Шумное падение привлекло внимание его товарищей. На улицу Медея выйти не успела. Внезапная толпа, вывалившаяся в холл, ловила Медею, которая не могла отбиться от слишком большого количества противников.

Кларисса кричала, чтобы они убирались. Спустя минуту активного сопротивления, девушку держали четыре человека, а пожилую женщину душил неизвестный Медее мужчина.

— Отпусти ее, крысий сын! — шипела девушка, видя, как Кларисса синеет.

Красная пелена застилала ей глаза, и в порыве злости Медея умудрилась вырвать руку и сломать нависшему над ней нос. Остальные всполошились. Девушка почувствовала, как в ногу что-то воткнулось.

Гнев перекрывался паникой. Она понимала, что будет дальше. Сознание погружалось в темноту. В последний миг бодрствования Медея испугалась, что Клариссу, которая пыталась ее спасти, она больше не увидит.

* * *

Медея резко села. Тело ломило. Пляшущие цветные пятна перед глазами медленно складывались в картинку. Просторная, дорого обставленная спальня отдавала запахом сырости.

— Доброе, вредина, — донеслось до нее. — Устал ждать, когда ты очнешься.

Внутри девушки все похолодело от знакомого голоса и от осознания, что руки и ноги связаны. На огромную кровать, где она находилась, завалился Лой. Было непривычно видеть его в черной одежде. Медея вжалась в спинку в попытке раствориться. Широкая улыбка вкупе с ледяным взглядом заставляли девушку дрожать. Шикарно обставленная комната пугала осознанием, что Медея находится в личных покоях, где, возможно, поселился Лой.

Над ними тихо жужжал генератор кислорода. Блондин подпер голову ладонью и долго вглядывался в Медею. Она смотрела на него прямо, дожидаясь, пока он сообщит, зачем похитил ее.

— Как давно вы с Эйкеном? — спросил он.

Из груди девушки вырвался нервный смешок. Она не верила, что Лой всерьез интересовался этим. На его лицо легла тень. Лой поднялся с кровати и стал ходить из стороны в сторону.

— Значит, правда. — Он звонко рассмеялся, спрятав руки в карманы широких брюк. — Неужели все ради должности? Я-то думал, ты не такая.

Медея поджала ноги к связанным рукам. Она надеялась, что сможет развязать их.

— Ты меня выкрал, потому что ревнуешь? — недоуменно спросила девушка.

Блондин остановился и глянул на нее с усмешкой.

— Я дурак по-твоему?!

Он шумно вздохнул и упал на кровать,