Одинокая волчица - Олеся Зайцева

Вздохнув, я подставила лицо солнечным лучам, и прикрыла глаза.

Кожа все еще горела, помня его прикосновения, и все мое естество хотело продолжения.

Ужас!

До чего я докатилась?!

Готова изнасиловать полувампира, не думая о последствиях.

Одернув себя, пришлось напомнить, что подобные мысли, мягко сказать, вообще не уместны. Сейчас главное, о чем мы должны думать — это девочка в руках полоумной женщины. Наши отношения, если их вообще можно было так назвать, подождут.

Думать о том, как придется жить, если Науэль вдруг уедет, не хотелось. Сомневаюсь, что будет больнее, чем было с Сэмом, а значит выдержу.

Вдруг почувствовав приближение темноты, я резко открыла глаза, заставив себя дышать. Грудь словно сдавило железным кольцом.

Нет, будет намного хуже, это очевидно.

Импритинг делает нас зависимыми от второй половинки.

Сжав зубы, я сощурилась на солнце, прогоняя остатки мрака, готового в любой момент поглотить сознание. Не время и не место сейчас об этом думать. Одно хорошо, я хотя бы научилась держать под контролем эти непонятные приступы панического страха его потерять.

Каково же тогда сейчас Джейкобу?

Чувствуя, как по коже пробежали мурашки, я передернула плечами.

С той ночи я больше не была в облике волка, а значит, не могла почувствовать старого друга.

Я усмехнулась.

Помнится, когда-то мы открыто не переваривали друг друга. Старина Джейк, сохнущий по Белле и знающий в глубине души, что она никогда не будет с ним. Как он тогда меня раздражал! Его мысли были сродни моим переживаниям по Сэму. Потом он стал альфой. Просто вожак другой стаи, главное не Сэм. Помню ту ночь, когда приняла решение уйти из стаи и присоединиться к парочке изгоев, одним из которых был младший брат.

Кстати, как он там сейчас. Я была уверена, что Эдвард не даст его в обиду, да и Сет, не смотря на свой возраст, отличался рассудительностью. Но все же очень хотелось его услышать. Вот только мы не позаботились о зарядке телефона и батарея села еще вчера и у меня и у Науэля.

Мысли вернулись в прежнее русло.

А дальше жизнь стала напоминать снежный ком, катящийся под откос.

Общие переживания и беды сделали нас командой, а потом и друзьями.

Мы с Джейком научились понимать друг друга.

И сейчас я жалела, что не могла ему помочь.

То, что парню приходится очень туго, знали все. Но вряд ли кто поймет, каково это. Импритинг делал нас зависимыми, теряя объект запечатления, мы умираем сами.

Вздохнув, я собрала остатки еды обратно в пакет.

Осторожно опустив его на заднее сиденье, сама пристроилась на переднем и посмотрела на парня.

Вытянув длинные ноги, Науэль с трудом помещался на разложенном сиденье. Он крепко спал. Наконец-то его брови разгладились, губы не сжимались в тонкую полоску, и лицо расслабилось.

Не понятно, по какой причине, всех вампиров отличала эта невероятная притягательная красота. По теории Карлайла это лишь один из инструментов для убийства — заманить и убить жертву.

Я лично считала иначе. У вампиров и без того столько сил, что нет надобности заманивать. Им достаточно просто захотеть и убить. Нет, невероятно привлекательная внешность была нужна для чего-то другого. Как оказалось, вампиры лишь на половину, тоже наследую эту красоту. Должно быть, это какой-то ген, как у нас оборотней, отвечающий за способность перевоплощаться, так у вампиров, переносящий привлекательность. Надо будет обсудить это с доктором Калленом.

Я продолжала разглядывать Науэля.

Сейчас мне никто не мог запретить, и, что особенно приятно, никто, даже он сам, об этом не знал. К своему удивлению, сделала несколько открытий. Например, только сейчас заметила у него на руке кривой шрам, шедший от локтя к запястью. Судя по его внешнему виду, рана была приличной и заживала без врачебной помощи. Еще бы, ведь у них с тетей нет такого врача как Карлайл. Надо будет спросить, как он его получил.

Науэль спал.

А я просто смотрела на него, борясь с желанием прикоснуться. Хотя бы дотронуться до его руки. Приходилось сдерживаться, чтобы не разбудить уставшего парня.

Так прошло несколько часов.

Солнце во всю припекало. Перемещаясь по небу, оно уже начало заглядывать в лобовое стекло. Я о многом успела подумать за это время. Главное, что я для себя четко решила — я не перестану искать Ренесми, пока не найду. Не смогу смотреть в глаза другу, Эдварду, Белле пока их девочка не известно где. И не имеет значения, поддержит меня Науэль или нет.

Второе обстоятельство касалось моей жизни в целом.

Теперь я определенно знала, что хочу. Хватит носиться по лесам в чем мать родила или в облике волка. Пора начинать что-то делать, учиться, работать. Если Карлайл не передумает, и поможет, то буду работать в больнице хоть кем для начала. Быть может, он не откажет, и будет обучать меня в свободное от работы время. Так я смогу накопить на медицинский колледж.

Погрузившись в собственные раздумья, я не заметила, как Науэль проснулся.

Глава 22

Чуть приоткрыв глаза, я наблюдал за девушкой. Не хотелось, чтобы она поняла, что уже не сплю.

Лиа сидела в пол оборота, подставив лицо солнцу.

Взгляд был прикован к водной глади, но, похоже, очень сосредоточен. Она о чем-то напряженно думала, нет, скорее что-то для себя решала. Безумно захотелось узнать, что же сейчас творится в ее голове.

Худые руки обхватили коленку, обтянутую джинсовой тканью. Так странно…, вот так наблюдать за ней, чувствуя, как внутри распространяется тепло.

— О чем таком серьезном ты задумалась?

Я решил заговорить, поддавшись своему любопытству.

Ли вздрогнула и обернулась. Мои губы сами собой сложились в улыбку, ее ответили тем же.

«Какая же она красивая. Особенно сейчас, когда прическа так выгодно подчеркивала все черты лица. Все-таки Элис мастер по перевоплощениям».

Промелькнуло в голове, но я решил благоразумно промолчать, зная ее реакцию на комплименты.

— Так…, строю планы. — она неопределенно пожала плечами.

— Надеюсь, в них есть место и для меня.

Вытянув руки, и пытаясь размять затекшие мышцы, наблюдал за ее реакцией на свой вопрос. Лично я для себя уже давно все решил, поэтому было безумно интересно послушать о ее планах.

— Ну, если ты тоже собираешься стать врачом, можем вместе выносить утки в больнице. — усмехнулась она.

Так вот о чем она размышляла.

Значит, ее мечта — стать врачом еще в силе.

— А почему бы и нет.

И я, действительно, так думал.

— Ой, перестань, Науэль, у тебя и в мыслях не было ничего подобного! — фыркнула девушка, откидываясь в кресле.