Путь к дому - Софья Вель

до конца еще не утратившие юношеского очарования, стали строже, четче. Порода темных эльдаров поступала все ярче. Лорд Алион. Ей вспомнился юноша, почти мальчик, пришедший к степнякам в поисках матери, зеленоглазый, удивительный. А теперь, теперь он уже мужчина. Ее потерянное дитя. Только вот… теперь не только Алион потерянное дитя. Дитя невозможного выбора. Теперь и Драго с О'Силей ускользают.

— Эльдары не любят море. Небо — да. Леса — да. Озера и реки. Но море!? Для нас оно чужеродно. Оно очень сильно подавляет нашу магию. Отчего Владыка выбрал настолько уединенное место для вас? Говорят, этот дом построили меньше, чем за месяц! Раньше здесь был лишь маяк, обозначающий границу Поднебесья и Моря. Это, по сути, край мира. Хотя… мне-то здесь очень нравиться! — довольно улыбнулся юноша.

Вот, значит, как! Сколько Элладиэль и Алеон тогда провели времени на берегу моря, в отчаянной попытке спасти ее?

Но Сильвия об этом промолчала.

— Алион, как там Драго? — в этот момент Селена атаковала старшего брата, юноша отложил тарелку и явно размышлял, стоит ли начинать игру, или лучше отсесть подальше.

— Хорошо, по-своему, — отстраненно и холодно ответил Алион, говорить о брате он явно не хотел.

Сильвия помолчала, она ждала продолжения, несмотря на сопротивление сына.

— Мы стали разными.

— Насколько? — Сильвия боялась ответа.

— Они люди, а я эльдар.

— А дружбы между людьми и эльдарами быть не может?

— Не знаю… — Алион очень смутился. К тому же, Селена атаковала все настойчивей, с другой стороны затаился Эндемион. Дети явно задумали начать охоту на Алиона, не давая ему возможности выкрутиться.

— Ого! Мама, они говорят? Ну, почти… и все же!

Сильвия пожала плечами.

— Нам с Мари и Григом это не ведомо. Мы же люди! Слышать мы вас не можем, только вот детей общих рожать! — пошутила Сильвия.

— Мама, а ты знаешь, что у эльдаров дети могут родиться только в любви? — хитро прищурившись, спросил Алион.

— Неужели?! Даже в союзах с людьми?

— Особенно в союзах с людьми! Так уж устроена физиология эльдара, гормоны, если говорить научным языком.

— А любовь должна быть взаимной? — мысль ошарашила Сильвию.

— А разве бывает другая? — удивился в ответ Алион.

— Ну… знаешь ли, чего только не бывает! — рассмеялась Сильвия. На этом месте Селена взобрался на колени брату, тот осторожно коснулся малышки. Сильвия чуть откинулась вперед и прямо посмотрела на сына:

— А разве дружба — это не та же любовь?

Алион не ответил, поглощённый знакомством с близнецами, он, казалось и не заметил вопроса:

— Ну… привет! — смущенно начал он. — Ты Селена, да! Что значит зязя? Нет, я не зя-зя, я… — он как-то примирительно вздохнул. — Я твой брат… Где папа? В Аэр'дуне, наверное. Что значит «второй»? Нет, Селена, папа только один! Он в Аэр'Дуне, ждет меня. Да и тебя тоже…

Селена обиженно надулась.

— Она не хочет, чтобы уходили. — Любезно перевел мысли младенца Алион. Но Сильвия и без того это понимала. Алион продолжил работать переводчиком. — Малыши не доумевают, где те два эльдара, которые были все время рядом, такие сильные и большие?

В подтверждения мыслям-образам Селена заревел и начала драться, а потом и вовсе уползла с коленей, шатко направившись к брату.

— Ух ты, ты ж огонь! — изумился прыти малышки Алион. Затем он встал и засобирался, всем видом показывая, что ему пора.

— Ты не останешься? — Сильвия тоже не хотела, чтоб уходили…

— Отец очень… тоскует, по тебе, по ним… Ему снова плохо. Как тогда.

— Он сказал? — упавшим голосом спросила Сильвия.

— Он? Разве ж он скажет!?

Сильвия только качнула головой в знак понимания:

— Останься со мной, с нами, хотя бы до утра.

Алион уступил.

Юный Лорд уехал на рассвете, всю ночь он рассказывал про их путешествия и приключения, только про последний год жизни Драго и О`Силей все больше умалчивал. Прощаясь с сыном, Сильвия попросила:

— Алион, я очень виновата… Прошу, приведи их ко мне! Умоляю! Не хочу больше потерянных детей.

— Я постараюсь, — пообещал юноша.

Сильвия осталась одна. Владыка сдержал слово во всем. Он подарил дом, где она не нуждалась ни в чем, он вернул свободу: в доме были крыланы, она могла в любой момент улететь.

И у нее было Море. Оно катило свои валы к берегу. Сильвия гуляла по гладкому светлому песку, подставляя лицо соленому ветру, шумевшему теперь прибоем. Море ей нравилось…

Мари и Григ с удовольствием играли на берегу. Дети пока боялись подходить слишком близко к воде. Даже пятки намочить боялись, а вот Селена и Эндемион буквально рвались покататься на волнах.

И Сильвия тоже.

Она дождалась ночи, когда шумный дом уснул.

Луна светила ярко — ярко. Волны успокоились. Сильвия посмотрела на дом. Раньше здесь был маяк… Неподалеку от дома был небольшой сосновый лес, полдня дети собирали в нем шишки. Теперь Сильвия разожгла из них маленький костер. Чем не маяк.

Маяк ей самой. Её запутавшимся мыслям.

Звезды сияли так ярко, новые звезды. Ей почти не знакомые. Море мягко мырлыкало мелкими волнами. Хотелось коснуться их, ощутить, как они кошками трутся о ноги.

Сильвия быстро скинула одежду и вошла в море. Оно оказалось удивительно теплым. Захотелось просто лечь и смотреть на звезды. Сильвия так и сделала.

Морская вода заполнила собой все. Сильвия больше не слышала легкого шелеста ветра, потрескивание костра, только воду и собственное дыхание. Она видела звезды, новые, иные. Море качало ее, как качает мать уже уснувшего младенца, легко, мягко. С ней остались только бесконечно далекие звезды и море. Показалось, что море заполнило душу.

Сильвия закрыла глаза, показалось, она может провести так вечность. Или свой краткий миг. Одна. Просто качаясь в волнах.

Одна.

И вдруг стало безумно тоскливо. Сильвия поспешно открыла глаза. Вода неожиданно обожгла холодом, вспомнилось болото, весь его ужас. Сильвия вздрогнула, нашла ногами дно, поспешно вышла из воды.

Костер еще не угас, Сильвия подбросила в пламя еще шишек и села греться. В голове была необычайная четкость и ясность.

Если она уйдет к Владыке, Темные Эльдары ей этого никогда не простят! Сильвия никогда не будет для них своей, она будет предательницей, презренной и подлой.

Алеон. Было невыносимо от мысли, что она никогда не сможет заглянуть ему в глаза и не увидеть там боли. Это будут уже не глаза ее Алеона! Это будет не он. Возможно, когда-нибудь он простит, но каждое мгновение будет мукой. Она начнет избегать даже случайной встречи с ним. Боясь, что неосторожное слово станет поводом для ссоры или в тот момент уже ложной надежды. А еще…