Спрятанная - Кристин Каст

— Конечно, — солгал Калона.

— Отлично. Должно быть, я недооценила тебя. У меня имеются идеальные создания, способные помочь мне в подборе такого заклинания. — Она с нежностью погладила змееподобные щупальца. — Может они смешают мою кровь с твоей и свяжут нас вместе навсегда?

Калона напряг мышцы, готовясь одним прыжком преодолеть несколько футов, которые отделяли его от Сильвии Редберд. Он будет командовать нитями Тьмы, окутавшими ее, а затем улетит с ней на свободу, пока бы Неферет делала открытый порез на своей коже и произносила темное заклинание, которое никогда не будет закончено. Калона улыбнулся.

— Как тебе будет угодно, Богиня?

Полные красные губы Неферет уже начали изгибаться вверх, когда ворон тревожно каркнул. Глаза Неферет сузились, и все ее внимание переключилось на птицу, все еще сидевшую на балюстраде — четкую цель в лучах утреннего солнца. Она указала тонким пальцем на птицу и велела:

Силой бессмертной крови, которую вы пили,

Я хочу, чтобы птицу Рефаима вы убили!

Щупальца, которые окутывали ее тело вокруг, разъединились и выстрелили, словно черные стрелы, в сторону ворона.

Калона не колебался. Он бросился между вороном и смертью, принимая на себя удар, предназначенный для его сына. Сила удара подняла его из пентхауса и швырнула на балкон, бросив его возле каменной балюстрады. Боль взорвалась у него в груди, но Калона крикнул неподвижной птице:

— Рефаим лети!

У него было мало времени, чтобы почувствовать облегчение от того, что ворон подчинился его приказу. Неферет подалась вперед, щупальца Тьмы заскользили вслед ее желанию. Калона встал. Не обращая внимания на страшную боль в груди, он развел руки и раскинул крылья.

— Предатель! Лжец! Подлец! — закричала на него Неферет. Она тоже развела руками, широко растопырив пальцы. Она прочесала воздух и собрала липкие щупальца, которые роились вокруг нее.

— Ты думаешь, сражаться со мной используя Тьму? Разве ты не помнишь, как совсем недавно ты пыталась сделать это, и я приказал им уйти прочь. Ты настолько же глупа, насколько безумна, Неферет, — сказал Калона.

Вместо ответа Неферет нараспев произнесла слова заклинания:

Дети мои, вы знаете, как я хочу навредить!

Заставьте тело Бессмертного кровоточить!

А потом можете пить, пить и пить!

Она швырнула в него щупальца Тьмы. Калона выставил вперед свои руки и, глядя прямо на змеевидных приспешников, произнес те же самые слова, которые использовал всего лишь несколько недель назад, когда Неферет осмелилась бросить ему вызов, и когда он был цел, невредим и свободен от удушающего заточения Земли.

— Стоять! Я долго был союзником Тьмы. Повинуйтесь же мне и теперь. Это не ваша битва. Сгиньте!

Шок поразил его одновременно со щупальцами, врезавшимися в его тело: «Щупальца ему не повинуются?» — Вместо этого они резали его плоть, рвали и метали, и пили, словно токсичные пиявки. Бессмертный вытащил одно щупальце из своей груди и швырнул его на пол балкона. Там оно разлетелось, только для того чтобы принять форму более десятка, с острыми как бритва, зубчатых кошмаров.

Неферет маниакально засмеялась.

— Кажется, только один из нас в союзе с Тьмой, и это будешь точно не ты, моя потерянная любовь!

Калона развернулся, отрывая от своего тела порождения Тьмы, и, чем больше он боролся, тем яснее становился его разум. Он понял, что Неферет была права. Щупальца больше не подчинялись его командам, потому что он действительно выбрал другой путь. Калоне больше с Тьмой не по пути.

Девятнадцатая глава

Калона

Это ощущение вернулось к нему без промедления, словно потерянный друг вернулся, чтобы снова разделить кусок хлеба. Калона был избранным воином Никс. Он провел всю свою жизнь, сражаясь со Злом, еще более свирепым чем это.

«Да, когда они разлетаются вдребезги, их становится больше, но стоит им сломать шеи, и они не смогут мгновенно восстановиться. Они были лишь мелкими приспешниками».

Разворачиваясь, нанося удары и сражаясь, Калона смеялся.

«Как же это было хорошо, снова делать то, для чего он был создан».

В разгаре битвы он увидел, что Неферет молча наблюдает.

— Ты думаешь, что сможешь победить меня своими марионетками? На протяжении веков я сражался с такими, как они в Потустороннем мире. Ты увидишь, что я могу сражаться с ними на протяжении веков снова.

— О, я совершенно уверенна что можешь, предатель. Но она нет, — Неферет указала своим длинным пальцем на Сильвию Редберд, которая все еще была в ловушке и страдала в клетке Тьмы.

С кровью Калоны, что внутри тебя,

Верой и правдой служи для меня.

Бирюза недолго будет ее щитом —

Сила его станет моим мщенья ножом!

Щупальца мгновенно повиновались Неферет. Они перестали, присосавшись, висеть на нем и, раздувшиеся от его бессмертной крови, начали роиться вокруг Сильвии Редберд. Она закричала и подняла руки, пытаясь закрыться от их натиска. Камни, которые она носила, все еще задерживали их — это было очевидно, но не достаточно. Благодаря силе, украденной бессмертной крови Калоны, несколько щупалец были в состоянии противостоять защите бирюзы. Они врезались в плоть старой женщины. Как только щупальца начинали слабеть и дымиться, они скользили обратно к нему, чтобы накормиться. Калона снова боролся с ними, но на каждые два, которые он останавливал, приходились двое других, которые прорывали его оборону на время, достаточное для того, чтобы разрезать его плоть и начать пить его кровь. Подкрепившись, они продолжали нападать на Сильвию.

Сильвия Редберд начала петь. Калона не знал слов, но значение понял очень ясно. Она пела свою песню смерти.

— Да, Калона. Прекрати, пожалуйста, бороться с Тьмой. Ты необходим только для того, чтобы подкармливать мучителей бабушки Зои. В конце концов они прорвутся сквозь ее защиту, но с твоей помощью ее конец наступит как можно скорее. Или, возможно, когда будет разрушена защита бирюзы, я не стану ее убивать. Может быть, я оставлю ее и в самом деле сделаю своим домашним питомцем. Как долго, ты считаешь, психика старой женщины выдержит мучения Тьмы?

Калона знал, что Неферет была права. Он не мог спасти ее, он не мог приказать Тьме оставить ее в покое. Вместо этого, Тьма будет использовать силу его крови, чтобы пытать ее.

— Уходи! Оставь меня! — Сильвия ненадолго прервала свою песню, чтобы прокричать это Калоне.

Он знал, что она была права, но оставляя старую женщину там, ему придется вернуться в Дом ночи, потерпев поражение от Неферет. Но у него не было выбора! Если он останется и будет сражаться с Тьмой, все что останется от Сильвии Редберд, только ее смертная оболочка. Неферет будет не в состоянии контролировать свой гнев. Когда бирюза больше не будет защищать старуху, Неферет ее уничтожит. И хотя, это ранило его гордость, чтобы победить, Калона был вынужден отступить, а потом вернуться и сражаться в другой день. Бессмертный расправил мощные крылья и поднял себя с балкона, оставляя щупальца Тьмы, Неферет и Сильвию Редберд позади.