Попаданка для дракона. Факультет гарпий (СИ) - Ингрида Пюли

и тут же почувствовала: знает. — Он потеряет место и покровительство. Возможно, навсегда. Не легче ли использовать амулет, дающий бесплодие? Если у вас, я смотрю, имеется доступ к магии Древних.

— Сами знаете, не легче. Тагир поймёт это не сразу, Анна уже станет его женой. И возможно, успеет погибнуть до получения развода, если мой дядя вообще решится на него. Эмма, истинная пара — это не только дар, но и обязанность. Мне ли вам рассказывать о магии, рождению которой вы были свидетелем?

— Ты ошибаешься. Она была уже до моего рождения. И даже до рождения моей прабабки. Просто существовала в ином виде. Даже более жестоком, чем ты можешь вообразить. А Тагиру известно, что если один из истинной пары будет лишён доступа к своей половине, то это повлечёт преждевременную смерть обоих?

— Я говорил с ним. Несколько раз. Но он считает, что всё это сказки для малышни и слабоумных. Тагир не верит в силу магии Древних.

Эмма понимала, что Карл говорит правду.

Она помнила все уничижительные фразы, вызывающие у Тагира смех. Тот любил повторять: «Если магия Древних так мощна и разрушительна, почему она не поразила захватчиков?»

Это звучало логично, и Эмма только снисходительно улыбалась в ответ на наивные заявления.

Не объяснять же, в самом деле, что Древняя магия настолько опасна, что любое проклятие поражает и наложившего его в не меньшей степени, чем того, для кого оно предназначено. А уж про то, что она забирает жизненные силы мага и вспоминать не хотелось.

Древние не могли победить захватчиков с помощью своей магии по той простой причине, что победу было бы праздновать некому.

— Я знаю, что Грехову пыталась перетянуть на свою сторону Келисия. Чтобы сместить меня с поста ректора.

— Анна отказалась.

Эмма кивнула. И всё же декан будет хорошим ректором. Если власть оставить в её руках, за будущее Академии Пришлых можно не опасаться.

— Я услышала тебя. Возможно, и помогу вам, — Эмма обернулась и посмотрела на стоящего рядом Карла со скрещенными руками на груди. Его глаза были непроницаемы, но Эмма знала: Дракон боится отказа. — Ты проделал большую работу, даже раскрыл след её настоящего отца. Это ведь он создал амулет, скрывающий след?

— Да. Анна пока об этом ничего не знает.

— Разумно.

Эмма окинула взглядом свой кабинет так, будто видела его в первый раз.

Он показался ректорессе невидимыми цепями, приковывающими её к этому месту, давно ставшему в тягость. Пора обновления и перемен наступила, важно вовремя это понять и принять.

— Я помогу, — промолвила она со вздохом облегчения, и свет вокруг стал ярче. Скоро тьма покинет это место, а Бригитты всегда следуют за ней. — Но сделаю это так, как сочту нужным. Согласен?

Карл колебался, она это видела, но терпеливо ждала, пока младший Ладон поймёт: другого выхода ему так скоро не найти.

— Согласен, — ответил он и протянул руку. Эмма слегка коснулась горячей ладони Дракона: огня и света она избегала, насколько это было вообще возможно.

— Тогда до завтра, — ответила ректоресса.

Карл кивнул и, бросив на неё обеспокоенный взгляд, видимо, хотел добавить что-то ещё.

Эмма, опережая его, приложила палец к губам. Больше слов между ними не требовалось.

Договор был заключён.

Глава 31

Обет Благочестия

Я жалела только об одном: перед процедурой принятия обета так и не смогла повидаться с любимым наедине, сказать ему, насколько он стал ей дорог и близок.

А вдруг они больше не встретятся? Ведь Карла наверняка даже не допустят в башню, где всё будет происходить.

Я собрала столько слухов о предстоящем мистическом таинстве, что уже не знала, чему верить.

Мне предстояло родиться заново, очиститься от скверны прошлого опыта и стать девственницей.

Не физически, конечно, но боль будет настоящей. Возможно, настолько сильной, что сердце не выдержит.

— Это просто сказки, помноженные на страхи, — утешала Далида и, казалось, верила своим словам.

Сколько подруга не билась, не ходила к Эмме и Соль, те категорически не разрешили Далиде участвовать в обряде, мотивируя категорический отказ опасными колебаниями тонких сущностей, способными вызвать выкидыш.

Беременность Далиды пока не подтвердилась, но я понимала ректорессу и куратора: рисковать ни к чему.

И сама попросила подругу поберечься.

Мы пришли к согласию, только когда место Далиды согласилась занять Селена, чью кандидатуру почти сразу одобрили.

Утро знаменательного дня началось вполне обычно.

За окном было бело от пушистого снега, ложившегося сугробами, похожими на лебяжий пух, которым набивают подушки. Солнце так и не выглянуло из-за плотного слоя серых облаков.

Однако долго смотреть в окно было некогда

С самого утра приходили письма.

Первым я раскрыла послание от Карла: в этот раз оно было написано нетвёрдой рукой, но Дракон уверял, что всё получится именно так, как мы и планировали.

Карл намекнул на помощь извне, но мне, читающий эти строки, хотелось плакать: слишком много туч сомкнулось над нашими головами.

Второе было от Хедрика с пожеланиями долгой жизни и процветания.

Грифон писал так, будто сегодняшняя процедура была лишь формальностью, сродни обычному нравоучению, которые время от времени любила устраивать подопечным Соль.

В насмешливом тоне послания проскальзывали и серьёзные нотки, крупицы ценного знания, которые не стоило игнорировать. Так, я узнала, что подарок, на него постоянно намекал Хедрик, она получит перед самой церемонией, и передаст его именно Селена.

Подруга только непонимающе разводила руками. Я пожала плечами и решила не мучить себя догадками, тем более что мне не давали покоя дурные предчувствия.

«И заметить не успеешь, как раздастся звонок!» — думала я, с тревогой смотря на часы.

Так, оно и получилось.

Время до вечера промчалось словно один миг.

Я столько всего собиралась сделать, сказать и написать, — в груди комом затаился страх. Возможно, сегодня я потеряю всё: жизнь, любовь, дружбу, саму себя наконец!

Да и наряд для церемонии походил на саван.

Белоснежная рубашка из грубой ткани царапала плечи, кожаные тапочки жали ноги.

«Завтра я всё это буду вспоминать с улыбкой», — мысленно утешала себя я и пыталась улыбаться Селене, видя испуганные глаза ундины.

«Если наступит завтра» — раздался в голове противный голос.

Я радовалась, что считаные шаги по гулкому пустому коридору отделяют меня от места принятия обета.

Башня, в которой много месяцев назад я проснулась и поняла, что попала в иной мир, снова вошла в мою жизнь. И поменяла её.

Селена молча шла рядом, но время от времени брала меня за руку и легонько, в знак поддержки, пожимала её.

Ладонь ундины была