Дорогами Пустоши - Герасимова Галина Васильевна "oginen"

Ее история, история сына министра, истории еще шести-семи некогда запуганных детей, кого Гретор беззастенчиво использовал для достижения своих целей. Бенита видела, как с каждым новым выступлением бледнеет ее бабушка. Отец, горько скривив губы, и вовсе закрыл лицо руками. Жаль, в суде не было матушки и Эла — вот кто мог бы гордиться тем, что поверили и, несмотря на все убеждения маркиза, ни разу не усомнились.

Прозвучал окончательный вердикт. Пусть суд не мог вынести приговора мертвому, тьена Гретора признали виновным в совершенных преступлениях.

Выходя из зала, Бенита сама не заметила, как по щекам текли слезы.

— Ну что ты плачешь? Все закончилось. — Квон встретил ее на выходе и крепко обнял, а Бенита вдруг четко осознала — и правда все. Несправедливость, которая довлела над ней, наконец-то повержена.

— Это от облегчения, — призналась она, улыбнувшись. Поспешно вытерла платком слезы, пока не заметил кто-то еще. — А что ты тут делаешь? Ты же собирался к тьену Августу по поводу поддельных документов о наследстве. Или уже съездил?

— Немного сдвинул встречу. Мне показалось, тебе тоже будет интересно заняться этим делом. — Квон протянул ей тонкую папку с бумагами, увлекая за собой к паромобилю.

— Ого! Целых три кандидата на наследство! — Бенита впилась взглядом в материалы, пролистывая страницы. — И у всех трех был мотив. Так нам не только к Августу надо будет заехать… Погоди, кажется, в папке что-то еще лежит?

Она встряхнула папку и уставилась на выпавший ей на ладонь тонкий золотой ободок.

— Это улика, что ли?

— А, нет, это тебе, — смутился Квон. — Глупо вышло, да? Ну, я тут понял, что совершенно не знаю, как ты относишься к сюрпризам…

— Наверное, хорошо, — немного опешив, ответила Бенита и надела кольцо.

Как влитое село. Теперь все действительно было хорошо.

ЭПИЛОГ

Кабинет комиссара в центральном управлении Анвенты сильно изменился с тех пор, как пост покинул тьен Форц. Исчезли грамоты и дорогостоящие безделушки, а в воздухе настойчиво повис терпкий запах сигарет. Единственное, что осталось неизменным, — крепкий дубовый стол, но сейчас он был завален папками с заброшенными делами из архива. Привести в порядок то, что натворил предшественник, было непросто.

— Вы точно хорошо подумали? — строго посмотрел на девушку немолодой усатый майор. Бывший капитан Вистон, тот самый, что однажды помог им поймать преступников у алазийского ресторанчика, поднялся в звании и временно занимал освободившееся место комиссара. Именно он принял у Бениты подписанное заявление. — Не пожалеете о своем решении?

Девушка никак не отреагировала, и ему пришлось позвать ее еще раз:

— Лейтенант Дениш!

— Никак нет! — очнувшись от раздумий, звонко откликнулась Бенита. Голова была занята совсем другими мыслями.

— Никак нет — значит, передумали? — с прищуром уточнил майор.

— Нет — значит, не пожалею! — Она тряхнула головой и нетерпеливо переступила с ноги на ногу, украдкой поглядывая на часы. До прибытия поезда оставался какой-то час, а ей еще надо было успеть добраться до вокзала.

— Тогда удачи! — Вистон махнул ей рукой, пододвигая к себе заявление. — Да идите уже, вижу ведь, что торопитесь. Подпишу я его, никуда не денусь.

— Спасибо! — Бенита выскочила из кабинета начальника и помчалась на второй этаж, за оставленным там зонтом.

Сегодня погода не радовала. Дождь шел с самого утра. Поначалу чуть накрапывал, к обеду морось усилилась, и без зонта на улицу выскочил бы разве что смельчак. Зато было свежо. И дышалось хорошо так, полной грудью.

— Я там заявление начальнику отнесла, принимай место, — бодро доложила Бенита своей замене.

Ринкет с трудом поднял голову, оторвавшись от бумаг. Дело о «спящей красавице» они закрыли, но пока решали его, новых загадок поднакопилось и хлопот у него прибавилось. К тому же недавно он сдал выпускной экзамен, получил полоски на погоны и мог гордиться новым чином.

Бенита забрала зонтик, накинула поверх формы теплую кофту. Последний раз посмотрела на свой стол — вернее, уже не свой. Ринкет готовился переезжать, его вещи скромно теснились в углу.

— Что, так ничего и не скажешь? — окликнула она мальчишку с порога.

— Удачи! — Он так и не поднял головы, и голос у него был какой-то напряженный, ломкий. Ну что за человек! Бенита подскочила к нему сама и крепко обняла.

— Хорошей работы, младший лейтенант Ринкет!

— Да ну вас… — Он попытался вырваться и густо покраснел, когда Бенита звонко поцеловала его в щеку.

Из управления она выскочила, на ходу открывая зонт, и едва не слетела со ступенек под шквальным порывом ветра. Махнула рукой спешащему в здание Гарту — в последнее время тот почти не вылезал из подвала, разбираясь с записями Торфяника, и помчалась к остановке. Омнибусы ходили строго по расписанию, опоздаешь — и торопиться будет некуда.

Вот и Сора вчера опоздал на вечерний поезд и вместо того, чтобы отправиться с ней на вокзал, ехал где-то в пригороде Анвенты. А жаль, ей было чем поделиться. Правда, последнюю неделю ее работы по обмену они вообще мало говорили — или целовались до потери пульса, или сидели по разным углам и разбирали скопившиеся задачи.

— Тьенна, вы выходите? — грубо окликнул ее кто-то из пассажиров, и, ойкнув, Бенита выскочила из омнибуса. Спасибо, что сказали, а то бы на самом деле уехала бог знает куда.

Вокзал Анвенты был одной из немногих достопримечательностей, которые Бенита еще не успела посетить в столице. Хотя самой важной из них, пожалуй, оставался королевский дворец, но визит туда девушка предпочла бы отложить на неопределенный срок. Вокзал же превзошел все ее ожидания. Начищенные паровозы, просторный перрон со скамейками, окруженный чугунной решеткой с растительным орнаментом, стеклянная крыша над головой, спасающая от дождя. Бенита сложила зонт и запрокинула голову, глядя на разбивающиеся о крышу капли. Осень пришла, как бы ни хотелось задержать неумолимый ход времени.

Монотонный перестук капель заглушил длинный протяжный гудок, возвещающий о прибытии поезда, и вдалеке показался состав. С неотвратимой неспешностью проехал по перрону, громыхая вагонами и заставляя нетерпеливо топчущихся под крышей вокзала людей высматривать нужные им вагоны.

Состав остановился. Сориентировавшись, что третий вагон будет немного дальше по перрону, Бенита открыла зонт и выскочила под дождь. Добежала до высокого фонаря с прикрепленными к нему чугунными часами — надо же, поезд не опоздал! Но подойти к вагону не успела — оказалась в крепких объятиях, не в силах пошевелиться. В том, что напарник силен, она убеждалась не раз, а сегодня лишь в очередной раз получила этому подтверждение.

Соргес глубоко вздохнул, не разжимая рук, и неожиданно тихо рассмеялся.

— Успел! — В голосе запыхавшегося мужчины прозвучало искреннее облегчение.

— Что ты здесь делаешь? — Бените удалось повернуться, чтобы увидеть его лицо. Детектив вымок насквозь. Похоже, так спешил на вокзал, что о зонте не подумал.

— Ловлю свое счастье.

Он наклонился к ней, поймав очередной вопрос губами и нисколько не стесняясь многочисленных жителей Анвенты, возмущенно ропщущих на совершенно бесстыжую молодежь. Промелькнула мысль, не поднять ли зонтик, чтобы спрятаться за ним… Но он был тяжелым и мешал обниматься.

— Ты ради этого преодолел весь путь до вокзала? Как успел? Ты же опоздал на поезд, — удивилась Бенита.

Соргес с нежностью завел ей за ухо короткую прядку.

— Пришлось брать в наем паромобиль. Я понял, что не могу расстаться.

— Но… Я ведь просто встречаю своих родителей!

— А вдруг бы ты передумала? — серьезно ответил детектив, продолжая крепко ее обнимать.

Бенита смотрела на него несколько долгих ударов сердца, не зная, что ответить. Передумала? Она не для того оформляла перевод в Анвенту, чтобы отменить все в последний момент. Ей даже свой кабинет выделили и девочку-стажера в помощницы.