Дорогами Пустоши - Герасимова Галина Васильевна "oginen"

Он сжал пальцы в кулак, и остатки пламени в саду погасли. Стало так тихо, что можно было услышать пение фонтана. Люди, еще минуту назад готовые растерзать Ария за бездействие, сейчас смотрели на него полными восхищения глазами.

— Да здравствует наследный принц! Да здравствует принц Арий! — выкрикнул кто-то из газетчиков, и его призыв моментально подхватили остальные.

— Позер, — негромко фыркнул Квон ей на ухо.

Бенита была полностью с ним согласна. Странно признавать, но Грифон нравился ей больше. Хоть это и один человек.

О продолжении чаепития не могло быть и речи. Заговорщиков увели, экстренно вызванные целители осматривали немногочисленных пострадавших — серьезно огонь никому не навредил, больше испугал до обморока. Гости расходились; некоторые так спешили домой, что забыли попрощаться с принцем, другие предпочли посплетничать и поспорить, казнят ли магов или сошлют на рудники.

Маркиз Гретор сохранял невозмутимость и не спешил уходить, наблюдая, запоминая и пытаясь понять, где ошибся. Внимательный взгляд заметил бы легкую испарину на лбу и жест, которым он крепко вцепился в трость, но сейчас беспокойство никого не удивляло — кто бы не волновался после такого происшествия? Впрочем, переживал маркиз больше из-за провала, чем за свою безопасность, пусть его план провалился, предусмотрительный интриган наверняка подготовил путь к отступлению и взял магическую клятву со своих подельников, чтобы его имя не упомянули на допросах. Бенита до боли сжала кулаки. Не верилось, что он снова уйдет от правосудия! Должен найтись способ вывести его на чистую воду!

— Напросись к нему в гости, — шепнул Квон, проследив за ее взглядом. Детали Бенита уточнить не успела.

Гретор подошел к ним. Выслушивать лживые заверения о беспокойстве за ее отца и за нее саму было смешно и противно, и Бенита с трудом сохраняла самообладание.

— Тьен Гретор, насчет вашего приглашения… Это нападение показало мне, что есть дела, которые не стоит откладывать на потом. Пожалуй, мы все же заедем к вам в гости, — следуя совету Квона, сказала Бенита, когда словоизлияния маркиза закончились.

— Неужели? Буду рад. — Особой радости в голосе Гретора не было слышно. Он явно не понимал причины согласия и искал подвох.

— Тогда до завтра, — склонила голову Бенита.

— Благодарим за приглашение, — перехватил инициативу Квон, и первым протянул ему руку.

Пожал ее маркиз с явной неохотой, отказать было нельзя, а менталисту доверия не было.

— Может, вы создадите проводника, чтобы мы добрались к вам без приключений? — попросил детектив, не отпуская руки.

Вроде бы ничего не изменилось, но настороженный взгляд Гретора стал немного расфокусированным. Несколько секунд эмоции на его лице стремительно менялись от недоверия до дружеского расположения, и Бенита ощутила гудящую в воздухе магию. Сейчас Квон нарушал все правила, воздействуя на человека без его согласия ради собственных целей, и страшно было представить, какое наказание могло за этим последовать.

— Конечно. — Несколько пассов, и магический компас появился перед детективом. — Просто держитесь стрелки. Будем с нетерпением ждать вас в гости.

— Благодарю! Вы очень нам помогли.

Гретор тонко улыбнулся. Собирался ответить, но Квон снова заговорил:

— Правда, теперь, маркиз, мне не дает покоя мысль: как вы смогли наколдовать проводника, если на всех гостей в саду подействовал нейтрализатор?

Улыбка медленно стекла с лица Гретора.

— Наверное, мне повезло, и я его избежал, — напряженным голосом ответил он.

— На вашем костюме блестки. — Квон качнул головой и бесцеремонно стряхнул с его плеча золотистую пыльцу. — Я знаю лишь один способ не поддаться нейтрализатору — заранее принять антидот. Правда, кому придет в голову пить антидот перед торжественным приемом? Глупость какая! Неловко просить, но вам придется сдать кровь на анализ.

— Детектив, вы что, обвиняете меня в пособничестве заговорщикам? — задохнулся от удивления маркиз. Он не ожидал, что собеседник скажет ему что-то неприятное.

— Тьен Гретор, я буду обвинять вас, если найдутся улики. Не волнуйтесь вы так. Алхимики проведут несколько тестов, посмотрят состав крови, и мы узнаем правду, — миролюбиво проговорил Квон. Его взгляд оставался холодным.

И тогда Гретор все понял.

— Ты!.. Ты влез ко мне в голову и заставил тебе поверить. Вынудил создать проводника! Это… это преступление!.. — задохнулся он, отступая.

Может, маркиз и проиграл, но сдаваться страже не собирался.

Никто не ожидал, что брошенная на пол трость полыхнет. Тело среагировало по привычке, и Бенита выскочила вперед, щелкнув тумблерами на браслете. Вот только кристаллы не среагировали на привычный зов, отключенные, как и любой артефакт. Ударила волна огня, сжигая стул и половину столешницы, и девушка едва сдержалась, чтобы не отдернуть руки. Остатки ее собственной магии приняли на себя большую часть удара, от жара браслеты оплавились, оставляя на запястьях уродливые ожоги. Бенита стиснула зубы, почти теряя сознание от боли. Еще один удар она бы не удержала. Но больше их и не последовало. Маркиз схватился за окровавленное плечо, пошатнулся, с трудом устояв на ногах.

— Тьен Гретор, не двигайтесь. Вы арестованы по подозрению в заговоре против короны и попытке убийства.

Квон держал маркиза под прицелом пистолета, и даже Бенита на мгновение усомнилась, не выстрелит ли он снова. Такая ярость читалась на обычно бесстрастном лице детектива.

— Да провалитесь вы!.. — вскинул руки маркиз.

Второй раз Квон предупреждать не стал. Раздался выстрел.

Глядя на упавшее тело врага, Бенита не испытывала ни торжества, ни облегчения. Это была просто точка в истории, о которой она давно хотела забыть.

— Целителя сюда, живо! — закричал виконт Дениш, прерывая тишину в зале, и вокруг Бениты засуетились, как когда-то в детстве, подлечивая, спрашивая о самочувствии, успокаивая…

Суд над заговорщиками состоялся спустя две недели после задержания, и к тому времени принц сумел обличить почти всех подозреваемых. Кого-то сдали его же подельники, другие сами пришли с повинной, надеясь тем самым смягчить наказание. Пытавшихся сбежать отловили в порту и на вокзале.

Город гудел от новостей, газеты чуть ли не каждый день выпускали новые экстренные выпуски. Нескольких министров сняли с должности, а глава магов лишился своего заместителя и вскоре сам подал в отставку: раз не углядел змею под ногами, значит, пора передавать власть.

На допросах Бенита не присутствовала; дело о «спящей красавице» закрыли в связи со смертью главного подозреваемого, а заговорщики были не в их компетенции. Да и вообще об участии Квона и Бениты в поимке Гретора старались не упоминать, так проще было скрыть ментальное воздействие, оказанное на маркиза и заставившее его потерять бдительность. Хотя помощь с раскрытием преступления Арий не забыл, а свою благодарность выразил в приговоре Итану — с легкой руки принца молодой тьен Дениш отделался ссылкой на два года в свой старый гарнизон и, забрав Арвина, отбыл туда с чистым сердцем.

Бениту вызывали в суд всего раз, когда министр просвещения, чтобы смягчить свой приговор, под диктовку расписывал все совершенные подельниками преступления и неожиданно упомянул о похищении Бениты. Оказалось, тьенна Дениш была не единственным ребенком, похищенным маркизом, — сын министра также попался в ловушку, и тому пришлось давать унизительную магическую клятву беспрекословно подчиняться Гретору, чтобы спасти жизнь мальчика. Со смертью маркиза клятва исчезла, и министр наконец мог рассказать правду.

Стоя на свидетельской трибуне, Бенита никак не могла поверить, что этот день наступил, что она рассказывает о том ужасном случае и никто не обвиняет ее во лжи. Порой голос начинал предательски дрожать, но девушка находила в себе силы продолжать рассказ — она не для того столько ждала этого дня, чтобы постыдно расплакаться перед всеми.