За час до рассвета - Наталия Корнеева

Кеймрон покачнулся, и Айри поддержала его.

— Что с вами? — с беспокойством спросил приподнявшийся герцог.

Кеймрона тошнило, перед глазами стоял блеск камня в перстне графа, яркие алые, синие и зеленые вспышки.

И тарелка с едой, в которой мерцала пыльца. Мерцала алым, синим и зеленым.

Айри заглядывала Кеймрону в глаза, поддерживая под руку, и он видел ее тревогу и желание помочь. Но он по-прежнему не желал никому рассказывать о тех трех месяцах в плену у графа. Выпрямившись, он сделал глубокий вдох.

— У Нойтаргов есть сердце дракона.

— Ну вот, видите? Думаю, если спросите у них, то они еще и оковы найдут для вашей феи.

Герцог рассказал им еще пару старых легенд, а после они разошлись по комнатам. Айри и Кеймрона проводила Эрили, в своем черном одеянии похожая на мрачного проводника.

Кеймрон вошел в комнату, но тут же услышал, как открылась и закрылась дверь, услышал легкие шаги. Лампа висела на стене позади, и тень Айри приблизилась к нему, переплелась с его.

— Что случилось, Кеймрон? Почему ты вспомнил Нойтарга? Ты видел у него подходящие камни?

— Да. Видел.

Тень Айри закачалась, увеличилась.

— Но почему ты побледнел? — и она появилась перед ним, заглянула в глаза.

Он отвернулся. И прохладные руки обхватили его лицо, развернули обратно.

— Расскажи, Кеймрон, — потребовала Айри.

— Ты пожалеешь.

— Нет.

И Кеймрон поверил ей. Взяв ее руки в свои, он коротко рассказал о трех месяцах, которые провел у графа, и Айри только хмурилась.

— Да, я помню, что ты вернулся от родственников странным. Но ты быстро стал прежним. Зачем ты скрыл это, Кеймрон? Зачем? Что мне теперь думать? Я была счастлива и спокойна, в то время как ты страдал.

— Именно благодаря тебе я отказался от дальнейших опытов графа, Айри. Ты вернула меня к жизни. Если бы не ты, я бы окончательно подчинился ему и поверил, что я — монстр.

— Нет! — и она сжала его правую руку. — Ты не монстр. А граф — мерзавец.

— Но благодаря этому мы знаем, что у него есть сердце дракона.

Айри покачала головой.

— Спасибо, Айри, — Кеймрон обнял ее, поцеловал в висок.

И она обняла его в ответ, обхватила за талию, прижалась к груди. Их сердца стучали в унисон.

Хоть герцог рассказал многое, они все же продолжили свои поиски в библиотеке, но теперь Айри стала выходить во двор во время уроков магии от его сиятельства, как происходящее называли слуги. Айри наблюдала, сидя под навесом. Эрили неизменно приносила ей плащ, укрывала им — она была совершенно незаметна и невероятно заботлива.

— С вашим приездом герцог ожил, — как-то заметила Эрили.

Его сын с женой жил в другом месте, а герцог оставался подле своей сокровищницы знаний и скучал по ним. Именно поэтому он обучал Кеймрона, как родного сына, терпеливо, подробно, указывая на ошибки. Порой он злился и брюзжал, но быстро стало понятно, что это сродни громкому ворчанию, которое проще всего пропустить мимо ушей.

И в один из дней Кеймрон смог пролететь невысоко над землей несколько метров. Это был успех, который все встретили счастливым смехом и аплодисментами.

А потом были долгие, утомительные часы, когда они изучали книги. Попалась им литература из Хейзер времен гонения фей, и оттуда они узнали, что только сердцем дракона можно выявить фею: никто из них добровольно никогда не возьмет подобный камень или предмет, в котором есть его частички.

Однако ни одна книга не могла подсказать, как обнаружить фею без сердца дракона. Нашлись сведения и о благословениях. Айри трижды перечитала две странички и вздохнула:

— Бесполезно. Чтобы понять суть проклятия или благословения, нужно дословно знать, что сказала фея и с каким настроением. Проклятие может отменить либо наложившая его фея, либо более сильная, а вот благословение забрать нельзя.

Кеймрон поднялся, подошел и встал за ее креслом, наклонился, бегло просмотрел две страницы.

— Ты права.

— Мама раньше не могла вспомнить точных слов, а теперь можно даже не спрашивать об этом, — покачала она головой. — Вдруг она просто не запомнила, что фея обозначила срок благословения?.. Или назвала какое-то условие?

Кеймрон забрал книгу у Айри, закрыл ее.

— Раз так, то тебе стоит быть осторожнее со своим благословением.

Айри кивнула. И в самом деле, кто знает, поставила ли фея для него какое-то условие? Ограничила ли срок? Она заглянула в изжелта-зеленые глаза монстра — глаза смерти — и не хотела, совсем не хотела умереть.

Кеймрон убирал книгу на полку, и Айри подошла к нему, обняла со спины.

— Его сиятельство ожидает вас на ужин, — вошла в библиотеку Эрили.

После сытного ужина герцог сказал:

— Хватит вам дышать книжной пылью! Лучше спуститесь в Монеар. Иначе уедете, так и не увидев самый красивый город этих земель! И еще советую вам посмотреть на него с замковой стены. Город огней стоит того.

Он говорил с гордостью, с уверенностью, что Монеар не может не понравиться.

— Город огней? — переспросила Айри.

— Да. Фонарей в этом городе так много, что ночь похожа на день. Монеар заложили в память о герцогине Кайле Монмери.

И герцог рассказал историю своих предков. Герцогство долгое время воевало с кочевниками, защищало от них Аквиллан, и одна из войн затянулась на долгие тридцать пять лет. В результате герцогство пришло в упадок, почти все было разрушено. Кайла Монмери всю свою жизнь вместе с мужем занималась возрождением герцогства и мечтала, чтобы однажды и в ее землях появился город с фонарями и фонтанами.

— Быстро восстановить то, что разрушали столько лет, невозможно. Однако Кайле Монмери удалось заключить мир с кочевниками, который длится до сих пор. Сделала она и многое другое, но вот города своей мечты построить не успела. За нее это сделали потомки. Монеар возвели вокруг этого замка, где она жила, в память о ее мечте и в благодарность за все, что она сделала для родной земли.

Услышанное казалось еще одной легендой, сказкой далеких земель, и Айри слушала, затаив дыхание.

— После такой истории мы обязаны прогуляться по Монеару, — с улыбкой сказал Кеймрон. — Идем, Айри. Послушаемся совета его сиятельства.

И они действительно пошли. Замок на ночь не запирали — времена были спокойные, хватало стражи у ворот, которая выглядела скорее украшением, чем необходимостью.

— И правда, город огней, — выдохнула Айри, как только они вышли за ворота.

Город у подножия холма напоминал золотое озеро. Свет от фонарей