Универсальные истины (ЛП) - Головачёв

— Кстати, что это за прелесть на тебе? — прошептал он ей в рот.

— Да так, что-то утомительное… что я купила… в обычном магазине, — Грейнджер тяжело дышала, уткнувшись ему в шею, слегка покусывая и проводя языком по его коже. — Наверняка… О-оох… не твоего уровня… — она вновь ощутила его губы на своих и услышала, как Драко тихонько рассмеялся.

— Нет, вообще-то, оно сводило меня с ума весь вечер, — признался он, намереваясь заняться пуговицами на ее пояснице. — И я надеюсь, ты знаешь, что я просто издевался тогда у Тео. Ты выглядела восхитительно, и мне надо было скрыть тот факт, что я хотел сделать вот это… прямо там на балконе, — он сопровождал свои слова действиями, оставляя поцелуи на ее шее.

Ее сердце затрепетало от «восхитительной». Драко расстегнул пуговицы на ее платье и нетерпеливо спустил лиф и рукава.

— Твою ж… блядь! — застонал он при виде ее груди в кружевном черном лифчике.

Его глаза вспыхнули, и он скользнул указательными пальцами под лямки бюстгальтера, спуская их с ее плеч. Просвечивающая ткань едва прикрывала соски. Малфой прерывисто вздохнул и склонил голову к напряженным бутонам, проводя по ним языком через кружево. Гермиона со стоном выгнулась ему навстречу, позволяя сладко мучить ее чувствительную плоть.

— О Боже, Драко…

Держа во рту ее сосок, он скользнул руками ей за спину. Одно ловкое движение — и бюстгальтер присоединился к его рубашке на полу. Драко обхватил ее другую грудь, катая сосок между пальцами, заставляя Гермиону скулить от острого удовольствия.

— Прекрасные, идеальные сиськи, я так и знал, — пробормотал он, продолжая уделять им внимание.

Грейнджер пробежала пальцами от его шеи по спине, легонько царапая ногтями кожу. Добравшись до поясницы, она почти с силой притянула его к себе и начала тереться о стоящий колом член.

— Блядь, — выдохнул Драко. — Я трахну тебя прямо здесь, на этом столе, если ты не… — он уже срывал с нее трусики, а она суматошно расстегивала его ремень.

— Да, — перебила Гермиона, расправившись с пряжкой и замком на ширинке.

— Я планировал… сделать это впервые в настоящей постели, — выдохнул он ей в ухо. — Уверена, что не хочешь пойти в спаль…

— Драко Малфой, если ты сейчас остановишься, я убью тебя!

Он тихо рассмеялся у ее губ и провел рукой по внутренней стороне бедра к клитору.

— Блядь, ты такая мокрая, — пробормотал он, скользнул двумя пальцами в ее горячую тесноту, вытащил их и прижал к чувствительному бугорку.

— Твоих рук дело, — Грейнджер хрипло стонала, пока его пальцы двигались в ней в восхитительном ритме.

— Хочу попробовать твою сладкую, мокрую киску, — прошептал Драко. — Я мог бы так быстро заставить тебя кончить.

— Да, пожалуйста, но позже, — она всхлипнула. — Я хочу тебя внутри.

Нетерпеливо стянула с него брюки и трусы и обхватила рукой его каменный от возбуждения член. Он резко вздохнул и увеличил скорость и давление на ее шелковую плоть. Гермиона ответила, проведя кулаком вверх и вниз по всей его твердой длине, скользя большим пальцем по головке и растирая выступившую смазку. Малфой закрыл глаза и хрипло простонал.

— Прошу, Драко. Трахни меня, — прошептала Гермиона.

Он выпрямился и посмотрел в ее прикрытые глаза, его собственные почти почернели от желания. Убрав руку от ее промежности, схватил ее за бедра, притянул к себе и вошел одним длинным, резким толчком.

Крик сорвался с губ Гермионы, когда она впервые почувствовала, как он наполняет ее. Она никогда ничего подобного не испытывала. Когда Драко отстранился и снова толкнулся в нее, она опять вскрикнула — на этот раз его имя. Ощущение наполненности и целостности было восхитительным. Удовольствие — нестерпимым, оглушающим, одурманивающим. Гермиона была так возбуждена, что при каждом толчке его член задевал клитор. Она чувствовала, как оргазм уже нарастает и с сокрушительной силой.

— О Господи! — закричала Гермиона в исступлении, где-то на подкорке сознания радуясь, что позаботилась о заглушающих чарах.

— Такая… узкая, — выдохнул Драко едва в состоянии говорить.

Его скорость и ритм увеличивались, и Гермиона стала почти невменяемой, вскрикивая при каждом толчке. Он снова погладил пальцами ее клитор, и ей показалось, что она вот-вот вырвется из своего тела и взлетит к потолку в порыве невероятного, запредельного наслаждения. Гермиона выкрикнула его имя, ее внутренние мышцы начали сжиматься, и она потеряла ощущение времени и места в волне чистого удовольствия, которая накатывала снова и снова. Наконец, она пришла в себя и убрала руку Малфоя с чувствительной точки, крепко сжимая его внутри. Драко подхватил ее за бедра, а она обвила ногами его талию, изменив угол, чтобы дать ему более глубокий доступ. Он лихорадочно двигал бедрами, пока вдруг не запрокинул голову и не кончил с бессловесным криком.

Обессиленные, они лежали на столе несколько минут, а может, целую жизнь. Гермиона гладила по его волосам, а он скользил губами по ее шее, оставляя нежные невесомые поцелуи. В конце концов Драко оттолкнулся и подхватил ее за спину, помогая подняться со стола. Она провела руками по его спине и прижала к себе, уткнувшись носом в его обнаженную грудь.

— Мерлин, Гермиона… — выдохнул он, нежно запустив пальцы в ее волосы и откинув ее голову назад, чтобы взглянуть ей в лицо.

Грейнджер лениво улыбнулась ему.

— Ты хоть знаешь, какая ты красивая, когда кончаешь?

Она покраснела.

— Я бы хотел регулярно созерцать эту картину, — продолжил Драко, — и ты сама сказала «позже».

— Хм-м, — она закусила губу и посмотрела на него. — Тогда отнеси меня в постель.

Малфой изогнул бровь, поднял ее одним быстрым движением, и Гермиона, рассмеявшись, ухватилась за него. Он пронес ее по коридору в спальню и, нежно целуя, уложил на кровать. Она прервала поцелуй, чтобы стянуть настрадавшееся платье. Драко жадно наблюдал, как Гермиона намеренно вызывающе выгибается и потягивается. Она собиралась бросить платье на пол, но он остановил ее.

— Эй-эй, поосторожней с моим самым любимым предметом одежды во всем мире — даже если оно из обычного магазина, — Малфой забрал у нее платье и аккуратно сложил.

— Что, даже лучше того серебряного с бала?

— Трудный выбор, — он постучал по подбородку. — Твоя задница в том платье выглядела просто волшебно, но той ночью мне удалось только поцеловать тебя.

Гермиона хихикнула и стала залезать под одеяло, но Драко снова остановил ее.

— Позволь мне