Тигриные игры (ЛП) - Ли Лора

Генерал кивнул.

— Мальчик-тигр, который заботился о тебе, Гидеон. Думаю, его звали так, тоже знал. После того, как вылечили твою генетическую аномалию, доктор Фостер потребовал узнать, кто твои родители, если ему понадобится дополнительная генетическая информация. Мальчик был там, и я поставил под сомнение его присутствие, хотя доктор заверил меня, что он никогда не расскажет об этом. Я предполагаю, что так и есть. — Он с грустью покачал своей седеющей головой. — Черт, этот парень ведь любил тебя. Там не было ни охранника, ни врача, который бы не потел, когда тебе давали терапию. Даже Бранденмор обходил его стороной, когда ты была обеспокоена. Что они сделали с ним позже… — он тяжело вздохнул, когда вокруг него доносился запах ужасающего неверия. — Если бы они не угрожали вернуть тебя, он умер бы во время этой последней вивисекции. — Ужас вспыхнул в его глазах и в душе Кэт. — Их было три. На последнем этапе Беннетт отдал приказ обнаружить тебя любой ценой, чтобы проверить, сможешь ли ты пережить те же эксперименты. Бог знает, он заслужил покой после того, что сделал Беннетт. Надеюсь, он наконец нашел хоть каплю его.

Три вивисекции? Они резали его, пока он был в сознании, обнажали органы и внутреннюю плоть в акте, которого не было известно ни одной другой Породе? И они угрожали сделать то же самое с ней. Не было никакого способа, которым он позволил бы это. Из-за этого чудовище, которое скрывалось внутри него, восстало как демон смерти, чтобы уничтожить любого, кто осмелился угрожать ей.

Вот, что он скрыл от нее, потому что это была ее вина. Переливание поместило ее кровь в него, пометило его брачным гормоном, и из-за этого доктор Беннетт был вне себя от радости при мысли об эксперименте над живой, спаренной Породой.

— Вы принесли информацию?

Файлы, в которых подробно рассказывается о том, что с ним было сделано, почему это было сделано, и о рождении чудовища, которого они выпустили. Это была ее цена, она предупреждала его, хотя и дала бы ему информацию, чтобы найти его дочь.

— Если бы я знал, что это ты, Катарина, — прошептал он, — я бы попытался отговорить тебя от такой цены.

Увидеть, что случилось с Грэмом, а не услышать краткий пересказ? Какая разница, она теперь знает, от чего Грэм пытался защитить ее.

Вся ложь, его намеренное молчание, его отказ рассказать, что у нее есть родители, все это была его попытка защитить ее, чтобы никто не мог причинить ей вред. Средства были сомнительными, но намерение чистым. Этот момент проникновения в суть сломал то, что осталось от ее сердца. Она отказывалась доверять ему, хотя знала, в глубине души знала, что мужчина, которого она знала ребенком, не сделает ничего, чтобы преднамеренно причинить ей вред.

— Грэм, Порода, которая приходила к нам несколько месяцев назад, сказал, что знает, где прячется Онор. Хотя ему еще предстояло узнать ее личность. — Серые глаза застыли на ней. — Мы не получили ответа от него. Мы не сказали ему, что уже связались с кем-то, кто нам сообщает о ней. — Благодарность сверкнула в его глазах. — За это мы благодарны тебе. Жить без нее… — Влага блеснула в его глазах, когда слеза скатилась с глаз его жены. — Так много лет потеряно.

Он передал ей флеш-чип. Информация, за которую она торговалась, теперь была у нее, для чего? Чтобы узнать, как далеко он зайдет, чтобы обеспечить ее безопасность?

Кэт, в свою очередь, передала защищенные кожаной обложкой бумагу, фотографии и различные флеш-чипы, которые скопила о жизни Онор за эти годы.

— Онор счастлива? — прошептала Аннет, нить страха, что она теперь может не понадобится своей дочери, скрывалась в надежде.

— Она с Породой, которая любит ее больше собственной жизни, — тихо сказала ей Кэт. — Но она все еще скучает по матери, которой можно доверять, и по отцу, на которого можно опереться. Пара, которая назвала ее дочерью, — замечательные люди, но она никогда не была близка с ними. — Онор никогда не просыпалась, как Кэт. По крайней мере, если бы она это сделала, она бы никогда никому не рассказала, особенно Кэт. — Отнеси информацию, которая у тебя есть, ДжонасуУайетту. Он в офисе Уиндоу-Рок в Бюро по Породам. Убедитесь, что директор этого офиса, РулБрейкер, присутствует во время вашей встречи. Сразитесь с ним, потребуйте увидеть ее, и Рул позаботится о том, чтобы это произошло. В противном случае, Джонас прикажет Породе, в которую она влюблена, увести ее.

— Она в опасности? — догадался генерал.

— На данный момент, — подтвердила Кэт, все еще пытаясь сдержать свои разрушенные эмоции. — Позволить ей увидеть своих родителей не повлияет на ситуацию. Это может даже помочь.

— Катарина, — Аннет наклонилась вперед, когда Кэт потянулась к двери, чтобы покинуть Драгун. — Любая боль, которая преследует твои глаза, может быть смягчена любовью матери. Сходи к своим родителям, пожалуйста. Потому что я не знаю, смогу ли я наблюдать за ее болью еще один год и не рассказать правду. И поверь мне, когда я это сделаю, твой отец сойдет с ума. Он преодолеет силы Породы со всеми одолжениями, которые он накопил в своей жизни и жизни своего отца, и бог знает только то разрушение, которое он причинит, чтобы найти тебя.

— Бюро не знало обо мне. Они не скрывали меня и не знали, где я спрятана. Если бы они знали, я бы давно умерла. Поверьте мне, миссис Робертс, тех, кто скрывал меня — никто не сможет найти, если они не хотят, чтобы их нашли.

— Это ничего не изменит, моя дорогая, — осторожно предупредил ее генерал. — Кеннет не позволит этого. Узнав, что ты жива, он разорвет мир на части, чтобы найти тебя.

Кэт смотрела в окно, наблюдая, как Кинан и его крылатые Породы защищают драгун. В ее мире не было места для родителей, которые любили свою дочь.

— Я больше не ребенок, которого они потеряли, — прошептала она, отказываясь оглядываться на них. — Им лучше не знать.

— Кэт…

Все, что собирался сказать генерал, было прервано порочным ревом, ни капли не похожий на здравомыслящий, который разорвал ночь и заставил крылатых Пород достать свое оружие.

— Уезжай, — открыв дверь и нырнув, она заорала, приказав водителю: — Увези их отсюда.

Крылатая Порода вскочила на водительское сидение и уехала еще до того, как Кэт вымолвила приказ.

— Давай полетим, — потребовала она, мчась к Кинану.

Орел посмотрел на нее с тихим созерцанием, покачав головой.

— Лучше встретиться со зверем здесь, чем посадить его на хвост, — он вздохнул. — Надеюсь, у меня все еще будет несколько перьев, когда все будет закончено.

— Нет. — Она схватила его за руку, внезапно испугавшись, когда снова послышался рев, на этот раз гораздо ближе. — Я разберусь с ним. Уходите.

— Лети, ублюдок! — гневное, гортанное требование пришло как тень, ограниченная тьмой, согнувшаяся, безумная ярость, сияющая в забитых золотыми искрами глазах. — Пока у тебя есть перья для этого.

Кэт повернулась к лицу… она даже не была уверена, кем он был. Кем бы ни был Грэм, это был не Гидеон, и это было не то лицо, которое он носил перед всем миром. Он казался выше, шире, настолько мощным, что это было страшно.

— Ты совсем спятил? — Будь она проклята, если он запугает ее или причинит вред одному из немногих ее настоящих друзей.

Улыбка, которую он дал ей, была пугающей; резцы, сверкающие вызовом, были острее, длиннее, чем раньше.

Взгляд, сопровождавший его, был одним из таких мужских удовольствий, что заставил ее когти появиться и согнуться в предупреждении.

— Предполагаю, что так и есть, — грохот опасности в его рычании вызвал озноб по ее позвоночнику. — Теперь, отойдите в сторону, чтобы я убедил твоих друзей в этом.

Ее глаза сузились.

— Да, они друзья, и ты их не тронешь.

Его рев снова разрушил ночь. Единственная причина, по которой она не вздрогнула, это то, что она была слишком потрясена этим. Теперь шокированная и прекрасно осознавая опасность, окружающую крылатых пород. Если Кинан встанет на ее защиту и будет сражался так, как он намеревался, тогда они все могли бы умереть.