Ненужная невеста. Кость в горле (СИ) - Верескова Дарья

Я стала вырываться ещё усиленнее, пытаясь отвернуть голову, но Оливер перенес свою руку мне на затылок, и казалось, теперь имел полную власть над положением моей головы. Я замычала, но мужчина не отстранялся, наоборот, повернул голову набок и был полностью поглощён моментом, закрыв глаза. Его поцелуй стал мягче, так как я не отвечала, теперь Оливер нежно и ласково прикасался к моим губам. В какой-то момент маркиз отпустил мои запястья и полностью, всем телом прижался ко мне, опуская левую руку на мою попу и прижимая к себе ещё плотнее, так, что я смогла почувствовать его возбуждение.

Теперь, когда мои руки были свободны, я вцепилась в плечи мужчины и попыталась оттолкнуть его. Оливер, почувствовав это, чуть отстранился, перестал меня целовать и просто стоял, обнимая меня и время от времени хаотично целуя меня в лоб в разных местах.

— Разве ты ещё не простила меня? Я же стараюсь, разве ты не видишь? Почему ты просила короля разорвать нашу помолвку? — Оливер продолжал хаотично целовать меня в голову и лоб и даже в нос, а после наклонился и попытался опять поцеловать в губы, но я смогла использовать этот момент, чтобы проскользнуть под рукой мужчины и вырваться.

Тяжело дыша, я отскочила на другой конец комнаты и замерла там, убедившись, что между мной и Оливером находился стол. В голове была полная каша из недоумения, негодования и адреналина. Это был мой первый поцелуй в этой жизни. Оказывается, поцелуй испытывается по-разному в зависимости от способности человека испытывать эмоции.

— Какого черта на вас нашло?! — Я вытаращилась на Оливера, я не могла понять логику его поведения и почему маркиз внезапно решил зажимать меня по углам поместья. Я вытерла свои губы рукавом. — Вам не кажется, что вы перепутали сестру?

Оливер тяжело дышал, но стоял на месте, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. Маркиз смотрел на меня исподлобья и, казалось, не моргал.

— Нет, не перепутал, — наконец-то ответил он, его голос был еле различим, тихим и низким. — Ты моя невеста, Элли, всегда была ею, и я больше никогда не прикоснусь к твоей сестре. Я думал, ты поняла это.

Вообще-то мне было плевать, собирается Оливер прикасаться к Доротее или нет, я не чувствовала ревности и пыталась всячески избавиться от этой помолвки.

— Мне совершенно безразлично, собираетесь вы прикасаться к Доротее или нет, это ваши личные отношения. Я уже просила вас не прикасаться ко мне. Что на вас нашло? — Я тоже немного успокоилась, Оливер теперь выглядел более адекватным, он стоял на расстоянии двух вытянутых рук от меня, и я подозревала, что маркиз был на взводе после того, как отец рассказал ему о том, что произошло на суде, и после того, как я игнорировала его вчера.

— Я уже говорил тебе, у меня больше нет никаких отношений с твоей сестрой и никогда не будет. И я буду прикасаться к тебе столько, сколько захочу, ты моя невеста и принадлежишь мне, что бы ты ни думала. Тебе, наверное, тяжело это принять после моей измены, но прошлое не изменить, так что привыкай, — Оливер произнес это и начал приближаться ко мне, его тон был теплым, но слова напугали меня.

О чем он говорит? Почему будущий герцог продолжает этот фарс и называет меня своей «невестой», после того как я уже, по его мнению, потеряла свой статус хранительницы? Оливер думает, что наша помолвка закончится в ближайшее время, так зачем он продолжает играть роль жениха, особенно после того, как суд уже состоялся и все факты стали известны? Почему ведет себя так, говорит привыкать? Я ничего не понимала, но мне совсем не нравилось то, что происходило.

— Я не понимаю, — просто сказала я. — Почему вы так себя ведете, ведь скоро мы перестанем быть женихом и невестой.

Оливер вздохнул, а после приблизился вплотную к столу, который, слава богу, все ещё разделял нас.

— Возможно, перестанем, а может и нет. Ты не можешь знать наверняка. Пока ты ещё моя невеста, и я не собираюсь делать вид, что это не так, и тебе не позволю. Пока ты моя невеста, я могу к тебе прикасаться и проводить с тобой столько времени, сколько захочу.

Я приказала себе оставаться спокойной. Оливер явно что-то не так понимает, либо же я чего-то не знаю. Возможно, маркиз просто использует последние, как он думает, дни, когда у него есть власть надо мной из-за статуса жениха.

— Вы кажется забыли, что я совсем не хочу за вас замуж, и статус вашей невесты меня не устраивает. Так что нет, я не согласна со всем, что вы говорите.

Оливер зло усмехнулся, ему явно не нравилось, что я продолжала отталкивать его:

— Интересно, что с тобой не так. Ты всего лишь жалкая баронесса, вся в долгах, ты должна радоваться, что я по-прежнему серьезно отношусь к этому браку и что Тенбрайки одаривают вас таким вниманием. Вместо этого ты продолжаешь отталкивать меня и делаешь вид, что я тебе безразличен. Я уже понял, что ты не уважаешь герцогский титул, но даже ты должна понимать, что вашему роду, учитывая произошедшее и предстоящее, выгодно держаться за этот брак как можно дольше. Ты могла бы быть ко мне поласковее, и кто знает, как ситуация сложится после потери источника.

На что он, черт побери, намекал? Почему считал, что я должна быть благодарна за его внимание? Если бы измен и оскорблений не было, в этом был бы определенный смысл — если бы мы действительно стали вассальным баронством, то нам было бы выгодно иметь Тенбрайков в друзьях. Вряд ли вассальных баронов будут приглашать на балы для знати, поэтому приглашения к Тенбрайкам на бал или чаепитие были бы очень кстати для поддержания связей. Но слова Оливера о том, чтобы быть к нему «поласковее», на мой взгляд, были вовсе не о дружбе.

— И зачем же это вам? И что конкретно вы понимаете под словом «ласковее»? — я осматривала пространство в поисках выхода, к сожалению, мужчина стоял на пути к двери, и я не знала, что произойдет, если я попытаюсь пройти мимо. Может быть, маркиз ничего не предпримет, но может и опять начать свои поползновения.

— Я думал, ты уже поняла, Элли. Разве последние дни не показали тебе, что я настроен серьезно? Я хочу ухаживать за тобой, хочу, чтобы ты была моей, хочу тебя в своей постели. Ты всего лишь баронесса, ещё и вассального баронства, без источника, и даже не так красива, как твоя сестра, но эти мысли мне не помогают. Так получилось, что я не могу перестать думать о тебе, я засыпаю с мыслями о тебе и просыпаюсь с мыслями о тебе, я не могу ничего делать, я понял, что ты должна быть моей. Скажи мне, ты рада? — Оливер, произнося все это, потихоньку обходил стол, пытаясь приблизиться ко мне, и я пока не двигалась, усыпляя его бдительность и выжидая момента, чтобы быстро юркнуть с другой стороны.

Как мы дошли до этой ситуации? Я много чего хотела сказать, в том числе нецензурного, но решила попытаться деэскалировать конфликт. Очевидно, я допустила ошибку в прошлом общении с Оливером. Я ожидала, что мой жених разозлится, когда узнает, что я вижу в нем лишь пустую оболочку и не испытываю уважения, но вместо этого я уязвила его эго и, таким образом, вызвала интерес. Скорее всего, будущему герцогу редко отказывали до этого.

— Послушайте, Ваша Светлость. То, что вы описываете, — это не интерес к женщине, это просто ваше уязвленное эго. Если вы отвлечетесь на другую женщину или какое-то из ваших увлечений, это пройдет, я вам обещаю. — Я осторожно следила за Оливером, пытаясь подобрать момент, когда я смогу улизнуть. — Кроме того, вам в любом случае не дадут выбирать невесту.

Оливер подошёл вплотную к столу с левой стороны, и я решила — пора, и улизнула в противоположную сторону, устремившись к двери. К сожалению, я не успела дойти до двери, как сзади меня перехватили и прижали к сильному телу, а после начали оттаскивать назад, пока мы вместе не сели на кресло, причем я оказалась на коленях мужчины.

— Тшш, куда ты собралась? Мы же просто говорили, я ещё не успел полностью объясниться, а ты не ответила мне. Все хорошо, не бойся. — Он полностью прижал меня к себе обеими руками, хотя я пыталась встать. Оливер хотя бы не пытался опять гладить и целовать меня, опасаясь, видимо, что я сразу вырвусь.