Закрытый мир. Причины неповиновения - Дарья Сокуренко

— Идем, — скомандовал черный маг, не обращая внимания на устремленный на него свирепый взгляд.

Они сразу двинулись вперед. Этот путь мало чем отличался для Корнана от того, что им пришлось проделать через Бесконечный лес. Разве что, в этом сыром и теплом месте растительность была совершенно другой. Огромные деревья с необъятными стволами раскидывали кругом мощные торчащие из земли корни и тянулись высоко к небу, где их длинные толстые ветви тянулись друг к другу и переплетались, создавая ощущения накрывшего долину купола. Все вокруг камни, деревья, даже сама земля было оплетено самыми разными ползучими растениями. В остальном все было так же: они бежали по оврагам и кочкам, Корнан спотыкался, сбивал ноги, его с голодной яростью кусали бесчисленные насекомые, при этом совершенно игнорировавшие Диеша. Парень путался в пытающихся задушить его лианах, оскальзывался на покрытых влажным мхом камнях и изо всех сил старался промолчать, но хватило его ненадолго.

— Это было совершенно не обязательно, — все-таки высказался Корнан, едва поспевая за черным магом.

— Что именно? — Диеш сделал вид, что не понимает о чем речь или же был погружен в другие более важные мысли.

— Вот так сталкивать меня вниз разумеется, — белый маг до сих пор был так напуган, что у него из головы напрочь вылетело все остальное, о чем он переживал до этого момента. — О таких вещах стоит предупреждать.

— Нам некогда, — махнул на него рукой Диеш и на этом разговор считал оконченным. — Это не твой крик распугал все живое в Мертвой долине?

— Это не смешно, — Корнан все еще продолжал возмущенно бормотать себе под нос, но постепенно приходил в себя. — Я не знал, что будет и если бы сделал что-нибудь чтоб спуститься — мог, и правда, разбиться.

— Тихо, — сказал ему Диеш.

— Ладно-ладно, — Корнан сверлил злобным взглядом спину черного мага, пока тот, не останавливаясь, с подозрением смотрел по сторонам. — Я молчу.

Нет.

Диеш так и не сказал, что “нет” и зашептал на нитале, на ходу творя заклинание. Корнан никогда не видел как это делается. Обычно черные маги их заготавливали заранее, потому что их магия требовала высокой концентрации и точного соблюдения многих нюансов, но его спутнику это давалась слишком легко чтобы это могло не раздражать.

— Здесь слишком тихо, — все же пояснил Диеш, когда закончил, и земля под их ногами озарилась слабым мутным светом, словно на нее лег густой туман. — Это место должно кишить дикими тварями. Мы идем уже больше часа и не встретили даже обычных хищников.

— Так и есть, — согласился Корнан

Он тоже обратил внимание, что его давно уже никто не пытается съесть, если конечно не считать насекомых, жужжание которых только и было слышно, хотя если подумать шум шел не от них. Белый маг остановился, настороженно глядя на право, где откуда-то издалека на них надвигался мерный гул.

Тилли буквально вываливается через открытую дверь в коридор, который по своему убранству напоминает миниатюрную копию того бесконечно длинного зала где ее поймала Леалея, только без бойниц и страшных голов. Справа двери, слева глухая стена заставленная книжными шкафами и стеллажами, между ними картины и гобелены. На полу маленькие коврики, на потолке люстры. Голова монстра окончательно уничтожает камеру, которую она покинула. Волна от удара толкает Тилли вперед по коридору, ей не удается пройти и пяти метров, когда гигантская лапа рушит стены и пробивает пол позади. Ее дрожащие руки, звеня цепями, хватают доску от разлетевшегося шкафа, и опираясь на нее она скачет вперед, стараясь не оглядываться на череду оглушительных грохотов, каждый из который означал новый удар монстра, оставляющий огромную дыру там, где только что была Тилли. Один удар. Второй. Третий. Четвертый пробивает дыру впереди. Ее лицо обдает облаком пыли. Путь отрезан. С обеих сторон коридора пропасть шириной не меньше трех метров. Лишенная сил и хромая — она в жизни не сможет их перепрыгнуть. Слева и справа глухая стена. Тилли стоит на пятачке уцелевшего пола и смотрит вниз на следующий этаж, ей видно только расстеленный синий ковер и то что падать туда слишком высоко и страшно. Нужно вернуться к лестнице, перепрыгнув четыре ямы позади быстрее охотившейся на нее гигантской кошки. “Я просто так и сделаю” — дрожащими губами говорит себе Тилли. Она отбрасывает доску, которую использовала для опоры, и закидывает конец болтающейся на руке цепи на люстру, до которой иначе не смогла бы достать. Каким-то чудом цепь закрепляется на люстре, и Тилли толкает себя вперед. Инерция переносит ее на другую сторону ямы достаточно чтобы поставить на нее ноги, но недостаточно чтобы встать. Старая ржавая, но довольно крепкая цепь, одним концом прочно зацепившаяся на люстре и намертво сомкнувшаяся металлическим браслетом вокруг разодранного им же запястьем, тянет ее хрупкое и израненное тело назад. Пятки упрямо пытаются зацепиться, но соскальзывают с края. И вот словно наживка на удочке она болтается над ямой не в силах высвободится. “Только такая бесполезная идиотка как я, — думает Тилли, — могла сама себя поймать в ловушку”. Через пробитые стены на нее смотрит довольная лохматая морда. Сердце девушки бешено стучит, но она мало что чувствует, кроме боли и усталости. Ей не верится, что все закончится вот так. Так глупо. Не может же такого быть. Тилли даже не закрывает глаза, просто наблюдает за тем что будет дальше. Ее размышления занимает мысль о том, что быстрее ее убьет: монстр или падение вниз, если она попробует своим весом вырвать люстру на которой болтается.

В этот момент, что-то отвлекает гигантскую кошку от болтающейся добычи, хищная морда отворачивается от нее и исчезает из виду. “Ух ты! Котик!” — слышит Тилли раздавшийся снаружи радостный возглас. Потом серию оглушительных хлопков и грохот. Удивляет ли это все ее? Едва ли. В ее сумбурной жизни все такое странное и непонятное, что любой бы давно привык чувствовать себя тем, кто понятия не имеет, что вообще происходит. Еще пару минут она вслушивается в воцарившую тишину и начинает судорожно соображать, как выбраться из ситуации в которую сама себя загнала. Тилли карабкается по цепи вверх и, схватившись