Антисказка. Или бойтесь своих желаний - Елена Артемова

в нежно-сиреневом тоне, набор мебели идентичен, отличие было только в цвете, на стенах висели портреты дам в напудренных париках. Две другие спальни похожи как братья-близнецы: серые стены, кровать, никаких картин. Они явно предназначены для прислуги, сопровождающей высочество в дороге. У одной из них оказалась небольшая гардеробная, чтобы развесить хозяйские вещи. И огромная гостевая комната в нейтральном бежевом цвете с мягкими креслами в количестве четырёх штук, диваном, большим овальным столом и напольными вазами со свежесрезанными цветами.

Оглядев всё, Царевич остался доволен. Кланяясь, слуги внесли огромный сундук с платьями для Царевны, и Забава отправилась развешивать их. Катя направилась следом: всё-таки вещей было слишком много, и надо бы помочь.

Повесив платья, Забава критическим взглядом окинула Катю:

— Дааа, — протянула девица загадочно и обошла вокруг, — Никуда не годится, — наконец, вынесла вердикт.

Катя принялась осматривать себя, заглянула в имеющееся большое зеркало, но ничего из ряда вон не увидела, разозлилась и упёрла руки в боки:

— Что значит — не годится? — угрожающе начала говорить и выдвинулась на Забаву, но та, ничуть не испугавшись, продолжила:

— Не похожа ты на царевну, говорю, отмыть тебя надобно, причесать, — и, развернувшись, тут же пошла на выход.

Она развела поистине бурную деятельность, отловила парочку служанок, и уже через пятнадцать минут Катя нежилась в тёплой ванне королевских купален. А стоящая рядом девица отчитывала местную прислугу:

— Тебе, пустоголовая, что было велено?! — грозно рычала она, — Розовое, слышишь, ты? Розовое масло. На кой ляд ты лаванду притащила?!

— Простите… — потупилась служанка.

Забава закатила глаза:

— Ничего доверить нельзя. Простите, Ваше высочество, — вежливо повернулась она к Кате, — Я сейчас самолично за всем прослежу. Не извольте волноваться, — Пошли, — подтолкнула в плечо девушку, — Показывай, где у вас тут что.

Через пять минут она вернулась с полными руками различных бутылочек, принялась что-то капать в воду, чем-то натирать кожу Кати и мыть волосы. «Как хорошо быть царевной, — подумала та, — Спа-процедуры, личная служанка, большая кровать… ммм… Если б ещё ко всему этому прилагался муж не Елисей, а скажем… Алекс», — мечтательно прикрыла глаза Царевна. Да, пожалуй, ей стоило себе признаться, что он ей больше, чем симпатичен. К тому же она видела, что Алекс к ней тоже неравнодушен.

После водных процедур была причёска. Забава умело крутила локоны, собирая их в сложную композицию на голове. Выбор наряда Катя тоже доверила ей, платье цвета морской волны с корсетом, который то ли по моде, то ли из личных соображений Забавы был затянут так, что дышать Катя могла через раз.

— Фух, управилась, — выдохнула девица, когда завязала последнюю шнуровку на платье.

Забава даже умудрилась раздобыть украшения: массивные золотые серьги и ожерелье с редкими для этих мест камнями — опалами.

От увиденного преображения Царевны ожидающие их появления мужчины в прямом смысле открыли рты.

— Огонь, подруга, — прокомментировала Лягушка, подняв вверх большой палец.

И если Варя, Ник, Алекс и Илья были поражены преображением Кати и комплименты были её красоте, То Елисей удивил:

— Да, тебе удалось невозможное! — похвалил Забаву он, — Сделала-таки из неё человека.

Сам он тоже успел переодеться и ожидал их в парадном мундире. Катя очень хотела ответить, и даже пара колких замечаний уже вертелись на языке, но в комнату постучали и, бесконечно кланяясь, слуга проводил их в тронный зал.

— А я, пожалуй, пойду прогуляюсь, пока все заняты приёмом высоких гостей, — пробормотала Лягушка, — У меня тут дела, Серого спасать надо, — и, воспользовавшись тем, что никто не обращает на неё внимания, выскользнула за дверь.

— Его высочество, принц тридесятого королевства Елисей с невестой, наследной принцессой Золотого королевства, — распахнули перед Катей и Елисеем двери в огромный зал, набитый придворными.

Толпа расступилась, и Катя смогла увидеть королеву тридевятого королевства собственными глазами. У дальней стены на небольшом возвышении стоял величественный трон из чистого золота и красного бархата. На нем восседала царица Мелитриса. Цепкий взгляд зелёных глаз, казалось, прожигал насквозь. Острые, хищные черты лица, тонкие губы вытянутые в прямую линию, идеально ровная спина, обманчиво расслабленная поза. Чёрные волосы были убраны в высокую прическу, которую венчала тиара. Едва увидев её, Катя сразу поняла, что перед ней опасная и умная женщина. С такой надо держать ухо востро. На небольшой скамеечке у ног царицы сидел королевский шут, как водится, в колпаке с бубенчиками, ярко-зелёной рубахе и красных штанах. Он грустным взглядом следил, как приближаются Катя и Елисей.

Царевич остановился у подножия трона, почтительно склонил голову и сжал руку Кати, призывая её проделать то же самое. Девушка послушно наклонила голову, не сводя при этом глаз с Мелитрисы. Та ухмыльнулась, заметив это.

— Рада видеть, что тебе удалось отыскать свою невесту, Елисей, — царица не сводила глаз с Царевны, от чего та начала нервничать.

— Благодарю, о, прекраснейшая. Это было непросто.

«Прекраснейшая?» — удивилась Катя и повернулась к Царевичу с немым вопросом в глазах. На что тот слегка погладил её руку, успокаивая и как бы говоря — всё потом, молчи.

— Прошу быть гостями в моём замке. Послезавтра состоится бал в честь нового придворного мага и чародея. Буду рада видеть вас.

— Это большая честь, — опять склонил голову Елисей, и Катя последовала его примеру.

— Что ж, быть посему, отобедаешь со мной? — королева поднялась с трона и стала медленно спускаться.

Её платье ярко-алого цвета струилось по ступеням, сверкало в свете огней, подчеркивая аристократическую бледность кожи. Спустившись, она прошествовала к дверям у стены справа, и те мгновенно распахнулись, явив небольшой зал с накрытым к обеду столом. Стоило Кате и Елисею зайти, двери закрылись, отрезая их от придворных. Лишь несколько слуг остались с ними. Катя с интересом рассматривала красивый зал: в бело-голубых тонах, позолота на дверях и окнах, лепнина на потолке, массивная люстра на сотню свечей, не меньше, овальный стол с белоснежной скатертью и посуда из тонкого фарфора и хрусталя. Слева и справа какое-то нереально большое количество ножей и вилок разной формы и размера.

Царица села во главе и жестом указала справа от себя:

— Прошу, садись ближе, забудем сегодня про этикет, — заметила она Катино замешательство с приборами, — Мы так давно не виделись. Как здоровье батюшки? — она махнула рукой, и невидимой тенью служанка, повинуясь указаниям, наполнила тарелку царицы.

— Батюшка в полном здравии. Я не вижу Гвидона, здоров ли? — неожиданно перевёл тему Елисей.

— Дела, мой друг, дела, — туманно ответила Мелитриса, — Королевство огромно, я одна не справляюсь.

Королевич сочувственно покивал:

— Слышал я, птица у тебя заморская пропала. По всему королевству глашатаи трубят.

— Да, печально сознаваться, не доглядели.