Алая птица - Анна Рудольф

— Прислуге сюда нельзя, — к ней направились два архивариуса.

— У меня приказ господина! — рискнула Айрин.

— Пропуск только по письменному разрешению Его Величества или членов Совета.

«Пропуск» опять нагрелся у нее в ладони. Тот, что был помоложе, пристально посмотрел на Айрин и неожиданно велел отпереть ворота.

Второй архивариус изумленно воззрился на него, но молча подчинился. Слишком поздно она разгадала его намерение: стоило ей углубиться в лабиринт полок, створки захлопнулись, и на них вспыхнуло запирающее заклятье.

— Дьявол, — прошипела она из-за угла. — Айрин, ты тупая курица.

Конечно, мужчина оказался магом и вдвойне «конечно» счел ее подозрительной. Неизвестная в форме придворной прислуги сунулась в секцию с делами о международной политике, в отдел, частично отведенный для проклятого Эскальта! Она надеялась, что в библиотеке работают идиоты?

Рунар ее убьет.

Не теряя времени даром, Айрин пробежалась между полок. Те, что касались Шарибской Империи, Объединенных Таурукских Островов и Вольных Городов Аймарра, ломились от книг и свитков на всевозможных языках. Когда она добралась до Эскальта, то обомлела. Совершенно все было изъято, будто северного королевства никогда не существовало. Даже на месте золотой таблички с названием красовались только следы от выдранных с корнем гвоздей.

Айрин охватило отчаяние. Все напрасно. Ее поймают и… Что положено за нарушение прямого королевского приказа?

Снаружи все еще стояла тишина, которая весьма давила на нервы. Наверняка, маги обсуждали, как быстрее схватить преступницу, и поэтому медлили. От напряжения разболелась голова.

Тем не менее, Айрин бегом продолжала поиски и оказалась в галерее послов. Среди лиц она быстро отыскала лорда Кольбари, нынешнего Верховного Посла, по словам Рунара, прочно засевшего в Шарибе. С портрета на ее взирал худой мужчина средних лет с приятным, но хитрым скуластым лицом, обрамленным черными кудрями. Следом за ним на ряде картин изображались многочисленные члены посольств в Шарибе и в Тауруксе. В Аймарр отправили только двоих. Стена с Эскальтом, ожидаемо пустовала, но сохранила очертания целых восьми портретов.

Айрин оббежала галерею по кругу и за одной из портьер обнаружила кладовую. В этот момент в зале раздался металлический лязг — открыли ворота.

Не задумываясь, она юркнула в кладовую про которую, кажется, все давно забыли. На полу оставались пыльные отпечатки ее ног, повсюду висела толстая паутина, а воздух оказался спертым до невозможности. Айрин прикрылась рукавом и прислушалась. Снаружи раздались оживленные голоса, совсем близко зазвучали шаги. Она забралась за груду составленных как попало портретов и затаилась.

Среди всех голосов особенно выделился один:

— Господа, очевидно, здесь ее нет! В зале есть еще один выход, который ведет как раз на боковую улицу, наверняка, она сбежала туда.

Другие с ним не согласились, но мужчина оказался убедителен. Спустя несколько томительных минут маги ушли, и Айрин вознесла хвалу Всевышнему и незнакомцу, невольно спасшему ее от виселицы.

Вылезая из-за картин, она случайно опрокинула их с жутким грохотом и снова помянула дьявола. Однако, никто не спешил врываться в кладовую и связывать ее заклинаниями. Расставляя обратно портреты, Айрин обратила внимание на тот, что изображал совсем молодого мужчину — едва ли старше нее самой — под именем барона Марсара Форестера. Мягкий взгляд карих глаз, четкий овал лица и упрямая линия губ показались Айрин знакомыми. Могла ли она встретить его раньше?

Кроме того, лишь у барона Форестера на лацкане камзола прямо под королевским гербом кистью мастера был выведен символ Академии Магии.

Это натолкнуло Айрин на определенные мысли, развить которые помешала распахнувшаяся дверь.

— Добрый день, леди Айрин, — вежливо поздоровался с ней высокий мужчина.

Она выпустила из рук картину и отступила в тень.

— Не стоит бояться! Я здесь, чтобы помочь, выходите, — его голову покрывал глубокий капюшон. Айрин ничего не оставалось, как медленно протиснуться наружу. — У нас не так много времени. Но прежде, будьте добры, отдайте мне фибулу.

Незнакомец протянул к ней руку в перчатке. Под плащом блеснула рукоять короткого меча. Все так же молча Айрин отступила на шаг назад.

— Прошу вас, леди Айрин, — укоризненно попросил мужчина.

Она кивнула и припустила бегом прочь из проклятого архива. Мужчина что-то прокричал ей в след, но она прошмыгнула через приоткрытые ворота, чем привлекла внимание мага архивариуса. Он предпринял попытку накинуть на нее магическое лассо, но в этот момент Айрин споткнулась на лестнице и кубарем покатилась вниз.

Больно затормозив о противоположную стену, она со стоном разогнулась, мимолетом удивившись, что не выколола себе глаз застежкой от фибулы, затем поковыляла дальше. Высокородные посетители в холле демонстративно отворачивались от нее, чем невольно играли на руку.

Часть магов все еще дежурила у дверей, но уже без прежнего энтузиазма. Айрин спокойно прошла мимо них. Ей оставалось пересечь порог библиотеки, как вдруг сквозь нее прошла едва ощутимая магическая волна, и проклятая фибула вновь обожгла ладонь.

— Эй, ты, стой!

Она тут же выскочила наружу и сбежала по ступеням, следя, чтобы снова не навернуться. Фани нигде не было видно. Переведя дыхание, Айрин направилась к ближайшей улице, поглаживая ноющий бок, но внезапно отряд стражников вывалился из библиотеки и, ведомый магами, бросился прямо к ней!

— Твою ж… — выдохнула она и бросилась бежать.

Она неслась в сторону оживленной ярморочной площади, той ее части, где торги шли круглый год. Стража уверенно следовала за ней по пятам. Как бы она не петляла, ей не удавалось сбросить погоню, к которой подключались все новые патрули. Часто Айрин ощущала на себе магические волны, к счастью, не боевые. На каждую злополучная фибула отвечала теплом, и у Айрин возникла мысль, что на ней мог быть маяк.

Она ворвалась на ярмарку и попала в кольцо из всадников, после чего бросилась к ближайшей палатке и, перемахнув через прилавок, выбежала через занавесь на другую сторону. В след ей понеслись вопли недовольной торговки, чей товар она частично рассыпала по земле.

Пропустив две палатки, Айрин юркнула в третью и закатилась под прилавок, до смерти перепугав молоденькую девицу.

— Помоги мне, — прохрипела она, схватившись за живот. Ее едва не выворачивало после долгого бега, перед глазами плавали черные пятна, а ноги дрожали и не желали