Эдельвейс - Анастасия Юшина

- Девочка моя! Как ты? – он бережно погладил по голове.

- Хорошо, – ответила я бодрым голосом.

- Пустите вы его уже наконец! – устало произнес Елисей, стоящий у окна. – А то он дверь вынесет!

В этот момент дверь открылась, и в комнату влетел Вилли. Папа заулыбался.

- Аника! Как ты? – и сел рядом на кровать.

- Хорошо. Я смотрю, ты тут буянишь? – и серьезно посмотрела в эти добрые блестящие глаза. Но он не успел и рта раскрыть. За него ответил Елисей.

- Ты даже не представляешь, как он буянил. Мы думали он за ночь разнесет этот дом! – и искренне засмеялся.

- Елисей! Ты как с Жрецом разговариваешь! – с улыбкой воскликнула я и привстала. – Так это он тебя обижает? – обратилась к Вилли. Он кивнул.

- Елисей, Елисей! Теперь я просто обязана макнуть тебя в фонтане! – осуждающий тон сорвался на смех.

- Аника, нам нужно поговорить. Спускайся в мой кабинет, – отец ласково поправил прядь моих волос и встал с кровати.

- Хорошо. Сейчас спущусь.

Я встала и пошла в ванную. Повернулась к зеркалу спиной. Метка на месте. Ран никаких нет. Рассматривая прекрасный узор, вернула взгляд в зеркало и увидела Дэниэля. Он был серьезным и обеспокоенным. Сердце сразу забилось сильнее, по коже пошли мурашки. Мой любимый монстр. Я не знала, как мне реагировать, поэтому молчала.

- Аника, я... - осколки сердца зашевелились в ожидании трех заветных слов. – Прости меня, – ледяные глаза были искренни, смотрели с обожанием.

Я не знала, что и сказать. Какая- то часть меня требовала не прощать и забыть его. Но другая часть просила дать второй шанс. Внутри все разделилось на двое. Когда я бродила по лесу, уверяла, что не люблю его. А сейчас смотрю в эти бездонные любимые глаза и понимаю, что глубоко заблуждалась. Я любила его.

- Это все? – я повернулась и вопросительно подняла брови.

- Аника... - прорычал и приблизился. Поднял руку, чтобы погладить по щеке, но я увернулась. На его лице выступила боль. Он быстро убрал руку.

- Прости... - и исчез, хлопнув дверью.

Я не могла допустить, чтобы он дотрагивался до меня. Уж очень свежи еще воспоминания его прикосновений к Анжелике. Кстати, о ней. Надо бы ее проведать, посмотреть в глаза. Что она мне скажет?!

Я вошла в комнату. Повсюду царит мрак. Анжелика стояла, повернувшись к окну. И что она хотела рассмотреть? Узор на занавеске?

- Привет, – как можно мягко сказала я.

- Все- таки пришла, – хмыкнула в ответ. – Рада за тебя.

- Я хотела сказать, что мне очень жаль... - начала я, но обомлела, когда стерва повернулась.

Язык прилип к нёбу. Сказать, что я была шокирована – ничего не сказать. Ни одного шрама на теле. Кожа гладкая и ровная. Мысли понеслись со скоростью света. Шрам не мог пропасть без моей крови. Ответ пришел сам собой. Это она была у Макса. Она предала меня. Внутри все оборвалось.

- Твой шрам... Он... - я не могла выстроить мысли.

- Я не знаю, как это произошло! – резко сказала она и пристально, с тревогой посмотрела на меня.

- Ах, дрянь! Как ты могла?! – сжала до боли кулаки, сдерживая ягуара. – Ты же моя защитница, сестра! – крик резонировал о мраморные стены.

- Аника, я не знаю, почему они пропали. Ты слышишь? – она вскинула руки. – Не знаю, – отчеканила каждое слово. – Я бы не предала тебя. Я же дала клятву.

Но ее слова не слушала. Предатель, передо мной еще один предатель.

- Давно ты с ними заодно? – вопросительно уставилась на нее.

- С кем?! Я не понимаю тебя. Тебе что разум повредили? – в возмущении стала двигаться ко мне.

- Не подходи. Я не сдержусь! – прорычала, отходя назад.

- Аника, послушай меня!

В комнату ворвался Дэниэль.

- Что случилось? – он взволнованно посмотрел на меня, потом перевел взгляд на стерву.

- Анжелика! – он оказался рядом с ней. – Где твои шрамы? – провел пальцем по гладкой коже.

- Я не знаю. Они пропали, – лепетала нервно предательница.

- Но ведь они не могут... - начал Дэниэль.

- Не могут пропасть без моей крови! – закончила я, чувствуя, что сил сдерживаться нет.

- Ты мерзкая предательница! – гневно бросила ей в лицо.

- А ты изменил с предательницей! – и вышла, сильно хлопая дверью.

Я шла по коридору и судорожно мыслила. Почему? Почему она это сделала? Она готова была меня убить ради крови. Кошмар! Одни предатели! Я остановилась и вплела руки в волосы. Почему вокруг меня одни предатели?! Уже три: Макс, Дэниэль и Анжелика. Может предательство – это одна из жизненных ступеней каждого живого существа?! Наверное, через него должны пройти все. Но сколько оно повторится, зависит от нас самих. Мы часто не замечаем плохих сторон у друзей, у тех, кого пускаем в сердце. И это губит нас. Самые близкие люди оказались предателями и ударили сильнее всех и всего.

- Аника, что случилось? – навстречу бежал Эдуард.

- Наша сестра – предатель! – хрипло выдавила и уставилась в лицо, полное удивления и ужаса. – Сам увидишь, – кивнула на дверь.

Я понеслась в кабинет к отцу. Его там не оказалось. Видимо, с дочерью разбирается. А ведь она меня с самого начала ненавидела. И потом ей нравился Дэниэль. Ааа... Она все ловко подстроила. Она знала, что не останусь здесь после такого. Подстроила измену. Если тогда я б не пошла к нему, то она все равно в другой раз бы все устроила. Я сбежала. Она украла кинжал. И ради смазливой внешности предала меня. Вот же стерва!

В кабинет влетел отец. Желваки нервно прыгали. Ярость и злость было видно невооруженным взглядом.

- Папа, я... - но отец взмахнул рукой. Сел за стол и прикрыл голову руками, отгораживаясь от целого мира.

Ему больнее всех. Ведь она его дочь. Дочь главы Ордена Ягуара. И оказалась предательницей. Я сидела молча напротив, давая время прийти в себя. Через десять минут он поднял голову.

- Аника, я не понимаю, как это могло произойти! – гневно произнес, ударяя кулаком по столу. – Как она могла?

Я и не знала, что ответить. Причин, кроме как вернуть смазливое личико, не было. Но тут все намного глубже. И это стоило выяснить.

- Где она?

- В тюрьме. К ней поставили Мариуса, – и Севастьян так взглянул на меня, ожидая нервных криков, воплей. Думал, что буду просить убить ее. Но я не могу.

В знак благодарности он кивнул головой и продолжил.

- Аника, я видел твою метку. О ней знаем только я и Афелия. – Откинулся в кресле и внимательно следил за выражением моего лица. – Твой предназначенный ...

- Дэниэль. – Папа опять кивнул, усваивая информацию.

- Ты уверенна? – его вопрос выбил из реальности.

- Что значит «уверенна»? – весело хмыкнула и продолжила. – Я увереннее всех уверенных, в чем когда- либо они были уверенны. Я видела точно такую метку на его спине. Только она зеленая.