Эдельвейс - Анастасия Юшина

- А мы ведь могли быть вместе. Ты знаешь, что все сама испортила?

- Иди к черту! – прошипела я.

Макс резко дернулся и со всей силы ударил по лицу. От удара, голова повернулась в другую сторону. Я рассмеялась.

- Макс, это же я! Ты меня бьешь? – на миг его глаза просветлели, но потом опять наполнились гневом.

Потом произошло невероятное. Он вышел за дверь и вернулся с Дэниэлем. Моим монстром! Он был весь побит, кровь лилась из огромных ран. Он бросил его в противоположную часть комнаты. Сердце забилось чаще. Слабость мгновенно прошла.

- Дэниэль! Дэниэль! – с ужасом завопила я.

Кровь стала быстрее двигаться. Никто не может обидеть его! Он мой! Я почувствовала прилив ярости. Рассудок потерялся в гневе. Одним резким движением сорвала цепи и бросилась к нему.

Опустилась на колени. Взяла безвольно опущенную голову в ладони. Слезы полились потоком.

- Дэниэль! Милый! Очнись! Это я! – вопила истеричным тоном, тряся его. Но тело было неподвижно. Потом он стал таять у меня в руках, растворяться в воздухе.

- Нет! Нет! Что ты с ним сделал? – и вскочив, сжала кулаки. Боли больше не чувствовала. Ее пересилила ярость.

- Значит он! – Макс обошел вокруг меня. – Почему?

- Где он?

- Не знаю. Может у себя в замке. – Он пожал плечами. Я ничего не понимала. – Это была иллюзия, цыпленок.

Ноги сами собой подкосились от облегчения, но не упала. С ним все в порядке. Слезы не прекращали литься. Макс! Как он посмел так сделать! Передо мной стоял родной и далекий, добрый и злой, мой и чужой Макс.

- Макс! Это же я! – я посмотрела в его глаза, пытаясь увидеть прежнего Макса. – Что они с тобой сделали?

- Ненавижу... - процедил и свалил меня с ног.

Я резко откинула его. Он глухо ударился о стену.

- Макс! Прекрати! Я не хочу делать тебе больно! – но он бросился снова, ударяя в живот.

Удар ноги пришелся ему прямо в челюсть. Быстро отпрыгнула в сторону, уклоняясь от очередного удара.

- Помнишь, как мы гуляли! Как ходили в кино! Как ели пиццу у меня дома! – я пыталась вернуть прежнего Макса. Его, наверное, околдовали или напустили иллюзию, что я - зло. Воспоминания должны прогнать жестокость.

С каждым моим словом лицо смягчалось, но тут же становилось каменным. Отражая удар в голову, опять крикнула:

- Макс, это не ты. Мой Макс меня любит по- настоящему. Я для него сестра. Он бы меня и пальцем не тронул. – Он замер на месте, схватился за голову, потом посмотрел на меня. Светлые добрые глаза.

- Аника? – прошептал неуверенно. – Нет! – гневно бросил и свалил с ног.

В его голове тоже шла борьба. Сознание не могло пробиться через иллюзорную стену. Он достал из высоких ботинок кинжал и занес надо мной, целясь в сердце. Нет! Дэниэль не умрет! Я выпустила ягуара и вовремя оттолкнула его. Стала наступать. Зверь беспощаден. В гневе мне с ним не справиться. Он стал отползать к стене. Я властно зарычала. Сомнение в нем пропало, и он встал, чтобы снова атаковать. Но такую возможность ему дать не смогла. Свалила и придавила своей тушей. Занесла лапу и ударила, оставляя шрам на груди. В этот момент я почувствовала теплую энергию. Она притягивала меня. Именно это и остановило от убийственного удара.

- Аника, это ты? – жестокость пропала, осталась доброта. Казалось, что когтями выбила иллюзию из него.

Я стала отходить назад. Силы постепенно покидали тело. По мере того, как ярость уходила, я обратилась. Вновь посмотрела на Макса. Родные добрые глаза. Мой Макс!

- Тебе нужно уходить! – крикнул он, и почувствовала приближение вампиров.

- Ты третий Жрец?

- Да. Уходи. Быстро. Я приду к тебе, обещаю. – Он обнял меня, и мне не захотелось отпускать родного человека.

Мысленно представила озеро, аромат шиповника и колокольчиков, врывающийся в легкие.

- Магнус! Забери меня! – мысленно взмолилась.

Голову пронзила давящая боль. Темнота поглотила меня.

Я открыла глаза. Озеро. Рядом никого. Жгучая боль в спине отдавалась отзвуками ударов тока. Я встала, но сразу упала. Окончательно обессилив, разлеглась на песке.

- Я на озере! – мысленно пробормотала защитникам.

Голова кружилась. Все раны дико болели, особенно спина. Вся одежда в крови. Я лежала и не могла поверить тому, что произошло. Макс! Он хотел убить меня! Но я смогла его вернуть. С кем он разговаривал?! Среди нас есть предатель. Кто- то выкрал нож и обменял его на кровь, кажется. Да, на кровь. Но зачем?!

- Аника! – послышался голос Эдуарда.

Я медленно повернула голову и увидела защитников и Дэниэля. Выдавила из себя улыбку.

- Привет! А вот и я! – прохрипела я.

Меня прижали к груди, да так сильно, что могла задохнуться.

- Тише, а то раздавишь! Где Вилли? – я уставилась в фиолетовые родные глаза.

- Он в доме. Мы его не взяли с собой. – Подошел Елисей и присел рядом. – Как ты?

- Да, он так рвался, что не удивлюсь, если скоро появится тут, – смеясь, заявила Афелия.

- Спина болит сильно. Что там? – я повернулась к ним, показывая раны.

- Там... Там... - промямлил Елисей, но судя по их лицам, ничего хорошего там нет.

- Кровавое месиво. Все изрезано ножом, – холодно бросил Дэниэль, и наши взгляды встретились. Холодные, непроницаемые, любимые.

Он даже не подошел. Эдуард взял меня на руки и понес через лес.

- Кажется он вырвался! – улыбаясь, воскликнул Микаэль. – Через десять секунд будет здесь! – все рассмеялись.

- Кто? Вилли? – я не поняла, о чем он.

- Три, два, один... - отсчитал Микаэль.

- Аника! Аника! – вопил соколенок. Его еще даже видно не было, но слышно. Я улыбнулась.

- Пусти ее! – шикнул он на Эдуарда.

- Она не в силах, чтобы передвигаться самостоятельно, – улыбаясь, но строго произнес брат.

- Вилли, я рада тебя видеть! – радостно улыбнулась и протянула ему руку.

- А я то как рад! Я так волновался! – он плелся рядом, пристально следя за мной.

- Вообще- то не ты один! – возразил Пит.

- Цыпа, они меня заперли, чтоб не пошел за ними! Но я все равно примчался, – лепетал он.

- Ах, какие они негодяи! Потом расскажешь, кто именно запер. Я разберусь, – все дружно засмеялись, кроме Дэниэля.

- Цыпа? – спросил монстр через некоторое время. Все обернулись в его сторону, но он пристально смотрел на меня.

Вдруг в животе что- то сильно закололо. Стало жутко больно, будто кто- то пытался проткнуть изнутри. Я вскрикнула.

- Что?! Аника, тебе больно?! – Эдуард обеспокоенно взглянул в закатившиеся глаза. Его силуэт стал таять.

- Ей плохо! – завопил соколенок.

Мое сознание провалилось в темноту, где нет боли.

- Аника! Аника! – кто- то встревоженно повторял мое имя.

Я попыталась открыть глаза. Боли совсем не чувствовалось. Передо мной сидел папа.