За тебя. Вернуть (СИ) - Анна Водолей

10

— Вы великолепны, — выдохнула Онелла, отступая назад, чтобы полностью разглядеть отражение в зеркале.

Черная ткань с ювелирной вышивкой сиреневого цвета была сама по себе изумительна, а то, во что превратили ее девушки-швеи, вообще не поддавалось ни одной восхищенной характеристике.

Корсет оголял грудь чуть больше дозволенного, но мы скрыли это узкой гофрированной ленточкой, пришитой с изнанки, сложная юбка казалась объемной, но не пышной, мягкой волной спускающейся на пол. Весь силуэт был довольно банальным и скромным, если бы не цвет и фактура ткани, если бы не прическа, над которой три часа колдовала Онелла, мягкими локонами спустив на грудь свободные пряди.

Это было изыскано, заставляло не отрывать глаза от отражения, завораживая.

— Ничего лишнего, — удовлетворенно сказала я.

— И добавить нечего, потому что все совершенно! Разве что…

Онелла порылась в большой корзинке, где лежали парикмахерские принадлежности, и извлекла три черных, как ночь, маленьких лилии. Каждая по два сантиметра с лепестками.

— Идеально, — улыбнулась девушка, приколов в прическу сбоку россыпь цветов. — Я боюсь Вас так отпускать одну! Украдут!

— У меня есть защитники, — загадочно проговорила я, прислушиваясь к стуку в дверь. — Входи!

Попав в комнату, Тавий не смог вымолвить даже слова, беззвучно, подобно рыбке, открывая и закрывая рот. Но и этого было достаточно, чтобы Онелла зашлась в ярком хохоте, не стесняясь господина.

— Именно на такую реакцию я и рассчитывала, — для пущего эффекта покрутилась на месте, позволяя другу рассмотреть образ со всех сторон.

— Я потерял дар речи! Ты! Святые боги, ты великолепна!

— Я говорила, — гордо вставила девушка, подбегая к Тавию. Оттуда они еще раз восхитились моим внешним видом.

— Ну, хватит, теперь я довольна, — смущение разлилось краской по щекам.

Как мало, оказывается, нужно девушке для счастья — утереть нос придворным дамам.

Тавий робко подставил локоть и величественно сопроводил спутницу к выходу из комнаты.

Коридоры были уже пусты, мы немного опаздывали к началу, но шли тем не менее медленно.

— Платье ведь другое было, — мурлыкнул друг, целуя меня в макушку. — Когда это успели сделать?

— Я бы без Онеллы не управилась, она молодчинка. Нашла швей за секунды, которые всю ночь корпели над платьем и управились только часа полтора назад, не раньше. А ты видел то платье, которое изначально подготовили для бала?

Ранее мне не приходилось видеть творение платья, а уж тем более, когда пособником было само волшебство. И то, чему я стала свидетелем, было по истине чудом.

— Видел. Милое светлое платье с розочкой на корсете. Хорошо, что ты передумала. Кстати, что тебя на это сподвигло?

Я невинно трепыхнула ресницами и сменила тему. Не сознаваться же, что сыграли исключительно женские струнки души. Стыдно.

— Вер много потерял, не увидев тебя в таком виде.

Я сделала вид, что не расслышала сказанных тихим шепотом слов.

Чем ближе мы подходили, тем отчетливее звучала фоновая музыка из огромного зала, в воздухе витали аромат цветов, духов, легких спиртных напитков с добавками и хвои. Всюду были еловые ветви — символ нового года. Оставалось пройти десятиметровое расстояние и появиться в полном гостей помещении. Из распахнутых дверей доносились веселые крики и смех. Я глубоко вздохнула и выпрямилась, подняв голову. Тавий легонько сжал мои пальцы в знак поддержки.

Мы шагнули в проем и окунулись в эйфорию праздника, улыбок и восхищенных взглядов.

— Мы хорошо смотримся, — заключил Тавий, проводя нас в гущу толпы и отмечая нацеленные прицелы зрачков.

У меня на секунду сбилось дыхание. Нет, не от количества лиц, не от льющегося, как днем света.

От зала.

За все время пребывания я здесь не была, разве что…

Далеко поставленные друг от друга белые колонны, визуально делящие зал на три части были мне знакомы. Я опустила глаза в пол. Мозаика вживую была куда ярче и сложнее рисунком, чем в замутненном виденье сна, и она звала, манила туда, где начинался пьедестал, и стояли три белоснежных трона с высокими спинками, обитыми золото — зеленой тканью, под цвет искрящейся на солнце чешуи.

Ощущение де жа вю вскружило голову.

Так мои сны причастны к реальности…вот это поворот.

Я, задыхаясь, в панике оглядывала зал и по-новому оценивала сон.

Дамы были, по большей части, в светлых нарядах, но выдуманных на разный лад: с цветами, без цветов, с широким яркими лентами, скрученными на лифах и юбках в узоры, с приоткрытыми в треугольных вырезах спинами, с закрытой под горло грудью, с вышивкой, без вышивки- все пестрило и сливалось в монотонно-пастельные тона. Лишь одна женщина выделялась из этой тусклой палитры.

Саиля была в жемчужно-белом платье с ярко-алой лентой под грудью, спускающейся сзади по юбке до самого конца наряда. Платье было открытым ровно настолько, насколько это позволяли мораль Повелительницы и этикет. Ее голову венчал тонкой работы венец, сверкающий медовыми и белыми камнями. Мама Вера сияла величием.

Саиля быстро выделила нас с Тавием из толпы и сдержанно кивнула в знак приветствия.

В самом центре тронного зала и по его бокам стояли фуршетные столы, где гости могли угоститься напитками и закусками. В основном там все и столпились, шумно обсуждая последние новости.

А я старалась унять трепет, и теплеющая подвеска на шее, безусловно, старалась помочь.

Музыка начала стихать, драконы оборачивались к пьедесталу с тронами.

— Будет речь, — предупредил друг.

Тем временем, на возвышении появились еще две фигуры. Раиль и Каин.

Оба брата облачились в темные одежды, поверх накинуты дорогие длинные камзолы, застегнутые до пояса. Головы украшали серебряные венцы без камней, но с витиеватым грубым плетением.

Зал замер в тишине, а потом, как один, преклонил колени и приложил руку к сердцу перед Повелителями.

Тавий потянул меня вниз для глубокого поклона, но время для выражения почтения было утеряно, и я одна осталась стоять посреди раболепно пригнувшейся толпы. Раиль сделал знак, чтобы его подданные поднялись, слабо скрывая недовольные искорки в глазах.

Ох, и влетит мне.

Но это волновало сейчас меньше всего, не волновали и злобные взгляды тех, кто успел заметить мое неуважение к Правителям Альсии. Я всецело была отдана лишь одному действу.

За спинами двух Повелителей, около тронов появилось еще одно действующее лицо.

Светло-бежевый костюм с длиннополым камзолом, воротник-стоечка, скромный венец без камней.