Крестница - Саванна Эван

— Ох, ладно. У вас пять минут, Изабелла. — мужчина бархатно засмеялся, на мое удивление я тоже засмеялась, после чего мы обменялись любезностями, пожелав друг другу удачи, он ушел обратно в пещеру, а я осталась стоять за ней.

Вместе с проявлением смеха позади, все ангельское, что во мне было, улетучилось.

— Ты видела его? Как дитя смотрел, ей Богу. Хотя не он дитя, а ты. — делая акцент на каждом слове, сказала Изольда. И вправду, смотрел Директор на меня, будто я его ангел хранитель, а он пятилетний ребенок, который наступил на крапиву и обжег икру. Я сложила руки на груди, но не потому что была зла или закрыта от бабушки, просто я копировала многие её жесты, в тот момент сразу стало известно, кто контролировал мои действия и подавал двузначные намеки Директору. Улыбка машинально «вскочила» на моем лице. В этом была Бабушкина фишка, если брать обычные дни, а не день, когда она чуть не свела меня с ума, то с ней было очень весело. Иногда казалось, что бабуля моя опора, она не ждала от меня определенных действий и на все реагировала примерно так: Твоя жизнь — твои дела. Но все моменты, когда она вмешивалась в мою жизнь и контролировала меня, делали мне же лучше. Может и то видение, когда я чуть не выжила из ума потом сделает мне лучше? Наверное. Но в тот день я поняла, что хочу общаться с Изольдой и она взаправду моя родственница, да спокойно можно говорить, что она моя родственная душа. В тот день я решила, что дам ей шанс на общение. Поскольку сама хотела этого.

— Ой, ну прям как я по молодости. Еще прости, что не предупредила, а то говорят же, тише едешь дальше будешь. — сначала улыбаясь искренне, а потом чтобы сгладить ситуацию, сказала Изольда. Причем здесь тише едешь дальше будешь? Это я и спросила своим взглядом и наклонено в её сторону головой.

— Подумала, что ты не сможешь язык за зубами держать и всю контору бы спалила, вот и не сказала, что силы твои забрала. А то я тебя знаю, всем бы уже рассказала, что Асмодей твои силы забрать хотел, а я все сделала быстро. Забрала раньше него, защиту поставила, вернула. — мозг стал медленно вскипать от злости, которая готова была вырваться наружу в любой момент, но я предпочла оставить её для давнего друга, Серафима-Асмодея Кутузова. Он хотел забрать мои силы? А не жирно ему? Все же лучшим решением я посчитала на время забыть об Асмодее, а потом предъявить ему все, что накопилось. Глубоко дыша, я наконец обратилась к Изольде:

— Бабушка, я наверное пойду на посвящение, а то меня заждались уже. Спасибо за помощь, можешь если вдруг что помочь мне на испытании? — она одобрительно кивнула и я, словно набравшись от неё энергии, побежала в зал.

Ветер приятно развивал волосы на ветру, взмывая вверх к солнцу все сомнения, что у меня были, тем самым заставляя их сгорать дотла. Зайдя в пещеру, я сначала отыскала взглядом Люсю, она не видела меня, но ей определенно стало лучше, девушка привела себя в порядок и даже улыбалась! Потом нашла глазами Бегдияра, больше он не был одет в дорогие вещи, фенечки сопровождали весь его образ, лишь золотой перстень на пальце и, подаренный мной, браслет показывали его новый статус. Мы встретились глазами, больше я не могла смотреть на него как на мажора, узнав его историю. Взгляд шиплина сопровождался сдержанной улыбкой, будто он очень устал, но, увидев некое беспокойство на моем лице, он жестом показал, что все хорошо и махнул рукой, чтобы я зашла в пещеру. «Бегдияр подошел бы Люсе». Промелькнула мысль меня в голове, лишь от одного взгляда на своих новоиспеченных друзей мне стало еще лучше. «Кости не хватает!». Мотивация уносила меня на облака радости. Но все в миг прошло, я больно ударилась падая с облака счастья. Зайдя в пещеру, я и не заметила, что в мое «отсутствие» толпа заметила одну очень интересную фигуру. Она пробежала мимо меня, стоящей в дверях, прямо на улицу. Что меня удивило, спросите вы? Его лицо, это был мой Агафон, но толпа громко кричала в его сторону дурное имя. Имя Асмодей..

35 глава — кто ты?!

Сердце упало в пятки, после чего разбилось вдребезги, а осколки впились в кожу мертвой хваткой, будто хотели утащить меня на дно. Физически и морально. Агафон, пока выходил, задел меня плечом и боль всех видов от тепла тела предателя пронеслась по всему телу неразрешимой волной. Пронзающий запах лилий, как передающийся по ветру вирус, дошел до моих ноздрей, заставляя вспомнить все моменты, связанные с обладателем этого запаха. Плакать не хотелось, я ничего не чувствовала. Это была не секундная пустота, после которой последовал бы океан слез. Нет. Эта пустота въелась в мою душу, вытесняя вторую, вторая душа больше не существовала в моем сознании, она растворилась вместе с уходящим запахом лилий. Почувствовав очень сильный холод на кончиках пальцев, я посмотрела на свои ладони, руки тряслись, как при землетрясении. На секунду мне показалось, что они в крови, но, к сожалению, мне было не под силу вырвать свое сердце, чтобы оставить свои руки в ней. Волноваться у меня больше не получалось, в тот день я натерпелась слишком много. Лишь легкое давление на горло от нервов напоминало, что у меня есть эмоции.

— Изабелла, проходите и попробуйте еще раз взять бумагу с испытанием. — я мельком глянула в сторону голоса, откуда мне, отвратительно улыбаясь, подмигивал Директор. Я согласно кивнула и, не в силах поднять глаза, шла в сторону капсулы. Не смотря на то, что я смотрела себе под ноги, я все время спотыкалась и чуть ли не падала. В этот раз капсула заискрилась голубым цветом, искры которого чуть не ослепили меня, вдруг бумажка сама полетела в мою сторону, силой ветра чуть не сбив меня с ватных ног. К сожалению, записку с испытанием я не поймала, так что мне пришлось идти в толпу и пару минут искать то, что я уже ненавидела.

«Перед вами окажутся два новогодних носка, один вы отдадите ребенку, а другой маньяку. В одном из носоков: сладости, мандарины и мягкий мышонок в пальто, а в другом: мышеловка, стекло, нож и все это дело засыпано солью. Так же перед вами две гостинные. Одна принадлежит