Ночная помощница - Майя Марук

- О том, что мне пора вернуться домой? Не переживайте, я понимаю что.....

- Нет! - Прозвучало как-то резко. Я замолчала. — О том, что вам лучше остаться здесь.

- Почему? У меня есть дом.

- Ваша квартира пока опечатана. Я пригласил Оракула, и несколько свидетелей, чтобы зафиксировать факт нападения. И там не безопасно. В общем, я буду рад, если вы останетесь в моем доме. И Руфус-младший будет.

Предложение оказалось необычным. Особенно если учесть тот факт, что вампир врал. Врал неумело. Никаких магических следов и следов нападения в квартире не осталось. И не могло остаться. Откуда? Там же ритуал не проводился! Все, что осталось от нападения — единственная метка на коже. Улики нужно было искать на территории Северной стаи. Но готова была спорить, они хвосты подчистили.

- Я не уверена, что это хорошая идея. — Мягко начала я. — Если мне небезопасно возвращаться домой, то я могу снять другую квартиру. Это не проблема.

- Не можете.

- Почему?

- Мне будет спокойней, если вы останетесь в поместье.

- Вы понимаете, что это не этично?

- Для кого?

- Для всех. Я ваша помощница. Могут пойти слухи, что у нас интрижка.

- Я не против официально оформить отношения.

В этот момент раздался грохот, как будто упала гора посуды. А через секунду раздался уже знакомый голос Георгия:

- Я не подслушивал. Вы слишком громко говорите, барон.

Руфус ничего не ответил, только закатил глаза, мол «ну кто тебе поверит»!

- Барон, если вы рассчитываете на наследство после моей смерти, то знайте, что из ценного у меня за душой только чулки с кружевными резинками. На миллионы не рассчитывайте.

Вампир как-то подозрительно сглотнул.

- Это же была шутка?

- Про наследство? Нет.

Губы предательски растянулись в улыбке. Вампир хихикнул. Как раз в этот момент в комнату вбежал Руфус-младший с еще одним носком, но увидев лицо вампира животное замерло, несколько раз моргнуло, потом потерло глаза лапками, медленно повернулось и убежало.

- Мне все равно нужно вернуться домой. — Продолжала настаивать я.

- Зачем?

- Хотя бы для того, чтобы забрать одежду. Я же не могу все время ходить в сорочке вашей будущей супруги.

- Я свободный вампир.

- Я знаю. Но все равно мне нужна одежда.

- Я взял на себя смелость и привез ваши вещи.

- Сами?

- Я не мог позволить посторонним мужчинам копаться в вашем гардеробе.

- И поэтому собрали мои вещи сами?

- Конечно.

Я хотела сказать, что как бы вампир тоже мне не самый близкий мужчина, чтобы рыться в ящике с бельем. Но не успела. В комнату снова вбежал Руфус-младший. Только теперь у него в лапах был не носок, а чулок. Тот самый чулок с кружевной резинкой. Кажется, я начала краснеть.

- Кажется, Руфус-младший нашел жемчужину своей коллекции. — Пошутил вампир.

Леда

Это был третий раз, когда волчица открывала глаза. Все тело ломило от боли. Как будто ее долго били, а потом заставили лежать на холодном полу. Последнее, что она помнила, как кучерявая сука что-то вколола ей в шею и волчица отключилась.

- Убью тварь. — Сказала Леда и заорала от боли.

Священная клятва напомнила о себе сразу треском костей и разрывающей болью в подреберье. Больше получаса Леда тяжело дышала и пыталась прийти в себя. Из глаз катились слезы страха и отчаяния, они перемешивались с кровью, которая текла из носа. Но вытереть ее Леда не могла. Боль парализовала все тело.

Только сейчас она поняла, что не привязана и находится в собственной машине. Вот только где она была, волчица пока определить не могла. Все, на что ее хватало — корчиться от боли. Проблема была в том, что чем острее было желание Леды уничтожить Алю и Андрея, тем хуже ей становилось. В конце концов она поняла, что ненависть к женщине ее убьет. И убьет по-настоящему. Ей пришлось усмирить собственные мысли, пока не стало совсем поздно. Только сейчас она поняла почему волки никогда не давали клятв, которые хранила Луна.

Мысль о том, что женщину придется оставить безнаказанной наконец-то стала осознанной. Умирать Леде, да еще и так глупо, не хотелось. Еще час она лежала на заднем сидении собственной машины, и ждала, пока боль утихнет. Этого времени беспомощности хватило, чтобы осознать все то дерьмо, в которое она сама себя окунула.

Тамер

С матерью Тамер так и не поговорил. С отцом тоже пока пересекаться не хотел. Им пришлось остаться у северян. Вампир мог появиться в любой момент. Вот только что делать со всем этим, Тамер не знал. Мирные соглашения нарушены. Черный ритуал проведен. Арис... Он не любил ее. Он еще раз попытался убедить себя в том, что не любил ее, но волк зарычал и ударил человека с такой силой, что у того перебило дыхание. Он ее не любил, но не имел права так поступать.

Оборотень лег на кровать и закрыл лицо ладонями. Ему было страшно. Баратор имел право требовать смерти любого причастного к нападению. Было понятно, что выиграть суд невозможно. Что альфы пойдут на уступки вампиру, как бы не они хорохорились там в кабинете. Отдадут любого. Не пожалеют ни омег, ни детей, ни внуков. Про остальных членов стаи вообще говорить нечего. А если вампир влюблен в женщину? Если... Тамер сглотнул тяжелый ком. Еще никогда он не думал о смерти как о реальности. Но самое страшное было не это. Самым страшным было то, что оборотень понял, после того как он лишил волка пары, защищать человека зверь не станет. Зато он с щенячьим визгом подчинится той, кого Тамер предал. Страх стальным хомутом перекрыл горло. Волк заплакал.

Глава 29.

Арис

Меня оставили наедине с чемоданами. Если вампир собирал вещи сам, то нужно было отдать должное его аккуратности и предусмотрительности. Он не просто накидал каких попало вещей в багаж, а все подобрал по цветам, сформировал в комплекты и упаковал в чехлы: костюмы, обувь, белье, несколько видов пижам. Все, до чего не добрались загребущие лапы енота, было аккуратно уложено. Не забыл вампир и про косметику, украшения, и даже телефон с планшетом лежали в отдельном кармане.

В ванной комнате появилась новая зубная щетка, паста и даже шампунь той же марки, что стоял у меня дома. Кажется, спальню я себе случайно