Прощальная песнь. Ложь Королевы Фей - Мэгги Стивотер

— Она не знает!

Я подняла бровь.

— Это фамилия.

Они снова завизжали, захлопали в ладоши и закружились. Фея, которая прошептала мне имя, прикусила губу. В ее глазах сиял опасный озорной огонек.

— Ты не забудешь мои слова?

— Не раньше, чем ты их сама забудешь, чертенок, — ответила я.

Они повалились на землю, обессилев от смеха, — младшеклассники, которых поймали на курении за спортзалом.

Я терпеливо улыбнулась.

— Мне пора. Я должна спасти друга. Вы знаете, где он?

— Который? Тот, что истекает кровью? — уточнила одна из фей. — Или твой любовник?

Она показала на область гениталий, и я закатила глаза. Ну точно как подростки.

— Оба.

— Конец приводит к началу, — сказала та, что прошептала «О'Брайан».

— Очень загадочно. Спасибо.

Они снова расхохотались.

— Потанцуешь с нами еще?

— Если останусь жива, занесу себе в ежедневник, — пообещала я.

Летнюю ночь наполняла музыка. Из сотни разных направлений доносилась сотня разных мелодий. Я спешила к дому родителей. Лучи света разрезали тьму — это развлекались феи. Меня не оставляло впечатление, что за мной наблюдают, но ко мне никто не подошел.

Ноги буквально отваливались. Я сбила их до крови, когда убегала от псов, и прогулка босиком к дому родителей была не намного приятней. В комнате родителей горел свет, машина Делии все еще стояла на парковке. Интересно, какую лапшу она навешала им на уши, чтобы объяснить мое отсутствие?

Я разрывалась между желанием забрать кроссовки и страхом встретиться с Делией. Вспомнилась фраза маленькой феи: «конец приводит к началу». Существовало бесчисленное количество способов истолковать ее слова, но я знала, где для меня все началось. В школе, где я встретила Люка. И если я хочу туда пойти, мне нужна обувь. Точка.

Я пробралась к двери на кухню и подергала замок. Не заперто. Я почувствовала укол совести. Наверное, мама не заперла кухню на случай, если я забыла ключ. Но я не могла сказать родителям, что со мной все в порядке, если хочу продолжить поиски Люка и Джеймса.

На темной кухне мне пришлось подождать, пока глаза привыкнут к тусклому свету от электронных часов на микроволновке.

Мои кроссовки валялись там же, где я их оставила после поездки с Сарой. Я натянула их на босые ноги и оглядела кухню — боялась притаившейся и готовой напасть Делии. Тетку я нигде не обнаружила, зато увидела ее сумочку. Мне пришла в голову опасная мысль. Обыскать сумочку я успела за пару секунд. Я осторожно вытащила ключи, стараясь, чтобы они не звенели, схватила пригоршню маминых печенюшек и выбралась на улицу, не веря в собственную дерзость.

Оглянувшись на дом, чтобы убедиться, что за мной не следят, я открыла машину Делии. В ней воняло ее духами, отвратительными, как и она сама. Почти пустую банку с бабушкиным варевом я положила на пассажирское сиденье.

Сучка. Надо будет расколошматить машину, когда я закончу с делами.

Я сунула ключ в замок зажигания и представила, как машину окутывает непроницаемое покрывало.

— Тише, — пробормотала я и повернула ключ.

С едва слышным свистом двигатель пробудился к жизни. Снова посмотрев на дом, чтобы удостовериться, что никто не услышал шум, я выехала со двора.

То, что я делаю, выходит за рамки закона.

Я засунула в рот печенье, чтобы подбодрить себя.

Отъехав от дома, я включила фары и направила машину к школе. В проигрывателе стоял диск с записями Делии, так что я включила поиск радиостанций и нашла рок-волну. Мне требовалась поддержка тяжелых басов и рычащих гитар. Я закинула в рот еще печенье. Стало легче: я и не думала, что так проголодалась. Расставим приоритеты. Что мы имеем? Зловещую Королеву фей с маниакальными наклонностями. К сверхъестественной задаче нужно подходить как к любой другой: как к сложной задачке по математике; как к мелодии, которую почти невозможно приручить; как к этюду, на котором можно сломать пальцы. Раньше мне удавалось справляться со сложностями, разбивая задачу на несколько этапов.

Ладно. Мне предстоит встретиться с Королевой. Что я о ней знаю? Ничего, кроме того что она похожа и на человека, и на фей, потому что долго прожила среди них. Можно не тешить себя надеждой сыграть на ее чувствах. Или стоит обратиться к ее человеческой стороне, если в ней осталось что-то человеческое?

Вот только как это сделать… Я взяла еще одно печенье.

У уличного фонаря возле школы горел большой костер. В мигающем оранжевом свете бился и рычал черный бык, в то время как рогатые твари голыми руками бросали пылающие угли на его бока и голову. Я буквально физически почувствовала, как тонка грань между человеческим миром и миром фей. Она словно покрылась трещинами, истончилась и стала особенно хрупкой.

Действие разворачивалось прямо передо мной. Чтобы попасть в школу, нужно было выйти из машины. Я обратилась к небесам с молчаливой молитвой: «Я идиотка. Пожалуйста, не дай мне умереть из-за черной коровы».

От лобового стекла отлетел горячий уголек, оставив на капоте черное пятно. Я чуть не выругалась, но вспомнили, что это машина Делии. Рогатые твари расхохотались, будто подшутили над кем-то, кто их не видит.

Я схватила банку с пастой с заднего сиденья, открыла дверцу и вышла к ним. Я смелая. Вспомнился случай, который произошел, когда мне было лет тринадцать. Соседские мальчишки швыряли грязь в раненую птицу и смотрели, как она бьется в агонии. Я долго стояла, думая, что им сказать, в отчаянии от собственной нерешительности и их жестокости. Потом рядом со мной появился Джеймс и произнес: «Неужели вы думаете, что это лучший способ растратить свою ничтожную жизнь?»

Почерпнув мужество в воспоминаниях, я приняла вид Снежной королевы. Мой голос источал презрение:

— Хорошо проводите время?

Рогатые твари обернулись ко мне. Их узкие, черные как смола тела, казалось, поглощали свет, а не отражали его.

— Клеверная, — прошипела тварь. Это был тот же голос, который разговаривал с Люком. — Она — клеверная.

— Да, — признала я, не отходя от машины. От испуга подгибались ноги. — Думаю, в ночь всех ночей можно заняться более интересными вещами.

Губы твари исказила улыбка. Я вздрогнула, заметив, что под ее бровями нет глаз, только пустые глазницы. У других тоже не было глаз.

— Твоя правда. Например, мы можем трахнуть тебя.

— Иди к черту.

Возможно, мои слова звучали смешно — эти твари сами напоминали дьяволов. Но их главарь ответил всерьез, и его голос прозвучал, как шепот тысячи голосов:

— Черт не страшен тем, у кого нет души.

Другая тварь, такая же высокая, со слишком большим количеством позвонков в хребте, предложила: