Туда, где кончается Лес - Лада Монк

А с рассветом мы снова отправимся в путь,

Обещаю тебе.

Выспавшиеся и отдохнувшие,

Во всей красе предстанем перед твоей сестрицей.

И дорогой иной стали Нан и Симара возвращаться к башне Темного Милорда.

Там, где следовало,

Как бы принцесса не отговаривала спутника своего,

Беспокоясь о нем,

На руках переносил паяц деву через камни и бегущие голубыми лентами воды,

Дабы драгоценности и платье не повредила она,

Дабы не промочила свои ноги и не замерзла она

На скрытых от солнечного света берегах

Запутанных лесных ручейков,

Питающих дубы, клены, осины, березы, липы в пышных цветах

И многочисленные кусты шиповника.

Вывел Нан Симару на известную им обоим дорожку к башне,

Но заметно изменилась та местность,

В которой они очутились,

Ступив на тропу,

Которая обоим известной казалась.

Симара: Нан, погляди вокруг,

Что-то точно здесь изменилось,

И если бы иной спутник был у меня,

Уверена, я бы решила, что мы заблудились,

Но я знаю тебя.

Да и эти места мне знакомы,

Мы здесь были с тобой и раньше,

Земля сохранила наши следы,

Но здесь что-то переменилось.

Ничего ли не замечаешь ты здесь нового?

Де Рейв: Да, я вижу и сам,

Что тут что-то не так.

И пронзителен свет здесь,

Пусть исходит он не от тебя,

Словно кто-то спилил многолетние ветви,

Не пускавшие в лес свет Луны и всех ее звезд.

Симара: Погляди, в самом деле! Их кто-то спилил!

И я видеть могу,

Как янтарным соком

Плачут раненные деревья.

Де Рейв: Возьми мою руку крепче,

Потому что теперь нам придется не идти, а бежать.

Симара: Отчего же?

Де Рейв: Если раньше положенного меня коснется единственный луч Луны,

Приближающейся к минуте своего затмения…

А впрочем, нет. Пустое. Я скажу тебе позже, если успею

До отправления в край Буни.

Поторопимся в башню,

Отсюда много других дорог к ней.

Нам нужно дождаться рассвета,

Ровно сутки будут у нас на то,

Чтобы предстать перед твоей сестрой.

Симара: Почему только сутки?

Нан, я не понимаю, о чем ты!

Неужели ты бредишь?

Но он ей не ответил,

Поволок ее за собой.

И с того пути, на который Симара и Нан вышли,

Ветер, пропущенный поредевшими ветками,

Донес до них звуки шаманского варгана.

Симара: Эта музыка! Я узнала ее!

Нан, ведь это же твой варган,

Который мы потеряли у пристанища разбойников!

Но кто мог найти его?

Это грабители,

Нападающие на кареты знати?

Де Рейв: Этот варган заговорил мне сам Магистр Габриель,

Его коснуться может либо тот,

Кому я по своей же воле его однажды подавал,

Либо тот, кто сильно ловко с магией управляется сам,

Чтобы чужого шаманства бояться,

Иных же метал обожжет колючим морозом моих краев.

Скорее! Назад! Мы найдем другой путь!

Я должен тебя возвратить во дворец!

Симара: Нан, звуки варгана становятся громче,

Мне жутко!

Посмотри, меня стремятся ужалить крапива и девичий виноград!

Девичий виноград,

Ядовитый девичий виноград,

Выпивающий жизнь и время из древесной коры!

Как зачарованный, он стремится опутать меня и не дать мне уйти!

Нан и Симара выбежали на другую дорогу,

Но почти вся она была залита светом Луны,

И не смог на нее ступить де Рейв,

Побоялся даже один шаг сделать по ней,

А потому ему и его спутнице третью дорогу пришлось искать.

На новой тропе к башне мага встретил их сам Темный Милорд.

Две воровки, одна из которых варган несла,

Появились на первой дороге,

Закрывая пути для Симары и Нана.

Вольф и Алекса, не позволяя принцессе и паяцу сбежать,

Вышли с другой стороны леса.

Воспрепятствовав всем попыткам Малейн и де Рейва выйти из леса,

Колдун попросил бродячих артистов подать ему и шуту шпаги.

Милорд: Ветер сообщил мне о том, куда вы направляетесь.

Я не позволю вам попасть во дворец,

В который вы так торопитесь.

Пусть тот, кто похитил жену мою,

Кровью заплатит за нее.

Симара: Что происходит?!

Де Рейв: В двухтысячный раз на дуэли сделать вид,

Что меня убили, чтобы сбежать с минимальными потерями, я себе не позволю.

Сегодня прольется настоящая кровь,

Но не моя.

Я принимаю вызов.

Симара: О чем ты, Нан?

Вас всех объял сжалившийся над моим взбудораженным умом бред?

Милорд, ты не имеешь права держать меня в башне, будто пленницу свою.

Взгляни на эту корону,

С ней ко мне возвращается обязанность предотвращать дуэли.

Я запрещаю вам сходиться в битве!

Моим ты мужем не был и никогда не станешь,

Я чернокнижнику и месту, где он свое зло творит, не могу быть верной.

Милорд: Я готов простить тебе побег.

Возьми мою руку, Симара, и мы вернемся в башню.

Симара: Тогда вы не станете биться на шпагах?

Милорд: Этому шуту я не оставлю твое похищение.

Пусть смоет свое злодеяние кровью.

Таков кодекс чести.

Симара: Остановитесь!

Столько здесь людей,

Но всем нужны кровь, зрелища и распря.

Одумайтесь!

Де Рейв: Позвольте, господин,

Да кто же из нас тут первым похитил ее?

Я освободил принцессу Малейн,

Избавил ее от гнета,

Вины в том своей не вижу.

Но если Вы готовы сей же час отправиться на корм подземным тварям — дерзайте!

И кого из этих негодяев вы берете себе в секунданты?

Сразу предупреждаю: Алекса не очень хорошо видит,

Она простит Вам как все спрятавшиеся в рукавах тузы,

Так и все затаившиеся в сапогах пики и ножи.

Принцесса Малейн свободна,

Нет над ней других судий, кроме господина Вербенута и наших богов.

Но если нечестивец, черный маг

Зазнался и хозяином ее себя сделал,

Я готов возвратить ему здравый взгляд на вещи.

Что лекарство не лечит, то исцелит железо.

Симара: Безумное кровопролитие! Сумасбродство!

Сложите шпаги

Я не принадлежу тебе, Милорд,

И если хочешь драться ты за мое сердце —

Записывайся на осенний рыцарский турнир,

Который после праздника сбора урожая проводят в королевском дворе.

Милорд: Я и эти насмешки готов тебе спустить с рук,

Я прощаю тебя.

Но должна ты вернуться в башню мою.

И себе возвратить красный цвет волос ты обязана.

Симара: Выбирать за меня, как я выглядеть буду,

Когда есть у других для этого личное мнение, а также мода, вкус, мораль и закон?

Никогда больше.

Я люблю красный цвет, это цвет флагов и