Моя блестящая леди (ЛП) - Бек Макмастер

Розалинда лизнула его ладонь, медленно обводя языком линию.

— Разве тя не возбуждает? — Он посмотрел ей в глаза, и Розалинда приблизилась, перевернув его руку так, чтобы коснуться губами нежной кожи на тыльной стороне пальцев. — Ты. Я. Два врага наконец встретились.

Ладонь другой руки она прижала к рифленой броне на его животе. Кожа была отполирована временем. Невероятно мягкая, будто настоящая плоть.

Эта мысль застала Розалинду врасплох. За все годы она только раз почувствовала такое любопытство, но то был ее супруг, мужчина, которым она восхищалась и которого уважала. А Линч в ее глазах не заслуживал ни того, ни другого.

Или нет?

За последние месяцы она узнала о нем достаточно. Проверяла его слабости, выяснила, что за враг ей противостоит. Полученные ответы заставили ее забеспокоиться. Люди шушукались, что он холоден, неумолим, жесток. Даже в Эшелоне его за глаза звали «Сэр Ледяное Сердце», но никто не осмеливался сказать это ему в лицо.

Розалинда чутьем определила, что мужчина перед ней несгибаем. Но выражение его глаз… о нет, оно вовсе не было холодным.

— Ты гонялся за мной все эти месяцы, — ласково произнесла она, лихорадочно соображая. — И вот поймал. Разве те не любопытно? Неужель не хош попробовать до того, как сдашь мя принцу-консорту?

Розалинда использовала против него свои потаенные мысли.

— Нет.

Он наклонил к ней голову, тяжело дыша.

Ее охватило волнение. Предвкушение. И впервые за много дней она почувствовала себя живой. Будто долго бродила, словно во сне. Присутствие Линча стало ледяным потоком воды в лицо. Она провела рукой по всем изгибам брони, остановила пальцы на кромке ремня и подняла голову, смотря из-под ресниц.

— Лгун.

Резко очерченные скулы залил яркий румянец. Линч сердито посмотрел на нее, но все прохладное безразличие в глазах сгорело. Черные зрачки заполнили радужки, пока она не уставилась в глаза демона, чьи разумные мысли уничтожены голодом и желанием.

Она его достала.

Розалинда встала на цыпочки, скользнув железными пальцами в пряди волос, полуприкрыла глаза и прижалась губами к его губам.

Розалинда целовала мужчин по долгу службы, соблазняла обольстительной улыбкой. Для нее это ничего не значило. Однако сейчас она дрожала, лаская крепкое, заключенное в кожу тело, ощущая под перчатками мягкую как масло броню. Своими словами она не только соблазняла Линча, но и дразнила себя. Предвкушение запретного.

Его прохладное дыхание коснулось ее чувствительных губ. Линч воспротивился.

— Сними маску, — хрипло пробурчал он, поглаживая пальцами ее трепещущий подбородок.

— Нет.

Розалинда ощутила, как он отстранился, борясь с чувствами. В отчаянии она приподнялась и прижалась к его рту открытыми губами.

Дрожь охватила высокого голубокровного. Он напрягся от изумления, пока она пила вкус его рта, смело ласкала его языком и скользнула руками ниже. Его твердое тело расслабилось, и Розалинда ощутила момент, когда он перестал бороться со своими порывами. Взял ее лицо в ладони и стал целовать, будто в отчаянии. Ее изумило, каким страстным он вдруг стал. Она чувствовала в его голоде одиночество. И что-то оживилось в ней самой, нечто незнакомое и опасное. Сильное желание, которое охватило ее живот, как эхо его ощущений.

Розалинда повернула голову, цепляясь за его волосы, пытаясь отодвинуться. И как только смогла дышать, накал ослаб.

Линч обхватил рукой ее затылок, сжал пряди волос и оттянул голову назад. Прохладные губы скользнули по подбородку и ниже по шее. Розалинда сжала его плечо, переживая из-за своей уязвимости, но ничего не случилось. Если сосредоточиться только на нем, на этих нежных прикосновениях, тогда она сумеет сохранить самообладание.

Голубокровный под ее ладонями казался человеком, как на ощупь, так и на вкус, когда вернулся к ее губам. Его дыхание пронизывала сладость вечернего вина. Поцелуй углубился. Языком Линч жадно раздвинул ее губы, совершенно не сдерживаясь. Тело Розы выгнулось, а между ногами запульсировало. Слишком долго она себе отказывала. Целых восемь лет с тех пор, как умер Натаниэль, и ни разу не сожалела, что не завела себе любовника. Так и не нашла мужчину, который бы ее соблазнил. Но опасность сама по себе была зависимостью, и в глубине души Розалинда наслаждалась мужчиной в своих объятиях. Самый известный Ночной ястреб. Ее милый враг. Загадочное создание, которое она с удовольствием дурачила последние полгода.

Мужчина, которого она снова обведет вокруг пальца.

Она ударилась спиной о кирпичную стену. Губы Линча скользнули по ее горлу и снова овладели ртом. Розалинда едва успела вдохнуть и вцепиться в его рубашку. Тысяча ощущений охватили ее; соски терлись о льняное полотно, стягивающее грудь; вкус его рта, опьяняющий запах; резкий шорох костяшек по кирпичу, когда Линч приподнял ее так, что она обхватила ногами его бедра.

Розалинда вонзила ногти в плечи, между ними осталась только перчатка на ее руке. Боже милостивый… Она снова теряла самообладание… целовала, кусала, захватив его губу зубами. Было бы так просто забыться, позволить себе сдаться, потеряться…

Нет.

Ее схватили за руки и прижали к стене. Она сопротивлялась, пытаясь вырваться.

Голова шла кругом.

— Дай… дай мне коснуться тебя. Я этого хочу.

Слова смягчили резкость его страсти. Розалинда закусила губу, мельком заметив эти черные глаза. Не только она сражалась с влечением. И если отпустит его хоть на секунду, то потеряет.

«Никогда». Розалинда содрогнулась, ощущая крепкую сталь его возбужденной плоти между бедер. Она двигалась на Линче, гладила его плечи и завлекала все ближе, а потом откинула голову и вздохнула.

Линч ударил рукой о стену возле ее головы и содрогнулся.

— Черт тебя побери! — прошептал он, а потом жадно впился в ее губы, снова теряясь в ней.

Розалинда провела руками по мышцам его горла, обхватила за шею. Снять перчатку с механической руки было просто. Соблазнительница простонала в его рот, а он обхватил ее рукой за попу, крепко прижимая к себе.

Розалинда повернула костяшку на четвертом пальце металлической руки и оттуда появилась игла. Чувствуя дыхание Линча, она поняла, что тянет время.

Еще секундочку.

Всего одну…

Она терлась об него бедрами, запрокинув голову, ее глаза остекленели от страсти.

— Мне даже жаль… что над… эт сделать, — выдохнула она и вонзила иглу в его шею, введя болиголов прямо в тело.

Линч застыл, содрогаясь от спазмов.

— Нет!

Он упал на нее, цепляясь за стену, так как колени подкашивались.

Розалинда легко опустилась на ноги, когда крепкий Ночной ястреб пригвоздил ее к стене. Это хорошо, потому что она не была уверена, что устояла бы сама. Она схватила Линча под мышки, пока он что-то неразборчиво бурчал. Вот и хорошо. Вряд ли ей хотелось бы сейчас его услышать.