Моя блестящая леди (ЛП) - Бек Макмастер

— Меркурий, — произнес он, глядя в дуло пистолета.

Командира ястребов охватило алчное возбуждение, перед глазами мелькнули тени — на мгновение Линча охватил голод. Ублюдок стоял прямо перед ним.

За мгновение до выстрела Линч услышал щелчок и откатился в сторону.

Выскочивший сзади Ночной ястреб застыл, из его груди торчал крошечный дротик с синими перьями. Льюис Хикс, один из новичков, пошатнулся вперед, выдохнул и рухнул к ногам Линча.

Глаза Хикса оставались открытыми, он дрожал на булыжниках, прямой, как доска. Моментальный паралич.

Линч поднял взгляд. Новые дротики с болеголовом, которые гуманисты использовали против голубокровных, доставляли кучу неприятностей. Яд парализовывал на добрых пять-десять минут, оставляя на милость людей. Внезапное чувство собственной уязвимости нервировало Линча, как всякого хищника.

Плечи Меркурия напряглись, но он не стал тратить силы попусту — развернулся и рванул по переулку. За развевающимися полами плаща стелились остатки тумана, тень гуманиста постепенно удлинялась.

— Врассыпную! — крикнул кто-то.

Из канализации мимо Ночных ястребов хлынули люди. Гаррет шагнул к мужчине, пробегающему у стены, и защелкнул на нем наручники. Гуманисты улепетывали по переулку, словно мыши. Ястребов не хватало, чтобы поймать их всех, но Линчу нужен был только один. О да. Отрежь змее голову — и она вся твоя.

— Он мой, — прошипел командир Гаррету, оставляя лейтенанта за главного.

Рванув по переулку, Линч быстро нагнал революционера и ухватил за плащ. На мгновение замешкавшись, Меркурий развернулся и зарядил в лицо преследователю хук с левой. Скулу Ночного ястреба пронзила боль, на секунду перед глазами всё побелело. Должно быть, гуманист что-то держал в кулаке, скорее всего кастет.

Крутнувшись, Меркурий сбросил плащ и сбежал, оставив Линча с куском ткани и едва уловимым запахом пороха.

Проклятье. Со смертоносной сосредоточенностью Линч устремился следом за врагом.

Переулок заканчивался каменной стеной, окружавшей возвышающиеся в ночи трущобы. Линч притормозил, когда Меркурий обернулся, уставившись на командира сквозь марлю в прорезях для глаз.

— Ближе не подходи, — предупредил глава революционеров, вновь поднимая пистолет.

— Проблема этих новых пистолетиков в том, что перезаряжать их нужно вручную. Кажется, у тебя закончились дротики, иначе ты уже всадил бы в меня один. — В этом Линч не сомневался.

Меркурий вздернул подбородок и опустил пистолет:

— Что не делает меня менее опасным.

Линч потер челюсть, на которой уже, несомненно, начал наливаться синяк.

— Я на это и не рассчитывал. Чем ты меня стукнул?

— Дружеская зуботычина, милорд. — Слова сочились сарказмом. — Подойди ближе — получишь ещё одну.

Они смотрели друг на друга через мостовую. Линч нахмурился словам Меркурия: что-то в этой ситуации было не так. Позади послышались крики. Меркурий на мгновение отвлекся, глядя через плечо ястребу, а затем шагнул назад к стене.

— Бежать некуда, — мягко произнес Линч. — Прятаться негде.

— Всегда есть, куда бежать. Оревуар, сэр. — Отбросив пустой пистолет, Меркурий достал из кобуры на бедре тяжелое орудие с четырьмя расходящимися крюками, торчащими из дула.

На мгновение Линч решил, что революционер выстрелит в него, но тот направил ствол вверх и нажал на спусковой крючок.

Крюк взмыл в темноту, за ним с шипением разматывалась веревка. Высоко на стене металл звякнул о камень. Революционер подергал за веревку. Она выдержала, и Меркурий что-то нажал на своем абордажном орудии.

— Нет, — рявкнул Линч, устремляясь вперед.

Его пальцы лишь мазнули по носку ботинка Меркурия, поскольку гуманист взмыл в воздух. С высоты, из плотной сухой тьмы, зазвенел смех. Линч зарычал и хлопнул ладонью по стене. Он держал врага в руках и, черт побери, упустил.

Командир Ночных ястребов, оскалившись, глядел вверх. Голубокровным опасно было появляться в трущобах. Недавно мехи-бунтари вывели на улицы десятки собратьев, а Эшелон спустил на них Троянскую кавалерию. После этого к голубокровным — или кровососам, как их называли мехи — любви не осталось.

Линч прищурился. Он тоже опасен. И не за тем целый год охотился на ублюдка, чтобы тот ускользнул сквозь пальцы. В ушах зазвучало ужасное предупреждение принца-консорта: «Принеси мне его голову или разделишь его участь».

Черта с два. Оглянувшись, Линч поставил ботинок в трещину между камнями в стене и подтянулся на руках.

Наверняка такого Меркурий от своего противника не ждет.

***

Огромный клапан повернулся, извергая шипящий пар. Женщина, известная как «Меркурий», поспешно прошла мимо, дыша горячим влажным воздухом под шелковой маской и разглядывая окрестности.

Здесь, в анклавах, жаркий оранжевый свет очерчивал стальные перекладины рабочих сараев и огромных печей. Это место было пронизано подземными туннелями, где жили рабочие, но наверху стояли лишь подсобные помещения. Не тюрьма в полном смысле слова — мехам предоставлялось полдня свободы в две недели, — но очень на нее похоже.

Металлические болванки сияли алым светом, а воздух пропитался запахом угля. Мужчины работали даже ночью, чтобы очаги не погасли, молчаливыми тенями передвигаясь на фоне мерцающих горячих волн. Розалинда проскользнула мимо бросавшего уголь в печь механоида в потертом кожаном фартуке. От сильного порыва жара на ее коже выступил пот. Капельки скользнули под грудь, правая рука в перчатке повлажнела. Левую Розалинда не чувствовала. Там, где кисть заменил металл, осталась лишь фантомная боль.

Черт побери! Розалинда отбросила пружинное абордажное орудие и стянула правую перчатку. В груди колотилось сердце, тело двигалось со знакомым ей плавным предвкушением. Глупо поддаваться такому наркотику, как опасность и адреналин, но давненько ей не доводилось его пробовать.

Она не могла поверить своему невезению. Тот самый Ночной ястреб, во плоти.

Мужчина, сотканный из теней и мифов. Розалинда плохо рассмотрела его в темноте, но заметила решимость на лице и почувствовала тяжелую ласку взгляда, будто прикосновение к коже. Ее самый грозный противник, желающий схватить Меркурия и уничтожить гуманистов. Его появление застало Розалинду врасплох, а ее мало чем можно было удивить.

Она проскользнула между рядами тяжелых металлических частей, закрепленных на ремнях вентиляторов. Волосы на затылке встали дыбом. Она знала, что рискованно отправляться сюда, но выбора не было. Над городом довлело военное положение с тех пор, как в Башне из слоновой кости взорвалась бомба, а ведь нужно забрать детали, обещанные механоидами.