Последнее письмо (СИ) - Грэйс Райли

Любовь стала проклятием для обоих.

Жизнь Киару, словно упавший хрустальный шар с праздничной ели, разлетелась осколками, без возможности восстановления в тот самый миг, когда она, доверчиво согласилась на второй танец, а затем приняла приглашение выйти на террасу.

Ричард не подозревал, что соглашаясь на план Самуэля, лишь бы задержаться в той деревне, недалеко от Коутсолда, где жизнь была слишком тихой и спокойной, а клан не привлекал внимания, найдёт ту, которая для него станет смыслом жизни.

Он не планировал проводить много времени в обществе маленькой леди, но позволил себе вначале редкие встречи, а затем долгие беседы во время верховых прогулок.

Любовь к Киару помогла ему взглянуть на свою жизнь иначе и осознать, что он хочет быть рядом с ней, что не хочет быть в клане и жаждет свободы.

— Если что, я буду в спальне, — Ричард заставил себя подняться с дивана. Он не хотел подниматься на второй этаж, не хотел заходить в спальню, но знал, что обязан это сделать. Мужчина всё бы отдал за то, чтобы не видеть мучений супруги. — Или я могу быть нужным здесь?

Это были слова слабого человека. Ричард не был слабым, но отчаянно нуждался в том, чтобы найти повод, задержаться в месте, где не было ощущения горя.

— Ты сам знаешь, что там ты нужнее, — не открывая глаз, проговорил колдун. — Часы на каминной полке. Не забудь.

Часы. Как он мог про них забыть, особенно учитывая то, что их подарила Киару. Это был её свадебный подарок. На обратной стороне крышки, закрывающей циферблат, располагалась гравировка: «От заката солнца и до рассвета. Люблю. К. Б.».

— В этом доме полно комнат, мог бы спать в любой из них, — забирая часы и надевая браслет на левое запястье, произнёс Ричард.

— Мне нравится это кресло.

Хмыкнув, Ричард покачал головой, а затем, поправив манжеты рубашки, всё же направился к лестнице. Он давно понял, что колдун поступает исключительно так, как хочет сам.

Когда мужчина наступил на первую ступень, то машинально взялся за поручень. Он провёл пальцами по шероховатому дереву, покачал головой, а затем стал подниматься на второй этаж.

Вместо того, чтобы пытаться найти несуществующий выход из ситуации, Ричард подумал о том, что следовало нанять работников, которые привели бы тринадцатый дом в полный порядок. Лестницу, как и перила, давно следовало как следует отполировать, некоторые ступени скрипели. Только сейчас он обратил внимания на то, что дом в плачевном состоянии. Не было больше былой роскоши, словно вместе с силами хозяйки, уходила жизнь из этого места. Даже воздух был затхлым и дышать становилось тяжелее.

Ричард поразился тому, что раньше не обращал внимание на то, что дом изменился. Подобные мелочи никогда не тревожили мужчину, а теперь взгляд цеплялся за несовершенства: скрип досок под его ногой, пыль на картинах, паутина в углах… Киару была в ужасе от того, что место, которое она считает домом, в настолько ужасном состоянии.

Остановившись перед дверью в спальню, Ричард на краткий миг замер. Он с трудом подавил в себе желание развернуться и вернуться в гостиную, составить компанию колдуну. Взявшись правой рукой за ручку двери, мужчина трижды постучался в дверь костяшками левого кулака.

— Киару, я вернулся, — Ричард зашёл в спальню и закрыл за собой дверь, оставляя позади себя печальные мысли. Находясь рядом с Киару, ему не следовало поддаваться грустным мыслям. — Скажи… а ты помнишь слова, которые написаны на моих часах? От заката солнца и до рассвета… Помнишь свою свадебную клятву?

Мужчина подошёл ближе к кровати, затем наклонился, протянул руку, касаясь плеча девушки. Киару не ответила на его слова и не пошевелилась, когда тот потряс за плечо, а затем заставил лечь на спину. Ему показалось, что его сердце рухнуло в пропасть, а сам он забыл, как сделать вдох. Такая близкая и родная Киару, вдруг стала недостижимой мечтой. В зелёных глазах больше не было жизни: яркий цвет померк, искры жизни затухали в девушке.

Он опустился на колени перед кроватью, пытаясь справиться с нахлынувшим отчаянием. Ему отчаянно хотелось, чтобы случилось чудо и Киару сбросила с себя оковы нынешнего состояния и стала прежней, той, в которую он влюбился.

Ричард с тревогой всмотрелся в её бледное лицо: та шевелила губами, но не произносила ни единого звука. Ему не получалось понять по движению губ возможные слова.

— Киару? — мужчина сжал плечо девушки сильнее, чем требовалось, но она даже не вскрикнула, не поморщилась и не обратила никакого внимания на грубый жест.

Резким движением он заставил Киару лечь на спину, а затем, нависнув над ней, всматривался в столь любимые черты.

— Киару? — повторил Ричард, едва удерживаясь от того, чтобы не встряхнуть её за плечи.

— Кто я? — наконец произнесла девушка, не фокусируясь взглядом на мужчине, смотря на серый потолок, где местами потрескалась побелка.

Следующие слова разбили Ричарду сердце, заставив его отстраниться от Киару, встать с кровати и взять в руки мобильный телефон, вытащив аппарат из ящика стола. Разблокировав экран, мужчина открыл шаблоны сообщений.

— Кто ты?

Ричард судорожно сглотнул, затем отправил давно заготовленное сообщение: «Памяти больше нет. Её больше нет. Это уже не моя Киару…».

Глава 6. Письмо

«Как начать письмо, если нет сил его писать? С чего надо начать, если отчаянно хочется тебя потревожить, разбудить, чтобы ты обнял, прижал к себе и уверенным голосом заверил меня, что всё будет хорошо. Три простых слова. Три слова, которые являлись цепью, якорем… Три таких простых слова, которые позволяли мне держаться за эту жизнь. Я теряла силы, но изо всех сил держалась. Я держалась даже тогда, когда собственная вера меня подвела. Твоей надежды хватало на двоих и ты был щедр со мной. Но мне кажется, моих сил уже не хватает, а твоей надежды слишком мало для обоих. Мне надо уйти, чтобы сохранить твои силы… Но как же начать последнее письмо? Ведь если ты читаешь эти строки, то, как бы банально это не звучало, меня больше нет. Я ушла… Оставила тебя одного, хотя клялась этого никогда не делать. Позволила победить Д. и причинила этим тебе невероятную боль. Простишь ли ты