Эдельвейс - Анастасия Юшина

- Сейчас! – мысленно дала команду защитникам, и они набросились.

В порыве ярости и страхе за друзей и родных, оторвала семь голов меньше, чем за полминуты.

- Вот это да! – присвистнул Эдуард, сидя на асфальте. – Надо было ее сначала дождаться, а не лезть на рожон.

Все дружно рассмеялись.

- Как ты? – я подошла к Елисею и взяла за руку.

- Все нормально. Живой. – И обнял меня.

Следующие три дня мы также патрулировали. И только наш патруль за дежурство убивал минимум десять вампиров.

В остальное время пыталась поговорить с Дэниэлем. Но слушать меня не хотел. Постоянно искал повод улизнуть. Но взгляд так и преследовал меня, манил и бросал в дрожь. Черт, он сводит меня с ума.

Приняв душ после тренировки, вышла в комнату и наткнулась на монстра. Он спокойно стоял и следил за мной. Вагон радости и облегчения осыпался на меня.

- Дэниэль! – выдохнула и бросилась в объятия. Так приятно снова обнимать его, вдыхать манящий цитрус и просто быть рядом. Но ответной реакции так и не дождалась. Я отпрянула и посмотрела в ледяные безразличные глаза.

- Зачем? – одно требовательное слово загрузило вагоны радости и облегчения и отправило на Северный полюс.

- Что зачем?

- Ты знаешь, о чем я... - прорычал Дэниэль. Я мотнула головой. – Аника... - прошептал нежно, страстно и нагнулся ближе. Я тут же поцеловала его, хватаясь за сладкие губы, как за спасительный круг.

От страсти голова закружилась. Холодные ладони заскользили под шелковой ночной рубашкой. Я повалила его на диван, садясь сверху. Пальцы нашли плоские пуговицы и стали расстегивать их. Мгновение - и монстр без рубашки. Мои губы пробовали на вкус каждый миллиметр прохладной кожи на шее. Рассудок помутился от радости и вместе с мозгом уже танцевал под песню «Бамболейло», тряся маракасами. Вдруг Дэниэль отстранился и презрительно ухмыльнулся. Сначала даже не поняла, в чем дело.

- Если так будешь ублажать главу Ордена, ему несомненно понравится. – В этот момент воздух покинул легкие. Мозг и рассудок от шока бросили маракасы к чертовой матери и решили разобраться. Но реакция была мгновенной. Вскочив с колен, влепила мощную пощечину.

Он потер щеку рукой и, улыбаясь и продолжая дерзить, добавил:

- А вот это вряд ли понравится.

Злость дала о себе знать. Глаза защипало. Ну почему он такой! Монстр!

- Не смей говорить мне такие вещи! – зло рыча, процедила сквозь стиснутые зубы.

Он отвернулся и стал спокойно натягивать рубашку обратно. Метка...У него есть метка. Только узор изумрудный, точь- в- точь, как у меня.

- Твоя метка... Ты... - тараторила я.

- Знаю... - едко ответил он. – Я пришел тебе сказать – береги свое сердце. А то я не хочу умирать. – Усмешка, дерзкий наглый взгляд, и он ушел.

«Не хочу умирать...» эхом отдавалось в голове. Он принял это, как угрозу своей жизни. Он не любит меня. Я ему не нужна. То, что осталось от сердца, сильно сжалось. Слезы пробились сквозь гордость. Упала на кровать, закуталась в простынь, желая укрыться от болезненных мыслей. Ничего не вышло. Душевной боли уже негде было помещаться, и она перевалилась на тело. Тело ныло так, словно по нему проехалась сотня танков. Мечтала провалиться в сон, лучше в кошмар. Но ни тот, ни другой не приходили.

Всю ночь пролежала в кровати и смотрела в одну точку. Такими темпами палата в психушке для душевно больных уже обеспечена. Причем отдельная и самая лучшая. Слова Дэниэля попахивали ревностью. Он ни на шутку разозлился, когда я согласилась вступить в брак. Ревность! Ее у него много. А если любви меньше, то ревностная кислота легко разъест остатки любви. Уже разъела. Следующая остановка – ненависть. Класс! Нельзя это так оставить, или сделать его еще виноватым. Нужно действовать. Нужно все ему сказать.

Утреннюю тренировку пропустить нельзя. Защитники ждут. Заставив тело выглядеть нормальным и натянув веселое выражение лица, вышла из дома. Тренировка уже шла во всю. Я не хотела, чтоб они что- то заподозрили, и поэтому шутила, подкалывала их, как всегда. А когда Анжелика съязвила Эдуарду, то, условно говоря, я не могла подобрать челюсть с земли. Скоро и она будет язвой, как я. Сестры, что и говорить!

После обеда, переодевшись в чистую одежду, отправилась на поиски монстра. Как ни странно, нашла его почти сразу. Он сидел в зале на диване и пил кровь. Ни телевизор, ни аудиосистема не были включены. Я потихоньку подошла и села в кресло напротив него. Расстегнутая голубая рубашка, белые брюки, отстраненный взгляд голубых глаз, растрепанные мокрые волосы – прекрасен! Он медленно лениво перевел взгляд на меня и стал пристально всматриваться. Глоток - оценивающий взгляд. Я молчала, слова застряли в горле. Предатель- рассудок отмалчивался.

- О чем думаешь? – еле слышно пошевелила губами. Мой вопрос вывел его из какого- то состояния безмятежности. Он вздрогнул.

- О главе Ордена. – Презрительная улыбка обезобразила прекрасное любимое лицо.

Затянулось молчание. Видимо, у меня он ничего спрашивать не хотел. Один блуждающий по телу взгляд бросал в дрожь. Что придумать, не знала. Как высказать все ?! Будто поняв мой удрученный взгляд, Дэниэль поинтересовался:

- А ты о чем думаешь? – мне хватило секунды, чтобы собрать мысли в кучу.

- О том, какой ты эгоистичный, грубый, злой, дерзкий, – с каждым произнесенным словом, мимика лица менялась не в лучшую сторону, - холодный, неприступный, ласковый, нежный, страстный, теплый, приятный, – я на секунду запнулась, лихорадочно собирая остатки разума. – О том, что ты мне не нравишься и никогда не нравился. О том, что я без тебя могу умереть. О том, что ты моя жизнь и моя смерть. О том, что я тебя сильно люблю. – после последнего слова глаза засияли, а лицо также осталось холодным.

Он резко вскочил, будто весь смысл дошел только сейчас. Раздавив бокал, исчез.

Отчаянье затопило разум. Злость...Теперь злость... Он не принял моих чувств...Он сбежал...

Подушечки лап коснулись сочной влажной травы. Я пришла выбросить гнев через тренировку. Приняв другой облик, взяла меч и стала рубить все вокруг. Благо, никто не видел, а то подумали бы, что окончательно сошла с ума. Злость постепенно уходила, а отчаянье заняло оставшуюся часть души. Аника, тебе разбили сердце! Поздравляю!

Ослепнув от потока слез, свалилась на землю. Обняла руками колени и стала раскачиваться. Теперь я могла уловить тончайшие ароматы роз. Все они пахли по- разному, по- особому. Аромат красных роз был приторным, белых – тонким, желтых – кислым. Сквозь эту палитру отчетливо слышался аромат цитруса.

Я повернула голову и увидела Дэниэля. Он стоял почти вплотную. Присел, и стал нежно рассматривать мое заплаканное лицо. Монстр осторожно смахнул одинокую слезинку.