Эдельвейс - Анастасия Юшина

Я залпом осушила бокал и, улыбаясь, произнесла:

- Принимаю клятвы. – Все зааплодировали, а защитники опустились на одно колено.

Когда начался концерт, я принялась искать Дэниэля. Но не тут то было. Его нигде не было. Ну почему его так трудно найти? Нашла всех знакомых, но не монстра. Решив немного отвлечься, пошла знакомиться с новыми защитниками. Девушку звали Афелия. Она могла на некоторое время стать невидимой. Искандер отлично владел оружием и был лучшим в бою. Микаэль мог видеть на большом расстоянии, как и мой вампир. Роман читал мысли, а Сергей был щитом. Защитники у меня потрясающие. Самое главное - с чувством юмора. С ними я точно не заскучаю. За время, проведенное с ними услышала столько сплетен про глав кланов, что аж стало не по себе. Вроде бы мужчины, ну ладно, парни, а ведут себя, как бабки на лавочке. Зато посмеялись от души.

Наконец, взглядом выхватила любимый профиль и направилась в его сторону. Но пока добиралась через танцующие пары, потеряла его. Вот блин! Опять упустила! И тут на моей талии очутились холодные руки. Повернулась и утонула в бездонных синих глазах.

- Меня ищешь? – лукаво спросил он.

- Да, – и он нежно поцеловал меня.

- Мне нужно кое- что сказать тебе, – начала лепетать, но меня перебили.

- Сначала один танец.

Мы закружились по залу. Казалось, мы сейчас здесь одни. Нежные прикосновения пробудили вчерашние воспоминания. Я улыбнулась. Вскоре танец закончился, вынуждая вернуться в реальность. Остановились и выпили крови, смешанной с коньяком.

- Как тебе защитники?

- Они милые. – Я невольно улыбнулась, вспоминая, как смеялись.

- Милые? – переспросил и внимательно посмотрел на меня.

- Да, именно милые. И смешные. – Он кивнул и нежно поцеловал меня.

- Дэниэль, мне нужно тебе кое- что сказать. – Я вырвалась из опьяняющего плена.

- Говори, – шепот еще больше взбудоражил тело.

- Ты теперь... - но договорить не успела. Окно разбилось, и что- то массивное влетело в него.

- Моя девочка, – прошептала одними губами и бросилась к ней.

Гарпия тяжело летала под потолком. С нее капала кровь. Увидев меня, обессиленно упала прямо на руки. Вокруг нас выстроилась толпа.

Я прижала ее к себе. Кровь, как много крови... Глаза защипало и слезы полились потоком...

- Кто это сделал?! – кричала я, держа ее в руках.

Глаза, полные отчаяния и боли, смотрели на меня. Слезы капали на тело моей гарпии и смешивались с кровью. Судорожно гладила ее, руки тряслись. Все платье было в крови.

- Девочка моя, маленькая! Не покидай меня! – прижала ее к себе, не желая, чтоб она умерла.

- Аника, ей не поможешь, – где- то вдалеке послышался голос Елисея. – Отойди!

Но я еще крепче прижала ее. Она в последний раз посмотрела на меня, и ее сердце перестало биться.

- Нееееет... Прошу тебя! Вернись! – я рыдала навзрыд. – Девочка моя, вернись, я люблю тебя, слышишь? – но она безвольно обмякла в моих руках.

- Нет! – крик разрывал зловещую тишину. – Умоляю тебя! – я водила руками по окровавленным перьям и вытирала себе лицо. Запах крови отравлял душу. В ней образовалась гулкая огромная дыра. Все внутри оборвалось.

Трясущимися руками нащупала на лапке прикрепленную записку. Осторожно оторвала ее: «Аника, это не последняя жертва в твоей семье. Макс»

Макс?! Нет, он не мог такое сотворить с моей красавицей. Не мог...

- Нет! Нет! – закачала головой, швыряя эту чертову записку.

Внутри стало холодно. Ледяной озноб сковал тело. Глаза горели. Злость, ненависть, гнев, боль, ярость огромным комком застряли внутри. Захотелось вырвать его оттуда. Тело стало дрожать. Боль, обжигающая боль пронзила ледяную стену гнева, оставляя там только ярость... Я схватилась руками за пол и стала сжимать кисти в кулаки. Ногти оставляли глубокие царапины на белоснежном мраморе. Где- то вдали слышались отдаленные голоса. Разрывающая боль, и почувствовала, что комок взорвался. Я прогнулась и лапами наступила на мрамор.

Все образы стали четче, запах резче. Ярость и боль застилали глаза. Я выпустила зверя. Хватая зубами тело птицы бросилась прочь. Все испуганно расходились в стороны. Когда была уже на свободе, путь преградили. Передо мной стоял вампир, от которого веяло холодом и льдом. Он что- то шептал. Я выпустила гарпию и зарычала. Мне никто не смеет мешать! От грозного рыка он опустился на одно колено и склонил голову. Мой ягуар бросился прочь.

Лапы мягко отталкивались от земли и с огромной скоростью уводили в лес. Куда бежать, не знала, но где- то в глубине чувствовала, что несусь в правильном направлении. Запах шиповника ворвался в легкие, и, выпрыгнув из чащи, оказалась у озера. Оставив гарпию, подошла к воде. В отражении на меня смотрел прекрасный ягуар.

Больно, очень больно... Ярость стала отступать. Через мгновение холод снова сковал тело, и я обратилась. Быстрыми шагами дошла до моей красавицы и снова взяла ее на руки.

- Зачем ты это сделала? Как я буду без тебя? – слезы полились снова. – Красавица моя, прости, что не уберегла.

Горе парализовало тело. Внутри пустота, холод и ярость, скрывшаяся в ягуаре. Я бы все отдала лишь бы ее вернуть. Она была последней ниточкой, связывающей с прошлой жизнью.

Сколько просидела с ней на руках, было не важно. Я качала ее, как ребенка, мечтая, что она сейчас откроет глаза и взлетит.

- Кто же теперь мне будет вещи подбирать? Кто будет летать во время пробежки?! – сердце будто остановилось. Я не чувствовала биения. Оно разбилось, оставив маленький кусочек.

Рассвет напомнил, что еще жива. Лучи осторожно подкрадывались к нам. Пушистые облака, окрашенные отблеском перламутра, плавно брели по небу. Птицы запели...Где- то стучал дятел. Все оживало после ночи. Но моя гарпия больше не проснется. Она мертва. Она больше никогда, никогда не вернется ко мне...

ГЛАВА 15

День и ночь слились воедино. Я уже не понимала, когда рассвет, а когда закат. Все плыло перед глазами. Горе, неумолимое горе душило и рвало осколок разбившейся души. Я тупо сидела у себя в комнате на кровати и смотрела в одну точку. Слезы давно высохли. Есть не хотелось, ведь мертвецам ни к чему переводить продукты. Изредка делала несколько глотков крови, лишь бы оставили в покое. Ни тренировки, ни защитники, ни мое обещание не могли вывести из транса. Я будто застряла в невесомости.

Ко мне заходили почти все, пытаясь успокоить и поддержать. Но слушать никого не хотела. Поэтому после очередных: «Аника, все будет хорошо!» или «Аника, так нельзя!» - выпускала ягуара на волю, выпрыгивала в окно и мчалась к озеру. Поначалу разбившееся стекло меняли на новое, потом перестали закрывать окно.