Лепестки Ветириоса - Тереза Вайборн

Я люблю себя. Я уважаю себя. Я принимаю себя. Моё сердце издало звук. Один лишь раз и прекратилось. Но в этот момент я улыбнулась понимая, что делаю, понимая свой путь.

— Спасибо, — громко и с уважением сказала я богу смерти.

Спасибо, что, зная, что этот бой я должна пройти одна — всё равно вступился. Спасибо, что не оставил одну. Спасибо, что воскресил, дал мне ещё один шанс. И спасибо просто за то, что я это я, а ты это ты.

Отправив огненную волну во врага, я не могла отвести взгляда от величественного облика Басморта. Его глаза, полные мудрости и безжалостной силы, пронзали меня до самой души. Под вихрем огня, я шагнула вперед, игнорируя Бладсэя. Я приблизилась к Басморту, ощущая, как пламя внутри меня становится все сильнее. И вот, стоя перед лицом бога смерти, я не могла удержаться. Подняв руку, я быстро приблизилась к его лицу и почувствовала, как тепло пламени сливается с холодом его кожи. Внезапно, мои губы встретились с его, и я почувствовала силу энергии, переполняющей меня. Ощущения были непередаваемы: страсть, битва, смешение смерти и пламени. Поцеловав бога смерти в разгаре битвы, я поняла, что приняла вызов самой себе — быть смелой, быть свободной, быть живой. Это было моим лучшим решением за последнее время.

— Извините, я вам не мешаю? Нельзя было выбрать другое время?

— Если постоянно ждать определенное время, то можно ничего в этой жизни не успеть, — этому меня научили люди и пришло время следовать их правилам.

Мне нравилась, как бог смерти вступается за меня, но сейчас эта битва принадлежала мне. Он понял меня и улыбнувшись оставил центр воображаемой арены лишь для меня, уходя на второй план, но обещая вернуться, если попрошу.

Сердце издало ещё один удар. Он был лишь для меня. Всё в теле кричало «наконец ты поняла себя, наконец приняла».

Бог крови понимал, что происходит. Он ощущал, как я становлюсь сильнее и ему это приносило удовольствие. Только бой с более сильным противником, более безжалостным смог напомнить о том, что я богиня войны и я никогда не сдаюсь. Никто до этого не пытался нанести мне сильный вред, а Бладсэю всё равно и это самое прекрасное, что может быть.

Мои ноги утопали в крови Бладсэя. Он наносил себе раны, залечивал их и снова наносил. Его кровь кипела, превращалась в иглы, которые пронзали мою кожу, лишь усиливая боль. Я чувствовала, как он обездвиживает меня своей силой, как его зловещая энергия проникает под мою кожу, принося лишь агонию. Но я не сдавалась. Я сжигала себя изнутри своей силой, готовая пойти на все, чтобы прогнать этого бога крови. Не было ничего кроме боли, но сейчас это не пугало меня. Мы боролись в мире, где царила лишь тяжесть и тьма. Мои раны пульсировали от невыносимой боли, но я не останавливалась. Сквозь слезы и кровь я видела его улыбку — улыбку победителя, уверенного в своей силе. Сконцентрировав свою энергию, я взмахнула мечом, призывая огненное лезвие поразить врага. Освободившись от его оков, я взмахнула мечом призывая лезвие поразить врага огнём. Пламя обжигало воздух, наполняя его запахом серы и гари. Бог крови взревел, но я не дрогнула. Моя решимость была крепка, словно камень, и мой меч был острым, как сама смерть. Отвлекая его на удары, я предпринимала попытки проникнуть в разум бога крови. Барьер там был мощный, но не непроходимый. Я не могла заглянуть в его воспоминания, но я пыталась влиять на его эмоции, на его самочувствие, на его ощущение мира вокруг.

Боль, тяжесть, невыносимость наполняли воздух, создавая атмосферу ужаса и страха. Мы сражались в темноте созданной общей силой, где лишь огонь моего меча освещал путь к победе или к гибели. Страшные вопли противника звучали как проклятия, но я была непоколебима, как и он.

Весы наших сил качались из стороны в сторону. Казалось, что вот-вот выиграю и поставлю его на колени, но потом он делал тоже самое со мной. Никто не хотел сдаваться. Чем сложнее бой, тем сильнее я. Главное в этом всём — терпение, ожидание момента, когда сила станет разрывать тебя, чтобы ты мог её выпустить.

Каждый принятый ударение был как пытка, каждое отступление — как унижение. Кровь, горячая и пульсирующая, пронизывала мою руку, словно живое существо, жаждущее мести. Он выбил меч, куда я до этого направляла свою энергию. Волна вязкой крови заполнила мои глаза, рот, уши. Весь мир приобрёл бордовые оттенки в моих глазах. Вкус железа на языке отравлял, вызывал отвращение. Её слишком много, в ней можно захлебнутся, если тебе нужно дышать, но мне не нужно.

Бог крови ухмылялся, не зная, что я была готова к этому моменту, когда потеряю своё оружие, а его сила попытается поймать моё тело. Призрачные руки, сжимаясь в кольцо, обвивали его тело, словно хладнокровные удавы, готовые сломать шею жертве. На секунду у меня появилось желание выдернуть его позвоночник из спины. Удар такой силы в бога — убил бы его. Во мне достаточно энергии для убийства, но сейчас я готова ограничиться победой.

Последний рывок, последний удар, и он пал, побежденный, но не сломленный. Бладсэй застонал от ужаса, его кровавая форма исчезала в моей огненной вспышке.

Я упала на землю. Всё тело горело изнутри. Мои руки дрожали от усталости и боли, моё сердце билось как барабан в ритме смерти. Но оно билось. Я слышала этот прекрасный звук, наслаждалась им. Раны внутри, разрывы мышц, вен — были ужасны. Да, я не умру от этого, но мне придётся долго восстанавливать. В бою Бладсэй делает всё, что ему нравится, а нравится ему — причинять другим боль.

— Неудивительно, что у тебя нет друзей, — прокашлялась я и выплюнула кровь.

Вся одежда и волосы липли к телу. Теперь, когда Тьма исчезла, солнце запекало кровь на моём теле.

Мы боролись несколько дней и ночей без продыху.

— А я думал, что после такого боя, мы с тобой больше, чем друзья, — пошутил Бладсэй переворачиваясь на земле, как змея не в силах встать.

— Учитывая количество твоей крови в моём теле — ты мне брат.

— Отлично, сестры у меня никогда не