Избранная (не) для стаи Альф - Амелия Уайт

Тёмный, мрачный. Где нихера не существует, только стоны Ди и то, как меня выкручивает. До багряных точек и воя внутри.

— Дикарь, — девушка упирается лбом в стену, тяжело дышит. А после разворачивается, стоит выйти из податливого тела, и сама тянется с поцелуями. — Ты точно викинг. Пришел, взял, никаких лишних разговоров.

— Ты в порядке? Я же не сделал тебе больно? Только не молчи, Ди.

— Ты сделал всё… хорошо.

Не успеваю насладиться румянцем на загорелой коже. Едва заметной полоской, непривычной для зеленоглазки. Девушка тут же отворачивается, подставляя лицо потокам воды.

Только у меня внутри ничего не успокаивается. Всё так же кипит, выворачивает. Волк, хоть раз в жизни почувствовав свободу, не собирается так просто отступать.

У него одно на уме, любыми способами продолжить. Завалить самку на кровать, зажать снова у стены. Брать, присваивая себе. Наплевав на все условности и правила. Попытаться поставить метку, которая не приживётся. Попробовать провернуть обряд.

Упираюсь ладонью в влажный кафель, прикрывая глаза. Прохладные капли разбиваются о кожу, бьют и заставляют держаться. Борьба внутри себя — хреновая затея. Похоже на то, как сила Альфы проснулась.

Тогда смог подавить всё в себе, оставаясь у руля.

— Дим?

Голос зеленоглазки ломает последние барьеры.

Зверь внутри вырывает поводок.

И я впервые бесконтрольно обращаюсь в Волка.

Глава 41. Боги и их справедливость

Захар

Волк дуреет, а я вместе с ним. Слышу, как Диана о чём-то говорит с Димой. А после они, определённо, не разговаривают. Первой мыслью: ворваться туда и разогнать нахрен. Нечего белобрысому пацану лезть к моей малышке.

Сжимаю в пальцах ручку, пока она не ломается пополам, пачкая кожу чернилами. После резко поднимаюсь, направляясь к выходу. Чтобы не натворить глупостей.

Диана сказала своё мнение, я его услышал. Не совру, что понял и принял на все сто. Волки собственники, которые утаскивают добычу и никого не подпускают. Моя самка будет только моей, другим нечего суваться.

Но я знаю, что даже став моей женой, у неё будет тоска по другому мужчине. По двум, и может по кошаку в придачу. Это не изменится, как бы хорошо ей не было со мной.

Зеленоглазка не Волчица, хотя у неё все для этого повадки. Часто Истинные походят на своих оборотней, чтобы легче было вливаться. Только в Ди ни капли от Пумы нет. Ни хитрости, ни намёка.

А вот от нас она многое взяла. Ревность, дикость. Та же любовь к забегам, постоянная тяга касаться нас.

Выбор за Дианой. Только я ведь тоже могу выбрать — устраивает меня такое. Или нет.

Прогулка прочищает мозги. Под ногами мокрая земля, пахнет свежестью. Я не Ди, мне долго думать не нужно, прежде чем решение принять.

Я эгоист и собственник. А ещё знаю, что Влад в жизни от неё не откажется. Даже если будет не устраивать, если будет ревность душить. И я такой же. Легче выждать, когда другого сорвёт.

А если не сорвёт, то и хрен с ним.

— Дима!

Влетаю в дом, услышав крик девушки. И рычание Волка. Не просто злость или раздражение, не обычное фырканье. Гортанный рёв, который только в образе волка бывает. Животный, рваный.

Угрожающий моей малышке.

Перепрыгиваю ступени, не чувствуя под собой пола. Мысль бьёт, что я проебался. Оставил девчонку одну, когда должен был с неё глаз не спускать. А теперь что-то случилось.

Визг режет по ушам, и сердце цепляет тоже. Остро, до крови, до паники, которая Альфам не свойственна. Едва не срываю дверь с петель, надеясь, что успеваю вовремя.

А после застываю на пороге.

Не могу справиться с собой, с удивлением.

— Захар, помоги мне.

Зеленоглазка просит, а я сделать шаг не могу. Потому что, блять, не в состоянии осознать происходящее.

Черный Волк едва полностью не придавил девчонку, утыкаясь пастью в шею. А та визжит и смеётся, без страха касаясь шерсти. И смотрит на меня с озорным блеском.

— Арсеев, сделай уже что-то с ним. Дима!

Спустя вечность вспоминаю, что людям нужен кислород. И оборотням тоже. Облокачиваюсь на стену, внимательно наблюдая за каждым движением. Ни разу не видел, чтобы кто-то, кроме Истинных, так мог себя вести с Волками.

Отпихивать морду, подставлять шею под язык Волка, дёргать шерсть. И Дима ведь даже не пытается применить силу Альфы. Подмять под себя своенравную самку. Играется, словно щенок, и очевидно кайфует от реакции девушки.

— Ну Дим! Захар, сделай что-то. Он не успокаивается.

— Потому что ему сорвало контроль. Дима просто так не стал бы Волком рядом с тобой.

Пацан же всегда бахвалился тем, как контроль держит. Поводок без конца на руку намотан, чтобы Волк слушался. Никаких проебов, честно. Реально держал, нашёл силы справиться с Альфой внутри.

Однажды сорвался, когда две недели круги по лесу наматывал. После того, как Ди узнала правду и отказалась от нас. Но только тогда он дал управление, но не свободу. Легко назад вернулся, когда пришло время.

— Что значит «сорвало контроль»? Он не может обратиться?

— Это значит, что сейчас всё решает Волк.

— А это разве не одно и тоже? В вас же внутри не живёт реальный зверь?

— Тебе отец так ничего и не объяснил?

— Отец? Нет, Вольф не говорил об этом. Дим, а давай ты обратишься и всё мне объяснишь? — малышка не промах, находит причину для друга вернуться. — А Захар меня на свидание водил. Ты не хочешь?

Волк отвечает рычанием и алым взглядом в мою сторону. Не та реакция, на которую рассчитывала девушка. Потому что Дима сейчас не человек и видит перед собой лишь конкурента в моём лице.

Зверь медленно