Избранная (не) для стаи Альф - Амелия Уайт

Я нашел. Надеялся, что увижу и меня переклинит. Вот Истинная, люби её, чёртов Волк, и перестань думать о другой. Увидел. Забавный комочек, вызывающий только умиление.

Нет, блять, я же не совсем двинутый, чтобы что-то другое к младенцу испытывать. Но Волка должно было повернуть. Не уйти нормально после встречи, назад рваться. Или ближе стаю перетянуть, территорию выбивая, или уговорить ведьм к себе перебраться.

А ни-хре-на.

Свалил в обличии Волка, а того даже назад не потянуло. Мыслями возвращался, но так, поверхностно. Больше о том думал, почему не реагирую, хотя должен.

Это ведь логично. Столько думал о Истинной. Любой Волк не откажется. Если б можно было как-то по-другому получить, не Даром Богов, то каждый оборотень наизнанку бы вывернулся.

Я тоже.

До двадцати лет думал, что сделал бы всё для этого.

А встретил Ди, и выворачиваться хотелось только дня неё.

Спасибо Волчьи Боги за шутку, я оценил.

Настолько оценил, что желаю своей Истинной быть заодно и Избранной. Втрескаться в кого-то по-малолетству и сделать выбор в чужую пользу. Только не поможет, даже при таком раскладе — ждать лет пятнадцать, минимум. А у зеленоглазки, к тому моменту, будет муж и стая щенков.

Я же не тот Джек из Сумерек, или как того несчастного волка звали, меня не поведёт от дочери Ди. Меня, походу, уже ни от кого не поведёт.

Надо было забирать Диану, как только почувствовал Истинную. Увозить подальше и разбираться потом с последствиями. Извиняться всё равно бы пришлось, за ложь и прочее. Так что ошибкой больше — не сильно ухудшало ситуацию.

А пока выбор давал, уехать со мной или нет, остальные приперлись.

И всё разрушилось.

— Привет.

Диана застывает на пороге, вцепившись пальцами в дверную ручку. Словно не ожидала, что кого-то встретит в спальне. Хотя, конечно не ожидала, комната Влада, которую тот малышке ненадолго уступил.

А я приперся.

— Привет, Ди. Сейчас пойду к себе, не буду мешать.

— Ты не мешаешь. Просто не знала, что кто-то в спальне есть. Влад не вернулся?

— Завтра вечером, если всё будет по плану. А Захар…

— Возится с делами по отелю, внизу.

Отличный, мать его, разговор. Содержательный. Обсуждаем двух Альф, у которых остался шанс заполучить зеленоглазку.

— Я… Мне в душ нужно.

Подхватывает вещи с полки, бросая короткий взгляд перед тем, как скрыться в ванной. Через минуту шумит вода, пахнет гелем для душа. Чувствую себя сталкером, сильнее втягивая воздух.

А потом Волка срывает.

Не помню, как скидывал одежду или летел к Диане. Только её короткий вскрик, когда ворвался в душевую кабину, прижимая к плитке.

— Дим, ты чего?

Не отвечаю, потому что только рычание вырвется. Никогда не позволял Волку брать верх над собой. Глупо же, жить инстинктами. Не понимал Влада, который напополам с Волком власть делил. И уж точно не Захара, который полностью волчьи повадки перенимал.

А теперь до чего докатился.

Даже не пытаюсь поводок натянуть, Волка усмирить внутри. Полностью повадками руководствуюсь. Стереть чужой запах со своей самки, пометить. Так, чтобы больше никто не прикасался.

Сминаю пухлые губы, пробираясь языком в тёплый ротик. Жадные поцелуи, без капли нежности и медлительности. Сейчас это явно не то, что могу девушке дать. Потом, когда распробую её на вкус, когда немного смогу по тормозам дать.

Малышка вся из себя сладкая. Красивая. Со стекающими каплями по груди, с горящими зелёными глазами. Если смешать волчью ягоду с абсентом, немного мяты добавить — такой же цвет. И так же мозги отрубает, напрочь.

— Подожди, Дим.

Ди что-то шепчет между поцелуями. Хотя, скорее укусами, так в нижнюю губу впиваюсь. Если метку не могу поставить, то хоть так свой след оставлю.

Скольжу руками по телу, сминая бёдра и талию. Притягиваю к себе ближе, упираясь стояком. И вижу, как Диана вздрагивает, отчётливо чувствует моё возбуждение.

— Я вся грязная, подожди.

— Как раз в душе.

Разворачиваю девушку, чтобы упёрлась ладонями в плитку. Реально грязная, со следами глины на загорелой коже. Даже на волосах.

— Бегала с Захаром?

Нужно мягче звучать, но Волк рвёт глотку, ревнуя. Хочет, чтобы его пара только с ним носилась. В этой извращенной игре в догонялки. А под веками уже образы, как запах леса щекочет нюх, а Диана бежит, хохоча.

— Лепили. Из глины, — девушка задыхается, когда касаюсь пальцами влаги между ног. Надавливаю, чтобы выгнулись. — Дим.

— Что такое, малышка? Хочешь чего-то?

— Ты же знаешь.

Всхлипывает, подаётся бёдрами назад. Так, чтобы упереться лоном в член, завести сильнее. Вены рвёт от напряжения, Волк беснуется.

Бери. Забирай. Меть.

И я беру. Врываюсь в девушку, наслаждаясь её жаром. Какая влажная, готовая. Как охрененно сжимается, принимая. И стонет, громко, заглушая стук собственного сердца.

— Пожалуйста, Дим.

Не знаю, о чём именно просит. Но пахнет при этом охренительно. Сладостью возбуждения, желанием, немного смущением, которое собираюсь убрать.

Точками и пальцами, надавливающими на клитор.

Чтобы напрочь выбить мысли из её головы. И из своей тоже, за одно.

Вжимаюсь, наваливаясь. Будто хочу врасти в неё, до самого нутра добраться. Под кожу влезть, как она мне.

Не слежу за силой, контролем. Полностью срываюсь, наполняясь дикостью и силой Зверя. Жаждой, которую сдерживать не хочется. Только сильнее, быстрее.

— Вот так, малышка, — слизываю капельки крови с прокушенных губ. Утыкаюсь в шею, чувствуя, как режет желание клыки выпустить. — Скажи, что хочешь меня. Давай, Ди.

— Хочу. Пожалуйста.

Паре не отказывают. Особенно не в таком. За одну её просьбу мог бы мир перевернуть, всё растрощить. И к этим охуительным ногам положить. Поэтому всё делаю, чтобы она желанное получила.

Сжалась, всхлипывая в мои губы. Покрылась испариной и судорогами,