Непутевая, или Подарок для принца (СИ) - Колка Ирина

Тьярри обвил ее одной рукой за талию, поцеловал в макушку и попытался отстранить, но она уже сама отпустила его, развернулась ко мне и, прижавшись к нему спиной, выставила вперед руки в защитном жесте:

— Не надо, Флориан! — девушка рыдала, ее просто трясло, но отступать она не собиралась. — Сначала выслушай, прошу!

Тьярри громко выругался, одарил меня убийственным взглядом, потом плюнул, обхватил ее двумя руками и прижал к себе, утешая. Кьяра вцепилась в его спину ногтями и уткнулась носом в грудь, содрогаясь в немой истерике.

У меня просто руки опустились при виде этой картины. Даже почувствовал себя каким-то монстром, пляшущим на крови невинных жертв.

Кьяра пыталась что-то сказать, но захлебывалась всхлипами. Тьярри прошептал ей на ухо что-то утешающее, потом залез рукой в карман и бросил к моим ногам пустой флакон. Тот загромыхал по каменному полу, остановившись у моей ноги.

— Я ополовинил пузырек и разбавил его снотворным! — кивнул головой, продолжая обнимать девушку и гладить ее по волосам. — Дай я тебе всю дозу — тебя бы сейчас ломало так, что ты бы возжелал даже Тидарру.

Я молча толкнул флакон носком сапога, потом медленно наступил на него ногой, тот хрустнул, рассыпаясь в мелкую крошку.

— Что тебе надо от меня? — проговорил, сурово глядя исподлобья. Может, я не в том положении, чтобы что-то диктовать, но пусть скажет спасибо, что передумал убивать.

Кьяра все еще не могла говорить, цепляясь за него как за единственный луч солнца в жизни, поэтому Ворон тяжело вздохнул и начал сам:

— Мы здесь, чтобы просить у тебя помощи, Флориан…

— Я похож на того, кто может вам помочь? — усмехнувшись, развел руками, предлагая взглянуть на себя. — Разуй глаза, Тьярри, это я в беде!

Ворон выпустил Кьяру, которая застыла посреди разоренной камеры, сложив ладони у губ, словно в молитве, и с мольбой взирая на меня, что-то обдумал и вплотную подошел ко мне.

— Это старый форт Тидарры прямо на сухопутной границе с Алайей. Отсюда до твоего замка несколько часов пути. Внизу ждут лошади. Иди. Но сначала выслушай меня…

— С чего бы?

— С того, что иначе я тебя не выпущу.

— Я уйду, переступив через твой труп, — прошипел ему в лицо, шагнув навстречу.

— Ну что ж, попробуй… — глаза Ворона сверкнули. В какой-то момент в тусклом свете канделябра над ним зависла огненная аура, плечи стали шире, лицо удлинилось, принимая очертания острого клюва. Всего миг — и видение исчезло, а до меня дошло — он мог со мной не драться! Мне не сладить с мощной птицей без оружия! С легендарным кавьердерским оборотнем, что способен завалить дракона, в его боевой ипостаси…

— Что ты делаешь здесь, Тьярри? — вопрос, который много лет не давал мне покоя, сам сорвался с губ. — Зачем ты служишь ей как пёс? Ведь ты же воин!

Ворон отступил и сейчас в сердцах мерил шагами комнату. Мусор хрустел под его сапогами, а металлические пряжки на одежде звонко бряцали.

— Она была совсем малышкой… — беспристрастный голос дрогнул. — Забитая, испуганная крошка с синяками на лице и на руках. Ребенок, не нужный ни матери, ни отцу, которому вменялось в вину лишь то, что она не родилась мужчиной. Тидарра ненавидела ее за это, ведь ей так и не удалось родить наследника королю.

Он подошел к дрожащей Кьяре, которая не сводила глаз с меня.

— Тогда многих из нас пленили, меня тоже. Я был немногим старше ее, но уже понимал — я не смогу ее оставить, потому что ее некому было защитить! Да! — заорал он, оборачиваясь. — Я не мог ее спасти, забрать отсюда, спрятать! Не мог тогда и не могу сейчас! Я не обладаю такой силой, я не обладаю такой магией, чтобы противостоять Тидарре! Я могу только защищать, подставляться под удары за нее, следить и охранять! Лучше я, чем эти безмозглые монстры! Осуждаешь? Презираешь? А на твоих глазах любимую терзали? Унижали? Били по щекам? Приказывали как собаке слепо подчиняться?

— Ты должен был ее убить! — представив Диали на месте Кьяры, я внутренне весь содрогнулся.

— Кого убить? Тидарру? Не разочаровывай меня, я думал, ты умнее! — Ворон потряс головой, отчего темные локоны упали на измученное точеное лицо. — Один неверный жест с моей стороны — и Тидарра избавилась бы от меня! Она мне и так не доверяет! Держит на коротком поводке, шантажируя Кьярой! Умно, не правда ли? Врага лучше контролировать и всегда держать под рукой!

Идиотская ситуация! Они мои враги и не заслуживают и капли моего сочувствия! Но внутренний голос подсказывал, что Ворон не дурак, и если он затеял этот разговор, значит ему есть что предложить мне.

— Ну! И какой у тебя план? Ты же не пожаловаться мне сюда явился?

Тьярри неопределенно пожал плечами.

— А плана нет. Я просто пояснил, зачем ты тут. Теперь Кьяра должна искупить свою вину перед матерью, родив ей внука. От тебя. От принца, обладающего наследной магией, входящей в грани камня Триединства, —он посмотрел в глаза, читая реакцию.

Нацепив маску беспристрастности, я скрестил руки на груди.

— С этим ты прекрасно справился и сам. Что дальше? Продолжай.

— А дальше все просто, Флориан, — тихо выдохнул Ворон. — Заполучив законного наследника Алайи в свои лапы, она устроит тебе несчастный случай с пышными похоронами, после которых король Антуанэль внезапно «умрет от горя». Кьяра, как твоя вдова и мать наследника, должна будет стать во главе объединенного королевства Алайи и Меридора, а сама Тидарра — регентшей при малолетнем короле. В какой-то момент дочь станет ей обузой и благополучно скончается от какой-нибудь заразы или яда — и вуаля! — она становится единовластной королевой, причем, заметь — без насилия и кровопролития, по сути — по закону.

Красивая картинка, и что закономерно, весьма правдоподобная и не раз приходившая мне на ум.

— Разве не король Скарольд затеял эту войну?

Ворон ухмыльнулся:

— Король Скарольд скоропостижно скончался, как только разгадал замыслы своей супруги. Смекаешь? И здесь дело не только в жажде власти, Флориан. Ей, по сути, плевать, на ваши королевства. Она хочет большего. Ты же знаешь про камень Триединства?

— Не держи меня за дурака! Как я могу не знать про королевскую магическую святыню?

— Так вот, — Ворон снова прошелся из угла в угол, с опаской прислушался и уже тише продолжил: — Магия Триединства, ее можно обуздать. Вот в чем цель Тидарры. Большая трехугольная плита, что сейчас хранится в главном святилище Меридора. Ты ее видел. На ней Тидарра будет проводить ваш обряд. Предание гласит, что если собрать по углам камня три магии разных королевских домов, можно стать обладателем такой магической силы, какой не ведали миры. Тысячи лет минули, но никто так и не смог этого сделать. Казалось бы, чего уж проще? Знаешь, почему? — Ворон не дал мне раскрыть рта и сам ответил на свой же вопрос: — Никто не смог договориться, кому она достанется! Ибо получит ее лишь один, а остальные останутся ни с чем… И в наше время многие пытались. Война за войной в погоне за властью. В конце концов Скарольд запер святыню в хранилище, Кавьердер заставили молчать, подчинив и сделав вассалом, а Алайя самоустранилась. Отбиваться это одно, но идти войной — совсем другое. Ни твои деды, ни твой отец на это не отважился…

— Мне предлагаешь отважиться? Ха-ха! Да ты безумец!

— Это единственная сила, что может побороть тёмную магию Тидарры.

— Еще есть армия и флот! — я говорил, но понимал, что это не поможет. Многолетние войны только изнурили нас, но не принесли хоть сколько-нибудь значимого результата.

— Воевать с ней бесполезно. Мы проиграли, и вы проиграете, — пожал плечами Ворон.

— Бред! — я пнул ногой помятую металлическую спинку кровати, и она загромыхала в воцарившейся было мрачной тишине. — Три магии — три королевских дома! Ну, допустим, даже если я на вашей стороне, это только один! Где взять две недостающие стихии? Королевский дом Воронов обезглавлен, ваш король доживает последние дни! А где ты возьмешь истинную магию Меридора? Ею обладают только мужчины королевской крови!