Дар Богов. Игры эгоистов - Анастасия Пальгунова

– Этот портрет сделан ещё до нашего рождения. Мама умерла при родах. Говорят, что мы вытянули из неё все соки. А отец… – она умолкла на какое-то время, но затем продолжила. – Его убили, когда мы были ещё совсем маленькими. До сих пор, убийца не найден, как с отцом Плакуса.

– Прости.

Замолчав, я почувствовала неловкость. Я, как всегда, сама деликатность. Заставила вспомнить человека такие неприятные воспоминания.

– Не бери в голову, – с грустной улыбкой ответила Себастия. – Это дело давно минувших дней. Давай спать, а то весь день проспим, а у нас ещё полно дел.

– Послушай, мне не даёт покоя тот факт, что раньше ты явно подрывалась по утрам раньше всех, а теперь встаёшь минимум после одиннадцати. Это как-то связано с твоим братом? – хитро прищурившись, спросила я.

– Ха-ха, – рассмеялась герцогиня. – Да, я та ещё соня. Это всё Тайл. Ему не терпелось научить тебя всему. Да и вообще, он очень любит вставать ни свет ни заря.

– Не терпелось учить меня? А что ещё он думал обо мне? – не выдержала моя женская натура.

Себастия хитро улыбнулась и похлопала меня по руке.

– Я не могу раскрывать секреты своего брата. Но прошу, не будь к нему слишком жестока. Дай шанс исправиться.

– Да он уже разорвал брачные обязательства, так что теперь мы просто семья, – я развела руки.

– А кем он был для тебя до этого? Разве вы успели перейти на другой уровень? – удивлённо подняла брови, подруга.

Я смутилась и покраснела. Сама уже не уверена в своих чувствах. Себастии не пришлось ничего говорить. Она взяла меня за руку и сказала:

– Не переживай. Всё скоро встанет на свои места. Просто у нас была необычная ситуация с братом и он не мог вести себя с тобой иначе. Всему своё время. А сейчас время спать.

И с этими словами, она легла на подушку и закуталась, как гусеница. Я порадовалась, что у нас два одеяла, а то мне бы ничего не осталось, так мастерски она всё под себя подвернула.

***

– Папа? – спрашиваю я.

– Да, родная? – отвечает отец.

– Как вы там? – беспокоюсь я.

– Всё хорошо, не переживай.

Я лежу у отца на коленях, а он успокаивающе гладит меня по голове. Это мой очередной сон. Возможность убежать от реальности. Побыть с родными людьми хоть где-то. Утолить тоску и поностальгировать.

– Мы поговорили с мамой и решили, что ты не спокойна. Тебя тревожит чувство вины? – внезапно спрашивает отец.

– Почему вы так решили? – я почему-то не хочу признаваться.

– Это невежливо отвечать вопросом на вопрос, дочь, – укоризненно качает головой отец.

Я тяжело вздыхаю. Папины принципы непоколебимы. Он никогда не отвечает на такие вопросы. Придётся признаться.

– Да. Я виню себя за то, что оставила вас. Что малодушно отказалась, и осталась в мире, который сейчас мне комфортней. И я виню себя за то, что вы переживали за меня и не спали по ночам.

Отец останавливает меня, мягко касаясь моих губ ладонью. Смотрит, улыбаясь, и качает головой.

– Мы твои родители. Мы всегда переживали о тебе и будем переживать. Но мы никогда в жизни не хотели бы, чтобы наша дочка страдала от угрызений совести. Я с твоей мамой всегда желал и продолжаю желать тебе всего самого лучшего. Если в том мире ты чувствуешь себя комфортней и уютнее, то мы счастливы. Нам главное знать, что с тобой всё в порядке. Иногда навещай нас во снах, как ты делаешь это сейчас. Но перестань корить себя. Мы никогда не винили тебя. Так что и ты прости себя. Наслаждайся своей жизнью. Не грусти понапрасну о стариках.

– Папочка…

Слёзы льются из глаз. Я вскакиваю, заключая в крепкие объятия отца. Он ласково гладит меня по спине, успокаивая.

– Ну-ну, будет тебе. Лучше расскажи ещё что-нибудь интересное. Я всегда хотел побывать в каком-нибудь таком месте.

Отец заговорщицки подмигивает мне и я, не удержавшись, начинаю смеяться.

Глава 14. Сгущающиеся тучи

Собирая меня, Аппий бегал как подстреленный вокруг и причитал:

– Неужели всё настолько серьёзно, что вызывают даже вас, госпожа?

Мне от его вопросов было не легче. Вчера вечером мы получили письмо, в котором Император призывал меня в ряды доблестной армии, как крайне необходимого жреца. Я сомневалась в своей способности помочь им, при этом не подставив, но делать было нечего.

Себастия стояла у окна. Думаю, сейчас она испытывала не самые приятные чувства. Ей придётся остаться одной, без возможности узнать, что происходит, дожидаясь лишь редких общих новостей, не передающих всей информации.

– Я постараюсь по возможности связываться с тобой, – попыталась обнадёжить её я.

Герцогиня улыбнулась лишь уголками губ, но ничего не ответила.

– Госпожа, Булка готова к вылету, – доложил Аппий.

– Почему? Разве это будет не переход? – удивилась я.

– Нет. К сожалению, это невозможно в данный момент, – продолжил смотритель.

– Подожди. Ты хочешь сказать, что всё зашло так далеко? – обернулась Себастия, её глаза округлились.

– Я не знаю, госпожа. Мне только доложили, что сейчас это не безопасно.

Себастия посмотрела на меня. В её глазах читалась тревога. Я не сразу сообразила, что это означает полный контроль вражескими силами наших порталов, или, что наши подозревают такую возможность у врагов.

– Не переживай. Уверена, это временные меры, – попыталась я успокоить её.

– Надеюсь, – сухо ответила Себастия.

Мы спустились вниз, к Булке. Она уже была в полном снаряжении и нетерпеливо мяла траву лапами. Завидев меня, лиса громко тявкнула, приветствуя. Я почесала её за ухо.

– Ладно. Я постараюсь изобразить девицу в темнице, которая ожидает спасения принцем, – неловко улыбнувшись, сказала Себастия. – Береги себя. И передай брату от меня привет.

– Хорошо. И ты себя береги.

Что я ещё могу ей сказать? Не переживай? Не грусти? Понятно, что она не бесчувственная кукла и всё равно будет волноваться.

Крепко обняв герцогиню, я полезла на лису. Призвав её, я приказала взлетать. Булке дважды повторять не пришлось. Мы быстро и легко взмыли в небо. Дыхание, как и всегда, перехватило. Ветер, сильным порывом, попытался сорвать меня с седла, но тренировки не прошли даром, и я гордо выдержала, только сильнее подавшись навстречу.

Лететь нам нужно было примерно три часа. Это значит, что Булке потребуется три прыжка. Я не особо торопилась, поэтому попросила лису не тратить понапрасну силы, к тому же, не понятно, что нас ждёт в конце пути.

Под нами раскинулись всё те же разноцветные одеяла, сшитые вместе. Маленькие городки казались