Легенда о лиловом драконе (СИ) - Эн Вера

— Что теперь все время извиняешься, — Лил не удержался и взял ее за руку. — Не надо. Пожалуйста. Хотя бы передо мной.

Ариана задумчиво перевела взгляд на их руки, и ему на мгновение показалось, что она не довольна его вольностью. И пусть вчера она сама переплетала свои пальцы с его и даже обнимала за шею, все это осталось в минувшем дне, когда эмоции били через край и, что бы ни сделал, всего казалось мало. Сегодня все иначе. Да и Ариана уже не девятилетняя девочка, а невеста на выданье, и позволять дракону прикасаться к себе…

— От твоих рук так тепло, — словно самой себе сказала она. — А я почти все забыла…

Лил подавился придуманными оправданиями.

И разве нужно было допытываться, за какие заслуги ему послана Ариана? Он только сжал ее ладошку и в тысячный раз пообещал богам сделать все что угодно, лишь бы она была счастлива.

Глава двадцать первая: Майская гроза

Дни потянулись один за другим. Лилу везло на охоте: ни разу он не возвращался домой без добычи. Ариана тщательно разделывала ее, часть оставляя впрок, а с другой частью отправляя Беанну на рынок: несмотря на ее положение, торговля Беанне удавалась гораздо лучше, чем сестре. То ли из-за дракона на дворе, то ли из-за суровой сестры, переспорившей самого градоначальника, оскорблять Беанну в открытую горожане побаивались; только окидывали осуждающим взглядом, а потом все равно покупали мясо и шкурки. Первое время Беанна, конечно, возвращалась домой в слезах, и Ариане стоило немалого труда убедить ее, что скоро будет проще. А потом кто-то пустил по Армелону слух, что Беанна стала невинной жертвой разбойников, когда собирала хворост в лесу, и презрение сменилось жалостью.

После этого торговля у нее и вовсе заспорилась.

— Если бы Тила вовремя женился, ничего подобного не случилось бы, — судачили кумушки, едва завидев рыжеволосую Беанну. — Разве ж это дело для молодой девушки — в лес за дровами ходить? Будь жив Хедин, он бы о дочерях позаботился. А теперь вон чего…

Ариана занималась домашним хозяйством. Отмывала дом после зимы, латала поизносившуюся одежду, готовила еду. Последнее ей особо удавалось. Лил понятия не имел, что из обычных продуктов можно сотворить такие нежные, сочные и вкусные блюда. Даже Беанна после ужинов веселела и переставала его задирать, а уж про самого Лила и говорить было нечего. Он совершенно искренне восхищался каждым поданным Арианой яством и в конце концов заслужил краску смущения, появившуюся на ее щеках, и ответный комплимент:

— Ничего этого не было бы, если бы не ты…

И даже Беанна не могла не согласиться с сестрой.

Лил не оставлял себе ни одной свободной минуты. Если он не пропадал на охоте, значит, обустраивал жилище. Он не чурался никакой работы и умел, казалось, все на свете. Выровнял и смазал двери и ставни, заменил прогнившие половицы, отремонтировал дышавшие на ладан кровати. Помог расчистить заросший огород и вскопать еще мерзлую землю. А уж о дровах и воде, которыми он постоянно снабжал сестер, и говорить не стоило.

Ариана однажды попыталась его угомонить, пошутив, что такими темпами он отработает все четыреста рольдингов за один месяц, но Лил так взглянул на нее, что Ариана снова зарделась и никогда больше не возвращалась к этой теме.

Периодически к ним заглядывал Тила. Сначала с проверками поведения выкупленного дракона, потом с предложениями помочь сестрам в их нелегкой жизни. Лил ненавидел эти посещения лютой ненавистью.

После них Ариана становилась не похожа сама на себя, запираясь в раковине, и все успехи Лила по возвращению ее в нормальное состояние пропадали даром. Приходилось начинать сначала, и порой ему казалось, что он поставил перед собой непосильную задачу. Особенно когда однажды Ариана, совершенно ушедшая в свой мир, обратилась к нему с жуткой просьбой:

— Лил, пожалуйста, называй меня Рианой, — сдержанно и безучастно проговорила она. — Я уже привыкла к этому имени и, если тебе не трудно…

— Очень трудно, — жестче, чем когда-либо, ответил похолодевший Лил, потому что в тот момент почти поверил в ее равнодушие. — Оно подходит тебе не больше, чем Райан. Не представляю, кому пришло в голову так тебя обозвать.

Он нарочно вел себя вызывающе, отчаянно надеясь расшевелить Ариану, и потому ожидал любой реакции. Она могла рассердиться, могла обидеться, но больше всего он боялся, что она просто не обратит на его слова внимания. Такое уже случалось не раз, и Лил потом не находил себе места, пытаясь понять, сделал ли он что-то не так или просто попал под это своеобразное настроение Арианы. Вот только второе было гораздо более страшно.

Ариана долго смотрела на него отсутствующим взглядом. Но в тот момент, когда Лила начало ощутимо потряхивать, вдруг моргнула, замотала головой, а потом закрыла лицо руками.

— Спасибо! — выдохнула она и ушла быстрее, чем Лил мог что-либо сообразить.

После этого случая немного полегчало. Ариана старательно вынимала себя из другого мира, когда общалась с Лилом, но от близости первых дней не осталось и следа. Лил, конечно, не рассчитывал, что Ариана снова и снова будет кидаться ему на шею, но никак не думал, что она может превратиться в холодную и почти чужую девушку, которая словно совсем в нем не нуждалась.

Кажется, даже Беанна заметила, каких трудов ему стоило мириться с такой Арианой. Он из кожи вон лез, чтобы хоть ненадолго, хоть на пару минут облегчить ей жизнь и напомнить, сколько радостей та может в себе таить. Они словно поменялись с Арианой местами: в детстве именно она пыталась внушить Лилу, что быть драконом не приговор, и показать, как даже для него мир может быть дружелюбен и приветлив. И Ариане это удалось. А вот Лилу…

— Раньше было хуже, — заметила Беанна, когда Лил почти потерял надежду. И он взялся за дело с новой силой.

Может быть, богини вознаградили его за добрые намерения? Наверняка Ойра с Ивон придумали эту грозу специально для него, ведь они всегда были снисходительны к драконам. Как бы то ни было, Лил воспользовался подарком сполна.

Гроза в мае не была редкостью. Но такого ливня, как сегодня, не ждал никто. Потоки воды низвергались с неба и не думали прекращать свое мокрое дело. Черные тучи превратили день в сумрачный вечер, утопив вместе с огородом хоть сколько-нибудь хорошее настроение.

Первый гром бахнул так, что на столе зазвенела посуда. Беанна поежилась.

— Не люблю грозу, — пожаловалась она. — Еще и маленький с утра разошелся: как будто чувствует.

Маленьким она называла будущего ребенка. Он активно рос и все чаще напоминал о своем существовании, проверяя собственное укрытие на прочность. Беанна сначала заметно нервничала в такие моменты, а потом стала нежно класть руки на округлившийся живот, и на губах у нее появлялась чуть отстраненная улыбка.

Первые крупные капли ударили в окно.

— Грибов будет тьма, — заметил Лил, все время старательно искавший хорошие стороны у любого события. — После такого-то полива.

Он осторожно посмотрел на Ариану, но та задумчиво мешала ложкой кашу в тарелке и не слышала ни его, ни сестру. Беанна покачала головой.

— Риана! — громко позвала она. — Твой дракон, между прочим, намекает, что сыт этой кашей по горло и желает полакомиться грибным супчиком!

Лил едва не подскочил от подобного заявления. У него и в мыслях не было предъявлять Ариане хоть какие-то претензии. Но все же у Беанны был, несомненно, больший опыт общения с сестрой. И ее метод, слава Ойре, пока работал.

Ариана встрепенулась.

— Я… хоть сейчас… — начала было она, готовая немедленно схватить корзинку и бежать в лес. Но Беанна ее тут же осадила.

— Ага, самое время, — съязвила он. — Как только лодку допочиняю, так сразу и поплывем.

— Лодку? — непонимающе спросила Ариана, и Беанна обреченно махнула рукой.

— Ты в окно-то хоть посмотри, — раздраженно сказала она. — Весна пришла, пора выходить из спячки!

— Я… не сплю, — попыталась оправдаться Ариана и подняла виноватые глаза, но не на сестру, а на Лила. — Я просто задумалась.