Легенда о лиловом драконе (СИ) - Эн Вера

— Ты же вроде как нашла, кому пристроить мою порцию, — задиристо отозвалась она, отлично понимая, что Ариана не пришла бы, если бы не желала помириться. Значит, она сделает все, чтобы Беанна сменила гнев на милость. Может быть, даже отошлет подальше своего дракона. Главное — правильно с ней держаться, но при этом не перегнуть палку.

— Я не хотела, чтобы так получилось, — покаялась Ариана. — Но не могла позволить тебе задевать Лила — это по меньшей мере невежливо.

Беанна передернула плечами.

— Почему меня должно волновать то, что думает дракон? — делано возмутилась она. — Он обязан быть благодарен уже за то, что ты вытащила его с того света, и не рассчитывать на что-то большее!

— Поверь, он и не рассчитывает, — очень тихо произнесла Ариана. — И тем неприятнее для меня твои выпады в его сторону. Лил столько перенес, сколько нам с тобой и не снилось. И мне бы не хотелось, чтобы моя родная сестра добавляла ему мучений.

Беанна задумалась. Кажется, Ариана говорила гораздо меньше, чем чувствовала на самом деле. Она тщательно выверяла каждое слово, чтобы не обидеть вновь Беанну, но за ее сдержанностью последней вдруг почудилась тайна, хранимая сестрою много лет. Неужели Риана могла… влюбиться? Вот эта холодная, расчетливая, скрытная девушка — неужели в ней еще оставались обычные человеческие эмоции? И неужели их вызвал… дракон?

— Значит, ты предпочла его собственной сестре? — старательно надув губки, произнесла она. Ариана вздохнула и отвела взгляд в сторону.

— Ты же знаешь, что это не так, — устало и совершенно бесцветно сказала она то, что говорила Беанне уже не раз. Но потом вдруг добавила: — Пожалуйста, не лишай меня радости хотя бы сегодня! Я… так хочу вспомнить, что это такое!

Беанна изумленно уставилась на сестру. Столько силы было в ее голосе и столько невысказанных страданий, что Беанне вдруг стало стыдно. Риана возилась с ней почти год, жалея, оберегая, утешая, а ведь она была младшей! Она столько взяла на себя после гибели родителей и ни разу не высказала Беанне претензий за ее легкомыслие и нежелание принять неизбежное. Она, кажется, и не плакала ни разу с тех самых пор, как Беанна освободила ее из отцовского заточения, даже на кладбище держа горе внутри и не позволяя себе проявить слабость. Она сегодня — страшное дело! — пошла против градоначальника, только чтобы выручить того, кого когда-то называла своим единственным настоящим другом. Он едва не погиб на ее глазах, и только добрая воля богинь помогла Риане сохранить Лилу жизнь. И судя по тому, что Беанна сегодня видела, это был лучший подарок в жизни ее сестры. Так для чего же Беанна хочет все испортить? Из ненависти к драконам? Так Лил совсем на них не похож, и называла его Беанна так только по вредности. Из страха перед сплетнями? Так она сама уже сделала все, чтобы сплетни сопровождали ее всю жизнь, и Риана не имела к этому никакого отношения. Чтобы поставить сестру на место? Нет, Беанна никогда не отличалась жестокостью. Она могла обижать Риану, пытаясь отстоять свое место в жизни, но не способна на гнусности и предательство. Как бы тяжело ей не было.

— Почему опять овсянка? — плаксиво поинтересовалась она, не желая до конца сдавать свои позиции. — Ты же знаешь, что я ее не терплю.

Ариана вздохнула.

— Потому что больше ничего не осталось, — терпеливо, как маленькой, объяснила она. — Я надеялась разыскать в родительских вещах что-нибудь, что можно было бы продать, но, похоже, до лета нам придется затянуть потуже пояса.

Беанна помолчала, обдумывая их плачевное положение.

— Вся надежда на твоего Лила, не так ли? — поджав губы, проговорила она. Ариана посмотрела сестре в глаза.

— Знаю, ты думаешь иначе, но время все расставит по своим местам, — сказала она и поднялась на ноги. — Пойдем ужинать, а то каша совсем остынет.

— Или ее всю слопает твой дракон, — усмехнулась Беанна, но так, чтобы сестра не обиделась. И Ариана поняла, что какой-никакой, а мир установлен.

Беанна молча ела нелюбимую кашу, тайком поглядывая на Лила, который, в свою очередь, старательно отводил взгляд от Арианы. Сестра ничего не замечала, то хлопоча по хозяйству, то вдруг погружаясь в свои мысли. Беанна за последний год уже привыкла к такой картине, но вот Лил явно не находил себе места, несколько раз порываясь встать и тут же одергивая себя, чтобы, не приведи Ивон, не помешать Ариане. Беанна незаметно усмехалась и поражалась самой себе.

Не сказать, чтобы после разговора с сестрой она немедленно прониклась к драконам симпатией. Да только рядом с ней за столом сидел вовсе не дракон. Там сидел смущенный и замученный мальчишка, которого, несомненно, вгоняло в дрожь все творящееся вокруг и который стойко преодолевал свои страхи, беспокоясь только за уставшую Ариану. Он, разумеется, отказался от добавки каши, хотя Беанна ни секунды не сомневалась, что из-за этого он ляжет спать голодным. А кстати…

— Ты, конечно, уже придумала, где твой не гость будет ночевать, — прервала она затянувшееся молчание и выдернула сестру из очередных размышлений, заставив вздрогнуть. — Предупреждаю сразу: в этих стенах он не останется! И можешь даже не спорить; иначе я позову соседей, и, поверь, они будут на моей стороне!

В глазах Арианы появилось сначала удивление, а потом раздражение.

— Ты предлагаешь мне выставить Лила в ночь на улицу? Кажется, мы уже обсудили этот момент.

— Мы обсудили время до захода солнца, — возразила Беанна и посмотрела сестре в глаза. — Я не о себе забочусь, дурочка, — неожиданно очень серьезно проговорила она, — мне-то что? А у тебя вся жизнь впереди. И я не позволю тебе ее загубить, даже если после этого ты меня все-таки возненавидишь!

Ариана отлично понимала, что имеет в виду старшая сестра. И ночи под одной крышей с мужчиной будет довольно, чтобы женщину назвали распутницей и навсегда поставили на ней крест. Тила, в отличие от Беанны, сказал сегодня об этом прямо и красочно расписал последствия. Но невозможно было даже подумать о том, чтобы отпустить куда-нибудь Лила. И если для его безопасности потребуется рискнуть своим будущим…

— Я… — начала было она, но Лил перебил ее.

— Твоя сестра права, Ариана, — проговорил он и посмотрел на нее почти так же, как Беанна. — Ты и так делаешь для меня слишком много. С моей стороны будет черной неблагодарностью…

Беанна закатила глаза. Ох, и забавный экземпляр дракона им достался! Сначала на эшафот пошел, лишь потому что обещал никогда не трогать людей. Потом вдруг с Беанной согласился, хотя она только и делала, что нападала на него, пытаясь всячески унизить. А теперь вот лопочет что-то о том, чтобы Риана не беспокоилась за него, что он привык жить не в доме, что…

— Ойра, ну и пафос! — прервала она пререкания сестры с товарищем. — Чай, мы не звери какие — выставлять больного человека на улицу. Вон у нас во дворе отличный сарайчик: он совершенно пустой и замечательно подходит для того, чтобы там обосноваться. Риана постелет.

Она улыбнулась и, весьма довольная собой, удалилась в свою комнату. Ариана проводила ее долгим взглядом, в котором соседствовали удивление с облегчением, и отвлеклась только от фразы Лила:

— Если ты не будешь возражать… Это больше, чем я мог рассчитывать.

Ариана глянула на него и вздохнула.

— Это как-то не по-человечески, Лил, — проговорила она. Но он мотнул головой и сделал несколько шагов к ней.

— Это как раз по-человечески, Ариана, — очень серьезно сказал он. — Если, конечно, ты считаешь меня мужчиной, а не домашним зверьком.

Она хотела было возразить, что он никакой не зверек, а ее лучший друг, но вдруг заробела, почувствовав, как к щекам приливает кровь. Лила тут же опалило ее жаром. Он опустил голову, поняв, насколько двусмысленными могли показаться его слова, но придумать, как исправить ситуацию, не мог. Смущение Арианы было словно бальзамом на душу, раненную ее отрешенностью. И так не хотелось возвращать себя на землю.

Наконец Ариана более или менее овладела собой. Зажгла от печи лучину и протянула ее Лилу.