Связанные луной - Ольга Князева

зверя и маня его выйти наружу. И как же сложно противиться ее зову. Особенно когда ты не обращался уже больше месяца. А все из-за Карины. В последнее время все из-за нее. Но при чем здесь обращение? Ведь волк – это его вторая сущность, часть его, а из-за этой девчонки он словно стал стесняться того, кто он есть на самом деле. Пару раз ему даже хотелось быть как она, быть простым человеком. А ведь он никогда о подобном не думал и даже искренне сожалел младшему брату, лишенному своей звериной ипостаси.

Выйдя на балкон, он посмотрел на круглый диск луны, чувствуя, как каждая мышца в теле напряжена до предела, как ускоряется сердцебиение, как изменяется зрение… Но нельзя. Тогда он не сможет остаться здесь, ведь лишенный воли на такой большой промежуток времени зверь просто не усидит на одном месте, а Святослав запретил покидать их улицу. Сейчас, когда отвергнутые становятся все храбрее и позволяют себе нападать не только на людей, но и на них, стае нужно держаться вместе. Чужаки и так забрали достаточное количество их волков, при этом до сих пор оставшись безнаказанными.

Уловив странное движение, Даниил, склонив голову вниз, пробежался изучающим взглядом по темному двору. Просто кошка. Но на душе все равно тревожно. Это ощущение не оставляет его со смерти друга и он понимает, чувствует, что грядет что-то ужасное. Святослав сильно изменился за последнее время и его поступки и действия трудно оправдать. Он создает лишь видимость, что занимается поисками отвергнутых, когда на самом деле его целью является отыскать и собрать все «лунные слезы». Это заметили уже все, даже его отец решился пару раз высказаться на этот счет альфе. Но тот похоже слишком ослеплен желанием заполучить в свои руки безграничную власть над миром оборотней, ведь не слышит никого, только зов «слез».

Да и отвергнутых он видно думает использовать. Хотя глупо ждать пока они найдут еще несколько «слез», ведь забрать их потом будет еще сложнее. Уже и старейшины всполошились, узнав, что происходит, но Святослав отверг их предложение о помощи, побоявшись, что взамен они отнимут у него его реликвию. Вот только владеть такой силой ему вряд ли позволят. Среди волков уже ходит слух, что старейшины собираются посетить их город, чтобы покончить с отвергнутыми и забрать на хранение собранные «слезы». Пока не стало слишком поздно и власть над Лунным миром не перешла в руки одного оборотня.

Все происходящее стало напоминать комедию абсурда. Две стаи уживаются в одном городе, при этом одна из них постоянно сокращает численность второй, альфе которой похоже просто плевать на это. А ведь раньше Святослав был другим. Как же быстро он смог измениться. Разослав самых верных волков на поиски «слез», в то время как он сам заперся в своем доме вместе с охраной и только и делает, что планирует, как поступит, когда «Лунная слеза» окажется у него. Об этом ему рассказал отец, все еще продолжающий верить, что как только Святослав получит желаемое, он сразу образумится и все станет как прежде. Но как все может стать как прежде, когда у их альфы появится безграничная власть над оборотнями? Не зря же он так настроен собрать воедино «лунные слезы», чтобы продолжать вести тот же образ жизни.

Но не только это его сейчас мучает. Из головы настойчиво отказывается выходить Карина, прочно засевшая в его мыслях. После их вчерашней встречи все стало только хуже. Он глупо надеялся, что сможет обуздать себя, подавить страсть и влечение, но после второго поцелуя, стало только хуже. Теперь ему еще больше хочется прикасаться к ней, целовать ее, вдыхать запах ее тела.

А ведь поначалу все шло хорошо, он старался держать себя с ней как можно отстраненнее, но не выдержал, сорвался.

«Я люблю тебя» – прошептал он ей пере уходом, но она кажется даже не услышала его.

Чувствуя, как сердце забилось еще быстрее, он тихо зарычал, вновь пытаясь выкинуть кудрявый образ из головы. Вот только мысли вновь и вновь возвращались к тому поцелую, ко вкусу ее губ и…

Но тут, совсем где-то рядом, раздался одинокий вой, который спустя несколько секунд подхватили еще несколько оборотней. Отвергнутые. Совсем рядом.

Больше он ни о чем не думал, в нем сработали инстинкты, звавшие его защищать свою стаю и альфу. Действуя машинально, он выбежал из дома. Обращение прошло довольно болезненно, сказывалось долгое сдерживание зверя, так что ему понадобилось некоторое время, чтобы полностью обратиться и прийти в себя. Когда же он вдохнул прохладный воздух и прислушался к звучащему совсем рядом рычанию и вою, вокруг него собралась большая часть стаи.

Волки сплотились и словно по команде бросились вперед, на этот раз не собираясь прощать отвергнутым столь глупое вторжение. Но ситуация явно была не в их пользу. Чужаков оказалось намного больше и что самое ужасное, все они сгруппировались вокруг дома альфы. Помимо злости его захлестнул страх. В доме их лидер, его отец и его девушка.

Больше всего его пугала возможность потерять Карину. Она совсем беззащитна против оборотней и не сможет даже убежать. Они ее не убьют, она ведь нужна их альфе, но они посмеют забрать ее от него, а этого он не может допустить.

Страх погнал его вперед и не отдавая себе отчета в том, что делает, он не задумываясь бросился к дому альфы. Ему нужна была только она, все остальное отступило на второй план. Он и сам не понял, как смог так удачно прорваться к самому дому, ну а дальше его повел за собой запах девушки, за которым он последовал на задний двор. Ограда была уже снесена и несколько отвергнутых пытались взять в кольцо альфу и его отца. Первым порывом было броситься к ним, но увидев у самой калитки хрупкую женскую фигуру, следом за которой уже бросился один из волков, он поспешил к ней.

Карина так и не смогла добежать до выхода. Прежде, чем на нее прыгнул оборотень он сам сбил ее с ног, повалив на землю, подальше от острых когтей и зубов. Тут же выпрямившись и глухо зарычав, он бросился на волка, по запаху узнав этого мужчину, который как и он, совсем недавно пытался найти у кудряшки одну из «слез». Пригнувшись к земле, он набросился на отвергнутого, откинув его как можно дальше от Карины, но оборотень моментально вскочил на ноги, не позволив вцепиться себе в глотку и заставил его ближе придвинуться