Закрытый мир. Причины неповиновения - Дарья Сокуренко

Она пытается уйти, но Корнан хватает ее за руку. Тилли чувствует себя слабой и загнанной в угол. Ее тело еще не насытилось энергией — против полноценного мага она сейчас хрупкая как тростинка. Тилли раздраженно высвобождается и отталкивает его от себя.

— Чего вы все пристали к моей руке? Сначала Ричард меня хватает, теперь ты, — она потирает тонкое запястье. — То что ты сильнее не дает тебе право так себя вести. Я сказала тебе ты ошибся.

— Хорошо, — говорит Корнан, имея в виду, что тема не закрыта. — Какое тогда твое смертное имя? Молчишь? Не придумала?! Что ты вообще тут делаешь? Я искал тебя так долго, так долго всматривался в лица похожие на твое, что совсем забыл как ты выглядишь на самом деле, запомнил только твои золотые волосы и голубые глаза.

— У тебя всегда была плохая память на лица, — неожиданно вспоминает Тилли, перед ней человек, которого она меньше всего ожидала увидеть. — Ты сам как здесь оказался? Разве бывают такие совпадения? Из всех людей сюда послали тебя. Смешно.

— Не разделяю твоего веселья, — сейчас Корнану так больно, что все чувства притупляются, оставляя внутри пустоту. — Тебе до такой степени безразлично все? Твоя семья? Родители? Я?

— Сам знаешь, что это неправда, — она старается не смотреть на него. — Я всегда любила тебя, во всем мире для меня нет никого роднее.

— Ты ужасная сестра, знаешь об этом?

— Рим, — шепчет Тилли, ее голова кружится, а ноги подкашиваются, этот надоедливый незнакомец, что вызывал в ней такие смешанные чувства, оказался ее родным братом. — Неужели это и правда ты? Как вообще такое возможно?

— Рим умер! — он взрывается, ему тоже не верится в происходящее. — От горя. Он не пережил того, что ты исчезла. Ничего удивительного это всегда было в твоем духе. Маленькая деревня была слишком тесной для тебя, тебе всегда там было очень скучно, настолько, что ты за пять лет даже ни разу не вспомнила обо мне.

— Это не правда, — ей больно это слышать.

— Тогда пошли со мной, — Корнан любит ее так сильно, что не может и в самом деле обидеться на нее, все что ему нужно, так это чтобы она была рядом. — Навестим родителей, ты расскажешь все что с тобой случилось.

— Ты заигрывал со мной, — неожиданно понимает она, и это вызывает у нее истерический смех. — Практически непристойно приставал. И вот теперь…. Нет, ну мне тяжело было тебя узнать. Ты же совершенно изменился, ты даже выглядишь не на свой возраст. Но ты то сам, — пока Тилли давится смехом, он осуждающе смотрит на нее, ему совсем не до веселья. — Я ведь ни капли не изменилась. Как ты мог не узнать меня?! А если бы мы сблизились и совершили бы что-то. Что-то ужасное. Например поцеловались, — ее истерика сменилась паникой и она испуганно прикрыла рот рукой. — Магические силы, а ведь мы и правда чуть не поцеловались. О чем ты только думал?!

— Как ты можешь быть такой несерьезной? — спрашивает Корнан, пока она своими слабыми кулачками колотит его по предплечью. — Тебе совсем все равно, что я чувствую? Ты самый близкий человек для меня, Миралисса. Я на все готов ради тебя. Пожалуйста, вернись домой. Или просто пошли вместе.

У Тилли на глаза выступают слезы. Она хочет, очень сильно хочет уйти с ним. Но кто же ей позволит. Этот разговор и сам по себе опасен для него. В глубине души Тилли не верила, что Диеш и правда убьет его. Но что она на самом деле знала о своем мрачном учителе? Ей не было понятно абсолютно ничего, кроме того, что каждый ее поступок, каждое сказанное слово может иметь ужасные последствия.

— Мне сейчас нельзя отвлекаться от учебы, — говорит она, сдерживая дрожь в голосе. — Диеш будет недоволен и выгонит меня….

— Ложь! — Тилли подпрыгивает от его громкого восклицания. — Ты исчезла не сказав ни слова. Что тебя здесь держит? Как ты сюда попала? Почему ты не хочешь домой?!

— Да что ты пристал?! Что ложь?! — слезы просятся наружу. — Сам говорил: “Диеш Кагра не берет учеников”. Знаешь чего мне стоило попасть к нему в ученицы?

— Чего? — Корнан бледнеет и ей становится смешно, что он мог подумать о чем-то настолько грязном, ее брат ничего не знает о ее учителе, он и понятия не имеет какой Диеш на самом деле: холодный и непогрешимый, словно и не человек вовсе. — Что он тебе сделал?

Она смеется.

— Ничего! Он распознал мой талант, и я уговорила его научить меня магии, — Тилли врет ему в лицо и ей даже все равно, поверит Корнан ей или нет, правду она ему не скажет, даже если Диеш не убьет его, это его не касается. — Вот и все. Да я бросила тебя и ни разу не вспоминала, и ты обо мне забудь. И еще, — она уже собирается уходить, но останавливается. — Не смей ничего говорить Диешу, не хочу чтобы он знал, какой слабый и бездарный у меня брат.

Она все-таки уходит.

— С Днем рождения! — со злостью кричит Корнан ей вслед.

Тилли запирается в своей комнате. Она сделала это, поборола иллюзию, что может уйти отсюда домой вместе со своим братом и будет все как раньше. Ей даже не кажется странным, что она сразу не поняла, что это он. Находиться в неведении и заблуждаться уже вошло ей в привычку.

Тилли абстрагируется от всего. Сдается. Опускает руки. Из пола вверх поднимается стая черных птиц, а если быть точнее — теней в форме птиц. Хлопая крыльями, они уносят ее далеко от Черного замка.

Леалея

Когда буря в душе утихла, Корнан начал жалеть о своих словах. Он понятия не имел, что с ней произошло и как она здесь оказалась. Ему следовало сначала все узнать, а потом уже нападать на нее с обвинениями. Надо было поговорить еще раз. Обсудить все. Может Миралисса согласится с ним. Может другой возможности уже не будет. Обдумывая что стоит сказать, чтобы убедить ее, Корнан отправился на поиски сестры. Дверь в ее комнату оказалась открыта. Тилли внутри не оказалось. Зато там был Диеш. Он стоял на коленях и чертил руны на полу.

— Где она? — гоня от себя дурные предчувствия, спросил Корнан.

— Ты мне скажи, — голос Диеша звучал как всегда спокойно, но парня от него бросило в дрожь. — Ты с ней последним виделся.

— Если бы я знал где она, разве пришел бы сюда, — прошептал