Парвус. Часть 2 - Рясков

что было бы жалко, если бы она умерла из-за того, что он себя плохо контролирует. Однако следующая ночь опять стала темной.

Чем чаще в пустыне они с Лисой встречались, тем забавнее она казалась и тем сложнее было ее вырубать. Случайно брошенные ей шутки вдруг начали его веселить, и Пес понял, что ждет, когда Лиса вновь появится.

Его стали посещать мысли, что как бы медленно он не убивал себя с помощью зависимости, он все же хотел жить дальше. Но Эйкену казалось, что он упал на такое дно, с которого выбраться уже невозможно.

Тот день, когда Лиса спасла ему жизнь в первый раз, стал переломным. Вынужденное заточение в убежище Назира сопровождалось ломкой. Внезапная ясность сознания упала на него тяжелым грузом, но вместе с тем, пришло понимание, что он способен жить в таком состоянии.

Эйкен по-прежнему чувствовал себя разбитым, но появились силы делать что-то ради будущего. А эмоциональная речь Лисы про мечту пробудила желание помочь ей. Он подумал, пусть она и работает на Грязного, но зато смешно говорит. Лиса спасла его жизнь, взамен он хотел спасти ее. Пес за всю жизнь убил столько народу, что хотел спасти хоть кого-то, даже если причина этого и была глупой. Эйкен тогда и не представлял, к чему это все приведет, и что он вновь начнет доверять людям, благодаря двум одиночкам, случайно встреченным в пустыне.

Пропажа Назира вызвала у Пса ужасную тревогу. Мужчина, только вернувшийся к нормальной жизни, боялся вновь упасть в яму отчаяния от потери близкого. Когда Эйкен услышал знакомые ругательства от пленника на верблюде, то улыбнулся.

Пес и вообразить не мог, что спасение Назира, закончившееся его смертью, не вернет его жизнь к руинам. Дороже старика у Эйкена никого не осталось. Лиса, что его дождалась и приходила вновь и вновь, не имея никакой логичной причины для этого, становилась для Пса все важнее. После того как она на глазах у апперов выстрелила из нарезного пистолета, его сердце замерло.

У нее была всего одна жизнь, и Лиса рискнула ей, чтобы спасти его. До этого Эйкен думал, что она лишь кажется искренней и что им хорошо вместе только потому, что Лиса, как и Аниса, подстраивается. Тогда на площади Пес осознал, что уже давно всецело доверяет любительнице чая и что ее потерю он уже не переживет.

Глава 21. Заключенный

Тюремная дверь открылась. Прилично обставленная комната встретила запахом сырости. За тяжелыми бархатными шторами располагалась личная ванная. У стены стояла огромная кровать, возле диван со столиком и кресло напротив.

Эйкен приветственно махнул заключенному. Зеленые змеиные глаза того метнулись с планшета, который не имел возможности подключиться к сети, на вошедшего мужчину.

Растянувшийся на мягком диване отбросил гладкие черные волосы за спину и сел так, чтобы у Пса была возможность опуститься рядом на диван. Эйкен повертел черный легкий браслет и сообщил:

— Как и просил. Углы не такие жесткие. Больше не порежешься случайно.

Поимка Грязного произошла с помощью маячка слежения, который Пес сделал по памяти. Они с Лоем как-то читали про него в архиве, так глубоко в библиотеку мало кто заглядывал. Фактически они нашли чертежи случайно, наугад листая страницы. Тогда они не особо обратили на это внимание. В древности создавалось много изобретений, которые могли поразить жителей Парвуса, и маячки не были самыми интересными из них.

Когда Лиса сообщила Эйкену, что ей нужно отнести слайдер Грязному, то желтоглазый сразу подумал, что было бы неплохо поймать его. Велиор периодически давал Псу задания по поиску бандитов в трущобах. Все чаще среди них встречались приверженцы одной банды. За те годы, что Эйкен убивал себя ядом, банда разрослась. Полиция теряла влияние, а прозвище Грязный звучало на улицах постоянно.

Пес пришел к Велилору, сразу выложив информацию, что после убийства Анисы, сидел на яде, но завязал, и что может помочь в поимке главаря банды. Правитель уже и не надеялся, что его самый верный человек вернется на службу. Велиор знал, что тот подсел на яд, и видеть его в ясном сознании было приятно.

Эйкен же с порога сообщил, что хочет вернуться к должности аппера, с которой его забрали в личные наставники к Лою. Велиор сказал, что примет решение по исходу миссии. Правитель хотел убедиться, что Пес в состоянии работать.

После успешной поимки Грязного произошло совсем неожиданное. Когда Велиор встретился с зеленоглазым, Эйкен подумал, что у него перед глазами двоится. Они были словно разновозрастные близнецы.

Затем состоялся долгий разговор отца с сыном. Пес ждал за дверью, но прекрасно понимал, что он вновь оказался втянут в тайны правящей семьи. Только этот секрет был гораздо больше, чем все предыдущие.

Велиор за эту миссию не просто восстановил Эйкена на должность аппера, но и подарил ему квартиру в первом секторе. Единственное, о чем правитель попросил, это попробовать сделать заточение Грязного комфортным, но надежным.

Новый браслет с маячком Пес сделал для удобства арестанта. Тот вытянул бледную ногу мужчине, которого когда-то давно планировал только ограбить, а теперь здоровяк стал его главным надсмотрщиком, хоть официально охраной и занималась полиция.

Эйкен положил подушку на тощую коленку, чтобы перекрыть преступнику обзор, как он снимает старый браслет.

— Это в последний раз, — сообщил желтоглазый Грязному.

Тот пытался подсмотреть происходящее на лодыжке, но Пес проворчал, что настроение у него не очень и что он сломает ему что-нибудь, если заключенный не будет слушаться.

Грязный улегся на лопатки, заглядывая в лицо хмурящегося человека, успевшего снять с заключенного старый браслет и принявшегося за установку нового.

— Вот и чего ты вечно такой недовольный? Работал бы на меня, я бы тебе такие условия предоставил! Была бы не жизнь, а мечта, — весело протянул Грязный.

Эйкен уже закончил с браслетом. Он мог еще долго игнорировать просьбу Грязного о смене браслета. В обязанности желтоглазого не входила разработка техники, тем более сын правителя сообщать про слайдер отцу не стал. И фактически Велиор не знал о таланте, что открылся у Эйкена, когда мозг того пытался вытянуть его из тяжелой зависимости. Да и сам он талантом это не считал, лишь новой зависимостью, которая не мешала жить.

— Мне нужно имя. — Пес не успел договорить фразу.

— Ирвин, — весело буркнул Грязный, подтягивая ноги к себе и усаживаясь поудобнее.

Эйкен сощурился. В обычный день он бы посмеялся, но сегодня было не до этого:

— Не твое, балбес.

Грязный скривил лицо. Пес все же улыбнулся. Когда Ирвин не