Когда приходит тьма - Александра Айви

— Порождение зла, наш выбор пал на тебя, — торжественно произнесла жрица. — Зло живет в твоем сердце, и все же мы вверяем тебе Чашу, ты должен служить ей верой и правдой. Мы заклинаем тебя огнем и кровью, мы заклинаем тебя тенью смерти, мы заклинаем тебя вечностью.

Факел вдруг ярко вспыхнул, озарив помещение, и человек, издав страшный рык, вскинул голову.

Это был Данте. Эбби не могла ошибиться, хотя и не ожидала увидеть его в этом нереальном мире. Или, может быть, в кошмарном сне.

Она содрогнулась от ужаса. Вся эта сцена казалась ей безумием. Зачем эти женщины посадили его на цепь? Почему называли зверем, порождением зла?

«Нет, это действительно бред. Или сон», — попыталась убедить себя Эбби.

Но тут Данте вдруг запрокинул голову, и яркий свет озарил его бледное лицо цвета алебастра. Он открыл рот, и Эбби, к своему ужасу, увидела торчащие острые клыки.

Когда Эбби очнулась, серебристый туман уже совершенно рассеялся и мучившая ее острая боль прошла.

Тем не менее Эбби старалась не шевелиться. В последнее время судьба преподносила ей только неприятные сюрпризы, и Эбби решила быть предельно осторожной.

Сначала надо сориентироваться в окружающей обстановке, а потом уже действовать.

Судя по всему, она лежала на кровати. Но это была не ее кровать. Матрас показался жестковатым. В комнате как-то странно пахло. Издалека доносился шум дорожного движения, а где-то неподалеку кто-то тихо переговаривался. Или, может быть, это работал телевизор.

Эбби пришла к выводу, что она не в доме Селены и не в том сыром замке, где совершался непонятный обряд. Это радовало. Кроме того, она была жива, и это обстоятельство утешало.

Набравшись храбрости, Эбби медленно оторвала голову от подушки и оглядела полутемную комнату. Помещение было тесным. Большую его часть занимала кровать. Ее окружали голые стены, а на окне висели занавески в цветочек. Более безвкусного узора Эбби в жизни своей не видела.

В изножье кровати на видавшем виды комоде стоял старый телевизор. В углу приютился потертый стул. На нем сидел широкоплечий мужчина с иссиня-черными волосами.

Глядя на дремлющего Данте, Эбби почувствовала, как сжимается сердце. От мыслей, которые приходили в голову, Эбби стало нехорошо. Но бежать от них было трусостью.

Вампир в Чикаго? Какая чушь! Нужно сойти с ума, чтобы поверить в их существование.

Но ее сон был таким реальным. До сих пор она ощущала запахи сырости и гари, которыми был пропитан воздух в каменном помещении, освещенном горящим факелом. В ушах стояли крики и звук голосов, произносивших нараспев заклинания. Она слышала звон тяжелых цепей. Она видела Данте и его ужасные клыки.

Происходило ли все, что она пережила, в действительности или нет, Эбби все равно не оставляло желание держаться подальше от этого странного человека. Сейчас бы ей не помешали крест, осиновый кол и бутылочка со святой водой.

Затаив дыхание, Эбби села на кровати и спустила ноги на пол. Нужно бежать отсюда.

Ей так хотелось оказаться сейчас дома, среди знакомых вещей. Эбби была по горло сыта кошмарами. Стараясь ступать бесшумно, она медленно направилась к двери и уже взялась за ручку, когда позади раздался легкий шорох и Эбби обхватили две сильные мужские руки. Она застыла от ужаса.

— Какая вы шустрая, любовь моя, — произнес над ее ухом Данте.

Сначала Эбби парализовал страх, а потом охватила дикая паника.

— Отпустите! Мне нужно идти, — срывающимся голосом промолвила она.

— Идти? Интересно, куда?

— Это не ваше дело.

Данте рассмеялся:

— Бог мой, вы не представляете, как мне хочется, чтобы это было так. Чтобы мы оба были свободны и не зависели друг от друга. Чтобы связавшая нас цепь была разорвана.

— Что вы хотите этим сказать?

Данте повернул ее лицом к себе.

— Я хочу сказать, что если бы вы не совали нос не в свое дело, то каждый из нас сейчас шел бы своей дорогой. А теперь я вынужден следить за каждым вашим шагом, за каждой мыслью, за каждым намерением.

«О чем это он?» — изумилась Эбби. Похоже, черная полоса в ее жизни еще не кончилась. На бедную голову продолжали сыпаться напасти.

— Вы с ума сошли. Отпустите меня, или…

— Или что? — вкрадчиво спросил Данте.

Хороший вопрос. К сожалению, у Эбби был только банальный ответ на него.

— Или я закричу!

Данте приподнял темную бровь.

— И вы думаете, что здесь найдется герой, который сразу же бросится на ваш зов? Вы считаете, что на это способен один из местных наркоманов? Или, может быть, какая-нибудь шлюха из тех, кто работает в вестибюле? Да никто из постояльцев и служащих этого мотеля даже внимания не обратил, когда я проносил вас мимо них на руках.

Эбби наконец поняла, где находится. Эта тесная комната с мерзким, затхлым запахом была номером в захудалой гостинице, где жили опустившиеся, несчастные люди.

При других обстоятельствах Эбби содрогнулась бы от отвращения, но после пережитого восприятие у нее притупилось.

— Не судите людей по себе. Даже худший из наркоманов лучше, чем вы.

Ее злые слова явно задели Данте за живое. Он нахмурился:

— Зачем вы пытаетесь оскорбить человека, который, возможно, спас вам жизнь?

— Человека?! Это вы-то человек?

— Что вы сказали? — с искаженным лицом спросил Данте, и его пальцы впились в плечи Эбби.

Кажется, ей не следовало злить Данте. Это было неразумно.

Тем не менее ей хотелось узнать правду. Неведение, конечно, блаженное, но чертовски опасное состояние.

— Я видела вас… во сне. Вы были закованы в цепи. Какие-то женщины произносили заклинания… А ваши клыки… — Она осеклась.

— Эбби, сядьте, и я вам все объясню.

Она замотала головой:

— Нет! Что вы собираетесь сделать со мной?

Губы Данте скривились в усмешке.

— Хотя мне в голову приходит множество соблазнительных идей, сейчас я намерен всего лишь поговорить с вами. Вы можете наконец успокоиться и выслушать меня?

Тот факт, что он не высмеял ее и не назвал сумасшедшей, испугал Эбби еще больше. Значит, он знал о ее сновидении.

Пытаясь скрыть охвативший ее страх, Эбби притворилась покорной.

— Разве у меня есть выбор? — смиренно промолвила она.

— Вообще-то нет.

— Вот именно.

Данте подвел ее к кровати. Решив, что она усыпила его бдительность, Эбби толкнула Данте, и тот, потеряв равновесие, упал на матрас.

Эбби бросилась к двери. Она всегда быстро бегала. Тот, кто вырос вместе с пятью старшими братьями, знает, что бег — единственное средство спасения от подзатыльников. Но сейчас Эбби не помог даже огромный опыт.