Когда приходит тьма - Александра Айви

— Я могу не нравиться вам, моя сладкая, но вы меня хотите.

У Эбби затрепетало сердце. Она боялась, что поддастся искушению и припадет к губам Данте. Поцелуй, всего лишь один поцелуй… О, как бы это было здорово! Соблазн был велик, но ей удалось справиться со своими желаниями. «Нет!» — твердо сказала себе Эбби. Она не хотела становиться игрушкой Данте.

— Знаете, Данте, в свое время я… — начала она, но тут дом вздрогнул от страшного взрыва.

У Эбби потемнело в глазах, и она упала навзничь.

Некоторое время она неподвижно лежала на спине, глядя в потолок. Ей казалось, что он сейчас рухнет на нее. Но к счастью, этого не произошло.

Эбби не понимала, что случилось. Что это было? Землетрясение? Взрыв газа? Конец света?

Повернув голову, она увидела, что со стен упали картины, а все столики в вестибюле перевернуты. Теперь никто не обвинит ее в том, что она разбила дорогущую китайскую вазу… Осколки фарфора вполне вписывались в общую картину.

Эбби тряхнула головой, пытаясь избавиться от звона в ушах. «Я жива, и это хорошо», — успокоила она себя. Пара синяков на ее теле, полученных при падении, можно в расчет не принимать.

До ее слуха вдруг донеслось дикое рычание, от которого волосы встали дыбом. О Боже, что это?

С трудом поднявшись на ноги, Эбби огляделась вокруг. Как ни странно, в вестибюле было пусто. Эбби не увидела ни дикого зверя, ни сумасшедшего с ножом, ни Данте.

Нахмурившись, она направилась к лестнице. У нее тряслись колени, мысли путались. Куда делся Данте? Может быть, его отбросило взрывом в другое помещение? Или он растворился в облаке дыма?

Боже, какая чушь лезет ей в голову… Эбби прижала ладони к вискам. Кажется, она сходит с ума. Должно быть, на какое-то время она потеряла сознание. Это обстоятельство все объясняло. Данте наверняка пошел посмотреть, что случилось, или решил позвать на помощь соответствующие службы.

Эбби должна убедиться в том, что Селена не пострадала.

С трудом переставляя ноги, Эбби поднялась по широкой мраморной лестнице и двинулась по коридору в восточное крыло дома, где находились комнаты Селены. Дверь в ее покои была распахнута настежь.

Переступив порог, Эбби задохнулась от ужаса.

В комнате царил жуткий беспорядок. Здесь, как и внизу, все было перевернуто с ног на голову. На полу валялись упавшие со стен картины, сломанная мебель, разбитые безделушки. Но кроме того, стены в комнате были черными от копоти, а кое-где виднелись горстки пепла. Из оконных рам вылетели стекла.

В центре комнаты Эбби увидела Данте. Он стоял на коленях рядом с лежавшим на полу безжизненным телом.

— О Боже, Селена… — прошептала Эбби и зажала рот рукой.

Данте резко поднял голову и мрачно посмотрел на Эбби, только сейчас заметив ее присутствие. Он был смертельно бледен, а его серебристого цвета глаза лихорадочно горели.

Судя по всему, он был потрясен не меньше Эбби.

— Уйдите отсюда, — бросил Данте.

Однако Эбби проигнорировала его слова. Приблизившись к обугленному телу Селены, она опустилась рядом с ним на колени. Эбби втайне не любила эту холодную красавицу, но сейчас все обиды были забыты. На глаза навернулись слезы.

— Она мертва? — всхлипнув, промолвила Эбби.

— Я же приказал вам уйти отсюда… — процедил Данте. — Уходите немедленно из этой комнаты… из этого дома…

Данте продолжал что-то говорить, но Эбби не слушала его. Ее взгляд был прикован к черным обугленным рукам, которые слегка подергивались. Неужели несчастная все еще была жива? Или это игра живого воображения?

Оцепенев от ужаса, Эбби не сводила глаз с подергивавшихся пальцев Селены. Все это было как в кошмарном сне. И тут Селена подняла руку и вцепилась в запястье Эбби.

Эбби похолодела от ужаса. Она готова была закричать, но дикий вопль застрял в горле, скованном страхом. Тихо поскуливая, она попыталась выдернуть руку из цепких ледяных пальцев Селены. «Это конец», — пронеслось в голове. Но Эбби не хотела верить в то, что сейчас умрет.

Неужели ее ждет неминуемая смерть? Но ведь она, по существу, еще и не начинала жить! Какой же дурой она была! Надо было брать от жизни все и не бояться делать то, что хочется.

Подняв голову, Эбби увидела, что мерцающие серебристые глаза Данте не мигая смотрят на нее. Их взгляды встретились. В полумраке комнаты красивое лицо Данте казалось зловещим. Судя по всему, он испытывал сейчас смешанное чувство злости, сожаления и отчаяния.

Эбби попыталась что-то сказать, но в мозгу вспыхнула яркая молния, и девушка провалилась в темноту.

Глава 2

Охваченная болью, Эбби плыла сквозь серебристый туман нереального мира. Может быть, она уже умерла?

Нет, вряд ли. Тогда бы она не испытывала боли, которая разрывала все ее тело. На том свете человек находится в состоянии покоя и блаженства. Или представления о вечном покое, который ждет нас в загробной жизни, — заблуждение?

«Нет-нет, я всего лишь сплю или брежу», — поспешно успокоила себя Эбби.

Постепенно серебристый туман начал рассеиваться. В воздухе витало ощущение страха, но Эбби, которой овладело любопытство, отважно смотрела вперед. Вскоре она увидела тускло освещенную мерцающим факелом комнату с каменными стенами. В центре помещения на каменном полу лежала молодая женщина в белом облачении. Ее бледное лицо показалось Эбби знакомым.

Женщина корчилась и кричала от боли. Вокруг нее сидели люди в серых плащах. Вознося руки к небу, они произносили нараспев заклинания или молитвы.

Эбби не могла разобрать слов, но поняла, что здесь совершается какой-то магический ритуал. Возможно, это был обряд изгнания нечистой силы.

Вскоре она увидела, как со своего места медленно поднялась седовласая женщина и воздела руки к каменному потолку.

— Феникс, восстань из пепла и яви свою силу, — отчетливо произнесла она. — Жертва принесена, обет исполнен. Благослови нашу великую Чашу. Даруй ей славу и мощь своего меча для борьбы со злом. Мы взываем к тебе. Явись!

И вдруг комнату озарило яркое пламя. Оно метнулось к корчившейся на полу женщине и вошло в ее плоть.

— Пророчество исполнилось, — промолвила седовласая жрица, взглянув куда-то в темный угол помещения. — Приведите зверя!

Эбби ожидала увидеть какого-нибудь пятиглавого монстра. Но к ее удивлению, прислужники вывели из тьмы человека, одетого в белую рубашку и атласные брюки. На нем был железный ошейник с тяжелой цепью. Мужчина стоял, опустив голову, и его длинные иссиня-черные волосы закрывали лицо.

Эбби бросило в дрожь от дурного предчувствия.

— Порождение зла, наш выбор пал на тебя, — торжественно произнесла жрица. — Зло живет в твоем сердце, и все же мы вверяем тебе Чашу, ты должен служить ей верой и правдой. Мы заклинаем тебя огнем и кровью, мы заклинаем тебя тенью смерти, мы заклинаем тебя вечностью.