Новое время ведьмы - Анастасия Мельникова

— И всё же, потрудись ответить, — фыркнула Амелия, стараясь отвлечь его от дочери. Нужно было что-то придумать, как-то спасти её от этой нависшей угрозы. Но нужно было время, которого сейчас вдруг стало безумно мало. Радостные крики людей и увеличившееся весёлое настроение на улице подсказывало, что полночь миновала. Но никто не видел, что сейчас происходит здесь, во дворе. Никто не сможет помочь.

Где-то вдалеке загромыхал салют. Сколько они все уже находятся на улице? Или они просто не обратили внимание на время, считая, что его много? Никто не знал ответа на этот вопрос, да и он сейчас не был самым главным. Было слышно, как по всему городу раздаются радостные голоса. За праздником никто не заметит происходящего во дворе обычного дома.

— Если ты надеешься, что я забуду об этой девчонке, то напрасно, — Димитрий явно понял задумку, и быстро разбил надежду на реализацию подобного. — Она прямая угроза для меня и моих планов. Так что придётся пойти на мелкие жертвы, чтобы я смог сделать всё без проблем, — он пожал плечами, говоря это таким будничным тоном, словно занимается чем-то подобным каждый день.

— Убить маленькую девочку — это маленькая жертва?! — вскричал Николас, потому что просто не мог молчать после такого. Дело было даже не в том, что этой жертвой была его дочь, а сама готовность сделать такое. Насколько нужно быть жестоким человеком, чтобы убить ребёнка? Но Димитрия явно не волновал этот вопрос, так как он просто отвернулся от Амелии и Николаса. Валерия же просто сжалась от страха, понимая, что сейчас будет что-то плохое. Тень, словно защита, обняла девочку. А та закрыла глаза, когда увидела в руках мужчины кинжал. Димитрий замахнулся для удара.

Валерия долго сидела, ожидая, что сейчас будет. Но было тихо, словно из мира пропали все звуки. А потом был чей-то болезненный и крик и шум борьбы. Словно кто-то дерётся, катаясь по снегу. Звуки быстрых шагов и Валерия почувствовала, что её кто-то обнял. Открыв глаза, девочка увидела улыбающееся лицо Амелии. Женщина шептала что-то успокаивающе, но малышка этого не слышала. Она просто прижалась к матери и разревелась. Амелия сильнее обняла дочку и начала гладить её по волосам. Было слышно, что Димитрий уходит, но обещает, что ещё доберётся до Валерии. Николас же отвечает ему очень лестными комментариями по этому поводу, хотя и не совсем вежливыми, но мужчину это волновало в последнюю очередь. Он быстро подошел к беседке и сел рядом с женой и дочерью. Обе плачут, но улыбаются.

— Папа, у тебя кровь! — заметила девочка, когда мужчина обнял их обеих. Николас лишь отмахнулся, поправив порванный рукав, закрывая порез. Рука болела, но сейчас это совершенно не волновало его. Николас не понимал лишь одного: что помогло им защитить Валерию. Каким образом защита Димитрия спала, и он оказался бессилен? Ответа на этот вопрос не было, но он не был сейчас самым главным. Главное то, что его дочь и жена в безопасности хотя бы сейчас. Валерия попыталась помочь папе, но сама вскрикнула от боли в плече. Амелия сразу вспомнила о ране дочери и осторожно коснулась её.

— Потерпи немного, малышка, — женщина убрала с раны попавшие туда ниточки с рукава пуховика. А потом просто накрыла рану рукой и начала шептать. Валерия зажмурилась от боли, даже прикусила губу, но не закричала. Николас слабо улыбнулся, наблюдая за этим. Понимание того, что пытаться спрятаться бесполезно, пришло быстро. Зная, что они в Яви, Димитрий не успокоится, пока не доберётся до малышки. А бежать куда-то ещё действительно не было вариантом. По крайне мере, пока они все вместе находятся в одном месте. Николас молчал, не зная, что теперь делать. На самом деле он действительно боялся, что этот день придёт раньше, чем они готовились. Да, они оба знали, что спокойно им бы не удалось прожить столько времени в Яви, поэтому был план на этот случай. Но они думали, что их дочери уже будет лет десять, и опасность будет меньше.

— Ник, может, мы всё-таки воспользуемся тем планом? — тихо спросила Амелия, закончив с лечением. Женщина не знала, что её муж тоже думал об этом. Другого выхода больше просто не было. На плече Валерии остался лишь шрам, и девочка этому даже не огорчилась. Ей сейчас было хорошо рядом с родителями, которые могли её защитить. А Амелия просто не спешила вставать, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Николас вздохнул и посмотрел на жену. Они оба понимали, что у них нет особого выбора: всего два варианта. И оба одинаковы опасны, нельзя точно сказать, сколько они продержаться.

— Видимо, придётся, — после долгого молчания, так же тихо ответил он и посмотрел на дочку. Валерия заподозрила что-то, даже не представляя, что задумали её родители. Но плохое предчувствие не просто присутствовало, а вопило о том, что ничего хорошего Амелия и Николас не задумали. Особенно девочку удивили молчаливые переглядывания родителей, их кивки друг другу и возникшие на лицах болезненные улыбки. Они очень сильно не хотели прибегать к тому, что собирались сделать, но выбора не было. Валерия не сможет жить спокойно, зная обо всём, что окружает её. Для её же безопасности надо так поступить.

— Мы будем по тебе скучать, милая, — произнесла Амелия, не сдерживая слёзы. Она крепко сжала дочку в объятиях, — не волнуйся, мы сдержим обещание, и будем улыбаться. Надеюсь, ты нас потом простишь… — женщина не стала произносить последнюю часть фразы, потому что для неё это было слишком тяжело и больно. Она знала, на какой риск они сейчас идут, но это всё было лишь для того, чтобы защитить её.

— Не думал, что до такого дойдёт когда-нибудь, — Николас не выдержал и сам поддался эмоциям. Он был готов ко всему, пережил все неприятности, но это просто разбило его маску спокойствия. — Поверь, мы с мамой тебя очень любим, но делаем это сейчас для твоей же безопасности, — никто не говорил, что у него нет прав на слёзы. Просто до этого он старался держаться ради жены, чтобы не волновать её ещё больше. Но сейчас ему было без разницы, чувства взяли вверх. Николас просто не представлял, что отпустить дочку будет настолько больно.

— Мама… папа… — Валерия всхлипнула, не понимая, почему они говорят так, словно навсегда прощаются с ней. Николас молча обнял дочь, а Амелия улыбнулась и поцеловала девочку в лоб. Слёзы текли по щекам женщины, но она нашла в себе силы прошептать те слова, которые не хотела. Они сделали это вместе с Николасом, даже не надеясь, что когда-нибудь смогут снова её вот так обнять. Им было безумно больно от этого, но после всего, что они перепробовали — это была их последняя надежда, хоть и безумно опасная. При возможности они бы придумали что-нибудь другое. Николас подхватил дочку, которая потеряла сознание. Амелия закрыла лицо руками, с трудом сдерживая крик, рвущийся наружу. Ей было безумно страшно, что сейчас они могли сделать непоправимое. Кольцо женщины и перстень мужчины обволокло серой дымкой, а потом камни в них потускнели. Теперь ничего нельзя изменить. Если они были готовы к изменению их сил, то точно не к этому. Теперь самым сложным оставалось оставить Валерию, а самим — уйти.