Новое время ведьмы - Анастасия Мельникова

— Хорошо? Всё будет хорошо, да?! — фраза мужа безумно разозлила её. Как он может так легко произносить такое? Сейчас и так тяжело верилось, что они смогут пережить эту напряжённую ситуацию, а он говорит, что всё будет хорошо. Почему-то из-за этой фразы наоборот создавалось впечатление, что всё будет хуже обычного. Мужчина сжал кулаки и тяжело выдохнул, поняв, что сейчас будет. Лия снова всхлипнула. — Николас, как всё может быть хорошо, когда происходит такое? Мы покинули наш мир, вернулись сюда, в Явь, хотя я бы вечно оставалась там. За нашей малышкой охотиться какой-то помешанный фанатик, которого мы считали другом! Наташа в истерике! А ты говоришь «Всё будет хорошо»! — женщина перешла на бессильный шепот. — Она ребёнок, это не для неё…

Николас снова выдохнул, быстро обогнул кресло и сел на колени прямо перед женой. Он взял её лицо в свои руки и посмотрел прямо в глаза. Всё, что в них можно было увидеть — страх, ужас и ни капли злости, которую она сейчас показала. Видимо, нервы у неё сдают настолько, что она уже истерически реагирует на любые слова. Николас измученно улыбнулся и большим пальцем стёр со щеки супруги слезинку.

Мужчина бросил короткий взгляд на окно. В просвете между шторами можно было заметить, что снова пошёл снег. Женщина молчала, явно пытаясь хоть что-то придумать. Сейчас в голову приходили лишь мысли о самом плохом и ужасном, что только может случиться. Она просто не видела ничего хорошего, ничего, что могло бы подарить хоть маленькую надежду, что всё будет хорошо. Они так долго притворялись спокойными, показывали всем, что ничто не может навредить им. На деле же всё оказывалось хуже и хуже, они скрывали от друзей все те беспокойные вечера.

— Помнишь, что мы пообещали малышке? Всегда улыбаться, — он отпустил её лицо лишь для того, чтобы взять за руки. Она выдавила из себя улыбку, снова начиная плакать. — Если он нас найдёт, я сделаю всё, чтобы защитить вас, Амелия, — на этот раз он не стал использовать сокращение имени, чтобы показать, насколько серьёзно он говорит. — Если я скажу, ты просто берёшь малышку и уходишь. Без разговоров, ты меня поняла? — на этот раз Амелия промолчала, лишь кивнув. Хотя она и была не согласна. — Ему нужна она, так что я не пострадаю сильно. Но я должен быть уверен, что вы будете в безопасности.

— Но что будет, если мы потом не сможем найти тебя? Ведь связаться с тобой, не выдавая себя, будет трудно, — женщина опустила голову, всхлипнув. Ей было не по себе осознавать, что ей придётся бросить мужа одного. Может, сейчас она могла показаться слишком слабой и плаксивой, но ей было все равно. Сейчас эмоции взяли вверх над здравым смыслом и с трудом получалось держать на лице даже обещанную улыбку. Это было тяжело, когда происходит такой ужас. Всё, на что они способны из обещания: измученная, буквально выдавленная из себя улыбка человека, просто убитого страхом.

— Рано или поздно я сам вас найду, но может оказаться так, что я буду против вас, — Николас поцеловал жену в лоб, перекрестив свои пальцы с её. — Поэтому я и прошу, чтобы вы ушли и сюда не возвращались. Я не хочу потом навредить вам.

— Должен быть другой выход, Ник, — по крайне мере, женщина на это надеялась. Сама мысль того, что когда-нибудь может произойти такое, звучала безумно. Чтобы кто-то пошёл против человека, которого любит. Но если имеешь дело с тем ужасным человеком, как тот, кто ищет их дочь — возможно и не такое. Но хотелось бы избежать худшего исхода. Ведь это означает, что они навсегда потеряются друг для друга и смогут видеться только на поле боя, только как противники. И это будет слишком больно для них обоих.

— Если он попытается подчинить меня, то я использую сброс силы и попытаюсь взять вверх при ближнем бое, — Николас увидел ужас в глазах жены, и, к сожалению, не мог сейчас опровергнуть те мысли, которые её посетили. — Я готов пойти на такую жертву, если вы будете в порядке. Амелия, я люблю вас обеих, и дороже, чем вы, у меня нет никого, ты это знаешь, — он сглотнул, стараясь не поддаваться эмоциям. Он потом выговорится, сейчас нельзя давать слабину. — Если с вами что-то случится, то это будет концом и для меня. Так что прошу тебя сейчас взять себя в руки и пообещать мне, что, даже если я стану тёмным или вообще погибну, ты и малышка будете в безопасности.

— Но… Я не мо… Обещаю, милый, — увидев, каким убитым взглядом на неё сморит супруг, Амелия не могла отказаться. Сейчас он говорит всерьёз и не пустит слов на ветер. Николас слабо улыбнулся, снова поцеловав жену в лоб. Было так трудно заставить её дать обещание, ещё труднее было вообще сказать об этом. Но сейчас так нужно было, так было правильно. Ник столько раз молча слушал, как она плачет во сне, боясь, что их найдут. Столько раз забирал её переживания себе, а потом срывался на каких-то вещах. Амелия могла лишь молча наблюдать за этими вспышками эмоций, потому что любые замечания игнорировались. Искренне улыбаться и радоваться получалось лишь при дочке. При этой маленькой непоседе, которая поднимала настроение всем.

— Ник, может, не стоило оставлять её одну во дворе? — тихо спросила Амелия спустя какое-то время. Тишина сейчас была лучшим их спутником, потому что в такие моменты можно было спокойно подумать. Казалось, что в тишине нет переживаний, того беспокойства и страха. Николас чуть отстранился, разглядывая лицо супруги. Даже закрыв глаза, он помнил каждую его черточку. Всё, что он ранее сказал жене, было чистой правдой, и он не откажется от своих слов. Но нужно было как-то отвлечь её от всего этого. Как-то вселить в неё веру в то, что всё закончится хорошо, и они не потеряют друг друга. Вера — это все, что сейчас у них осталось.

— Ребята сказали, что он сейчас чуть ли не на другом конце планеты, так что нечего боятся, — конечно, слабо верилось в полную безопасность, но какая-то надежда на это все же была. Ведь при всей своей силе никто не может обогнуть земной шар за пару часов. Это не возможно даже с магической точки зрения, разве что, не пройдя планету насквозь. Но это невозможно уже физически. Хотя, конечно, Николас умолчал о том, что им удалось выяснить ранее. Ему не хотелось ещё больше пугать любимую, поэтому лучше смолчать о чём-то плохом, хотя бы сейчас.

Амелия выдохнула уже более спокойно, потому что это была самая приятная новость за весь вечер. Да, она сильно испугалась, но так хотя бы стало легче. Она не хотела снова куда-то бежать, прятаться, но, видимо, выбора не было.

— Нам осталось продержаться ещё восемь лет, — пробормотала женщина, прикрыв глаза. Держащие ее руки действовали успокаивающе. Хоть какое-то ощущение реальности, а не полного безумия. — А там она войдет в полную силу и светлые официально объявят о её защите.